Денис Камков – Властители Лимба (страница 25)

Если честно, мы и не пробовали что-либо отвечать, потому как были здесь совершенно новыми, ничего не знавшими об этом мире гостями. Наоборот, обычно именно мы задавали вопросы, но тут это было абсолютно невозможно, ввиду непоседливости местных обитателей, которых, чтобы задать им хотя бы один вопрос, требовалось, как минимум, удержать в поле зрения хоть какое-то время. Это было нереально, а потому я попросту закрылся, быстро перегрузившись входящими запросами, ментальными пакетами аудио и видео образов, а так же непрекращающимся мельтешением вокруг нас разнообразных по цвету и своим формам фейри.

Росс, как самый хладнокровный и обычно не пробиваемый по своему характеру, пытался заняться привычным делом, а мы с Вирданом попросту зависли рядом с ним, пытаясь среди всего этого дикого хаоса отыскать хоть что-то мало-мальски упорядоченное и характерное, способное описать этот мир.

К счастью, благодаря тем же самым чертам характера фейри, определяющих всеобщую непоседливость, их неуемное любопытство оказалось столь же быстро иссякающим, как и возникшим. Спустя всего пару часов, их стайки, окружающие нас многослойным кольцом, начали понемногу рассасываться, видимо найдя себе иной, более интересный источник внимания, и мы наконец-то оказались в одиночестве. Может это случилось из-за того, что мы не пожелали принять участие в их перекрестных, стихийно возникающих беседах, или вообще наша группа показались им не слишком общительной, но это позволило нам хоть немного перевести дух, и некоторое время побыть в относительном одиночестве.

В отдалении, то приближаясь, то снова растворяясь в клубах всегда переменчивого и непостоянного астрального пространства, фейри продолжали свой хаотичный по движениям танец. Они явно занимались пока не слишком понятными нам делами, бомбардируя друг друга пакетами мыслеобразов и потоками мыслеречи, словно дети, играющие в салки-догонялки, мельтеша и перемешиваясь в стайках между собой, однако, не сталкиваясь при этом, и как-то предугадывая, с моей точки зрения, абсолютно непредсказуемые и крайне быстрые, взаимные пируэты.

ГЛАВА 24. Мир Фэйри. Реал.

Не имея здесь другого занятия, кроме как пустой траты времени, я решил не тянуть с переходом в реальный мир. Как только Росс просигналил мне об отсутствии опасности, я покинул астрал и оказался высоко над планетой. В глаза мне бросилось, прежде всего, буйство красок и разнообразие проносящейся подо мной природы. Мой первый же виток вокруг этого мира, слился для меня в сплошную череду из лесов, светлых полянок и озер, сменяющих друг друга. Сочные, яркие краски растительной зелени, голубизна водных просторов, и редкие, белоснежные шапки гор, поражали меня насыщенностью своих цветов. Все это казалось мне даже чересчур вычурным, нереальным, словно бы кем-то специально нарисованным.

Чуть опустившись, я увидел и вездесущих фейри. Если в астрале они летали вперемежку, образовывая стайки стихийно, то здесь различались по цветам и формам, в зависимости от мест своего обитания. Как некоторые виды животных мимикрируют в зависимости от окружающего их пространства, так и они своей раскраской повторяли среду собственного обитания. В лесах жили фейри, тела которых преимущественно имели оттенки зеленого цвета, водные, соответственно – сине-голубые, а в горах я увидел фейри серой, либо серо-коричневой гаммы.

Отличались они так же по форме и по своим размерам. Самые мелкие из них, обитали в лесах и на просторах рек и озер. Горные же, кроме того, что были крупнее своих собратьев, обладали и более грубыми чертами лица, а так же, сравнительно более массивными фигурами. Даже в поведении их, я заметил некоторые различия, которые прямо коррелировались с их внешним видом и средой обитания.

Я не хотел повторения того безумства, что случилось в астрале, еще при нашем в нем появлении. Именно поэтому мне пришлось долго выбирать место для приземления и последующего общения с местными обитателями. А после того как я нашел подходящего кандидата, мне понадобилось еще несколько часов покружить над краем леса, прежде чем он остался в одиночестве.

– Приветствую славного представителя многочисленного народа фей! – Обратился я к пожилому, даже на вид, крылатому созданию, сидевшему на опушке, и греющемуся в закатных лучах все еще ярко светившего солнца.

– И тебе привет, незнакомец.

Фейри без всякой настороженности повернулся ко мне и, бегло оглядев с ног до головы, вновь подставил свое лицо местному светилу. Его тонкий, словно бы шелковый наряд светло-зеленого цвета, совершенно не скрывал явно старого тела и морщинистой кожи, складками собравшейся на его животе.

– Позволь задать тебе несколько вопросов, которые мне, как путешественнику, были бы интересны. – Я присел с ним рядом на повалившееся и уже начавшее покрываться мхом крупное дерево, давно засохшее и растерявшее свои ветви на всем протяжении ствола, за исключением кроны.

– Задавай. – Даже не отрываясь от принятия солнечных ванн, ответил он.

Голос его был немного надтреснутый, присущий старцам, а движения медленные и немного заторможенные. Над нашими головами весело щебетали птицы, совершенно непуганые, а потому не обращающие на нас ни малейшего внимания, как и насекомые, снующие по земле и по стволу и даже перебирающиеся через наши ноги. В воздухе чувствовался запах зелени, легкая кислота мхов и свежесть воды от текущей рядом, петляющей между камней, бурливой речки.

– Как я заметил, в вашем мире существуют три основных вида вашей расы: лесные, водные и горные фейри. Расскажи подробнее о каждом из них, об их схожести и об основных отличиях по характеру и мировоззрению.

– А зачем мне это? – Вяло поинтересовался он.

– Я в ответ готов поделиться с тобой историями о других мирах.

– Нет, мне не интересно. – Старый фейри по-прежнему не отрывал лица от солнца.

Его поведение и манера беседы так контрастировало со всем тем, что я уже видел, что мне стало еще более любопытно. Этот фейри не суетился, не сыпал вопросами и не фонтанировал словами. Даже если сделать скидку на его возраст, он все равно никак не подходил под тот шаблон, что уже выстроился в моем сознании.

– Расскажи мне хотя бы о своих лесных собратьях. Чем вы живете, какие радости, горести и заботы волнуют ваш народ. Как вы уживаетесь с соседями, ведь с юга от вашего леса вздымаются горы, а с запада вы граничите с большим озером или даже морем, я уж не знаю соленая или пресная в нем вода.

Не успел я закончить, как мой сосед по стволу дерева вдруг глупо, по-девичьи захихикал, а его внешний вид и наряд мгновенно переменился. Рядом со мной уже не сидел старый фейри. Надо мной кружилась синего цвета, юная девчонка, одетая в небесно-голубую накидку. Потрепанные, местами дырявые крылья старика, сменились прозрачными, свежими лепестками, а морщинки уступили место гладкой, чуть светящейся кожей.

– Попался, – радостно пропела она звонким голоском и, видимо от переизбытка чувств, даже высунула и показала мне влажный, розовый язычок. – Не хочу с тобой говорить. Ты очень скучный.

Сделав такой вывод, юная фейри стремглав пронеслась над полянкой и, подняв фонтан брызг, нырнула прямо в протекающую мимо кромки леса, весело перекатывающуюся через пороги, небольшую речушку. Иллюзия была первоклассная, и я хоть и не делал никаких предварительных, сканирующих воздействий, чтобы не вспугнуть представителей народа фейри, и одновременно не демаскировать себя, по достоинству оценил ее мастерство.

Следующие попытки с кем-то поговорить потребовали от меня новых поисков подходящих, желательно одиноких кандидатов, чтобы не превращать беседу в балаган, а потому я вновь набрал высоту, продолжив барражировать над лесным массивом. В этот раз я, кроме зрительного контакта, решил посмотреть на мир через призму магического зрения, и тут же был неприятно удивлен. Лес значительно наполнился и теперь изобиловал обитателями, часть из которых попросту отводила глаза всем, кто пытался посмотреть чисто зрительно. Другая часть, оказалась совсем не теми, кто представлялся невооруженному магией глазу. А третья, кто не использовал никаких подобных фокусов, в основном жила в составе крупных групп, под пологами общей защиты.

Я уж не знаю от кого они так прятались, и зачем скрывали свой истинный вид, но больше мне не улыбалось смотреть на этот мир без применения истинного зрения, чтобы снова не попасть впросак. Я включил соответствующие магические фильтры. И мир оказался расцвечен совершенно новыми красками, стоило мне только применить соответствующие навыки. Природная, первоначально бросающаяся в глаза нереальная расцветка, разом на пару тонов потускнела, становясь более привычной и присущей своему естественному, природному виду. Зато ареолы обитания фейри, наоборот тут же подсветились разлитой в этих местах магией, ауры которой носили совсем даже неоднородный характер.

Сразу стало отчетливо заметно, что даже внутри каждого из народов существуют различные по своим характерным аурам группы, и далеко не все они имеют светлый, то есть «добрый» оттенок. Я увидел даже несколько совершенно не присущих слову «фея» эманаций, более привычных для темных колдунов или скажем злых ведьм, из сказок или народного фольклора.