Денис Кащеев – Красная дорама – 2 (страница 73)

49. Вопросы и ответы

«Ирландец» убрал шприц в плоский чемоданчик и вышел из комнаты. Я незримо последовал за ним — без какой-то определенной цели, просто потому что мог.

Вовсе «наш» тридцать второй номер рыжий не покинул. Перешел в соседнее помещение — то самое, дверь в которое была до того прикрыта. Там оказался диванчик и стол с моноблоком. К последнему-то вегугин и направился. Уселся, включил компьютер…

Я уже почти предвкушал, что сейчас мне откроются страш-ш-шные кибер-секреты оппонентов — может быть, даже такие, что, при желании, позволят успешно тем противостоять… Но «ирландец» всего лишь запустил на компе игрушку, какую-то стрелялку — и принялся самозабвенно валить из виртуального пулемета скопища монстров.

Слегка разочарованный, какое-то время я все же повисел над экраном, лениво наблюдая за компьютерным побоищем — спешить-то мне было особо некуда — но донельзя однообразная игра мне быстро наскучила. Символически пожав воображаемыми плечами — настоящие мои остались спать при теле в кресле — я двинулся к стене и без труда просочился сквозь нее в соседний номер. Оказавшийся пустым.

Наскоро его облетев и не рискнув сильнее удаляться от своего тела (Катя же предупреждала!), я вернулся к рыжему. Еще пару минут последил за его игрой, ничего особо нового там не увидел — и скользнул сперва в комнату, где вроде как спал, а затем — в следующий номер.

Здесь обнаружились трое мужчин — один кореец и двое, видимо, латиноамериканцев — смуглых, черноволосых и возбужденно споривших на каком-то жутком диалекте испанского. Из сказанного ими я, пожалуй, понимал разве что каждое третье слово, сидевший со скучающим видом мой «соплеменник» — похоже, и того меньше. Вроде бы речь там шла о какой-то опасной операции в Мексике, и как-то это было связано с Сеулом — но деталей я, сколь ни старался, не уловил. Однако минут на пять — развлекся.

Дальше, за следующую стенку, сунуться я снова не отважился — тем более, что там, вероятно, уже была улица. Вместо этого вылетел в коридор и заглянул в номер, напротив «нашего» с «ирландцем». Тот был однокомнатным — и никем не занятым.

Я подался этажом ниже — и вот там застал кино так кино! Из разряда немецкого, для взрослых. Два парня- вегугина и две девицы-кореянки отрывались по полной. Кое-чему из их арсенала, мимолетно мной подмеченному, пожалуй, и нам с Чан Ми стоило поучиться — хотя до сих пор мне казалось, что поднимать планку там уже некуда.

Как бы то ни было, надолго я внизу не задержался — не любитель, знаете ли, тупо смотреть, предпочитаю участвовать… Но мое тело ждало этажом выше, а моя девушка — двумястами километрами на северо-запад.

Последнее место, куда я наведался, был технический этаж под крышей. Совсем низенький, так что «с разбегу» я даже высунулся выше — на свежий воздух. Полюбовался видом переулка, был пронзен насквозь невесть откуда залетевшей сюда шальной уткой-мандаринкой (ровным счетом ничего при этом не ощутив) — и, проводив ее осуждающим взглядом, соскользнул обратно вниз, к телу.

В целом эта экскурсия заняла у меня максимум минут двадцать пять. Оставалось как-то «убить» еще часов семь. Тут-то мне во всей красе и припомнилось Катино «Не скучайте!».

* * *

Должен признать, что ожиданием я просто-таки извелся. Казалось бы: могу ходить сквозь стены, смотреть, на что хочу… Но все портил пресловутый «поводок»: больше, чем на десяток метров удаляться от тела ученица мудан мне пока категорически не советовала. А в пределах этого радиуса не происходило абсолютно ничего интересного! Ну, если не считать той потехи на втором этаже — но это все же было зрелище, скажем так, специфическое. Нет, в какой-то момент, вконец измученный монотонностью бытия, я туда даже вернулся — но к этому времени оргия уже, по сути, закончилась: одна парочка вовсе спала, паренек- вегугин сидел на полу в «комнате гигиены» в обнимку с «белым другом», оставшаяся в одиночестве необремененная одеждой девица забилась в угол комнаты, где вяло попивала из горла шампанское — выливая при этом себе на грудь добрую половину. Эстетики или чувственности в этом, впрочем, было ноль — хотелось найти салфетку и бюст красотке отереть.

В довершение картины девица встала, выпучила глаза и по довольно замысловатой траектории тоже поспешила в сторону висэнъсиль – или как тут, на Юге, принято называть туалет? Смотреть, будут ли они с парнем делить унитаз — и если да, то каким образом — я не стал и убрался восвояси.

В очередной раз поднялся над крышей — и увидел, как к отельчику подъехали на такси (не «плебейском» оранжевом, а элитном черном) Катя и, видимо, ее наставница, пожилая кореянка с хмурым, неприятным лицом. Нырнув ниже, я встретил их уже на этаже — «ирландец» провел гостий по коридору и открыл им дверь пустого номера рядом с «нашим». Я сунулся было внутрь, но девушка принялась доставать из чемоданчика красные ханбок — свой и наставницы — и, поняв, что они собираются переодеваться, поспешно отступил за дверь.

Пожалуй, стоило возвращаться к телу — чтобы не пропустить миг пробуждения. Так я и сделал, и еще минут десять провисел в ожидании, но в тридцать второй номер пока никто что-то не заходил. Поторопились бы уже, что ли!

Я выглянул в коридор — и снова наткнулся на «ирландца», на ходу беседовавшего с тем самым корейцем, что я недавно видел в номере с латиносами.

— Да плевать мне на вашу Мексику! — недовольно бросил спутник рыжего — на хорошем английском. — Меня здешние дела интересуют!

— Здесь как раз все, похоже, вот-вот благополучно разрешится, — равнодушно пожал плечами вегугин.

— Для вас — да! А у меня репутация на кону!

— Друг мой, давайте такие разговоры — не на бегу, — предложил «ирландец» — и толкнул дверь ближайшего номера.

Оба вошли внутрь. Я не отстал.

— Выпьете? — осведомился рыжий у спутника.

— Воздержусь, — мотнул головой кореец. — Вы, знаю, спешите, я тоже тороплюсь — так что давайте лучше к делу!

— Что ж, извольте, — хмыкнул вегугин.

Продолжил его собеседник, впрочем, не сразу — похоже, постарался тщательнее подобрать слова.

— Как я уже сказал, под угрозой мое деловое реноме, — проговорил наконец. — Банковский бизнес — штука деликатная! Если клиенты начнут сомневаться в моей надежности…

— С чего бы им? — развел руками «ирландец».

— С того самого! Вы-то так или иначе с северянами договоритесь — вы с кем угодно договоритесь на собственных условиях — а за своими деньгами они потом ко мне придут! Три с половиной миллиона баксов — для кого-то, может, и мелочь, конечно… В общем, или как-то включайте меня в эту вашу сделку с Пхеньяном, или разрешите мне вернуть…

Дослушать мне его, увы, не удалось — какая-то сила внезапно рванула меня назад, и мгновением спустя я обнаружил, что снова нахожусь внутри своего тела.

Просыпающегося тела.

Отравленного пресловутой сывороткой.

Краем глаза я заметил, что за руку меня держит недавняя спутница Кати — старуха в красном ханбок. А аккурат напротив себя увидел сидящего на стуле мужчину — если и корейца, то разве что полукровку.

— Ваше настоящее имя? — четко осведомился он у меня по-английски.

Безумно захотелось ответить: «Владимир Юрьевич Григорьев, к вашим услугам!» Удержало меня лишь то, что львиную долю моего внимания занимала сейчас попытка пересчитать воображаемые разноцветные круги — нужно было срочно вырвать сознание из плена накачанного препаратом тела. Так что получилось промолчать…

Но, похоже, честный ответ становился лишь делом времени: «лесенка» упорно не появлялась!

Досчитав до семи и не увидев заветных окружностей, уже практически в панике я начал снова: «Один — белый, два — зеленый… То есть — синий! Два — синий! Зеленый — это будет три…»

— Ваше настоящее имя? — повторили мне тем временем коварный вопрос.

Сопротивляться смысла не имело — оставалось лишь ответить…

«Чон Сун Бок! — набатом прозвучало тут у меня в голове. — Ну же: „Чон Сун Бок“!»

— Чон Сун Бок… — как зачарованный, выговорил я.

Одновременно узрел вожделенные круги — и красный сам, без малейших усилий с моей стороны, рванулся на меня… А я даже не нырнул — меня в него грубо швырнули!

Показавшаяся мне вечностью секунда — и я опять наблюдаю за происходящим свысока.

Где-то рядом незримо выдохнула Катя — очевидно, это она выдернула мое растерявшееся сознание из тела. И она же помогла назвать нужное имя.

— Почему не ответили сразу? — резко осведомился между тем у меня полукровка — так я решил его для себя называть.

— Испугался, — честно признался я. — Очень испугался… — и, вспомнив, что сыворотка вызывает разговорчивость, продолжил сыпать словами: — Сами посудите, кто бы на моем месте не испугался⁈ Старуха эта ваша еще… — опасливо покосился на продолжавшую удерживать мою руку мудан. — Она такая… Словно ведьма! И, кстати…

— Достаточно, — недовольно скривившись, остановил меня собеседник. — Говорите только по существу заданных вопросов!

— А я, по-вашему, что делаю? Вы спросили, почему я не ответил сразу — вот я вам и объясняю…

— На кого вы работаете? — перебил меня полукровка.

— Это смотря как посмотреть! — снова начал я издалека. — Сюда меня прислали от нашей военной разведки. Нашей — это КНДР! Корейской Народно-Демократической Республики! Но вообще, если уж откровенно, с ними, с разведкой, я не так давно. А раньше был простым курьером в одном опытно-промышленном концерне… Идиотская работа, если честно. Отвези бумажку, привези бумажку… Не, у вояк всяко лучше! Правда, меня и по прежней работе нынче заметно повысили…