Денис Громов – Песня смерти (страница 1)
Денис Громов
Песня смерти
Глава 1. Начало
Про детство и юность
С самого раннего детства я был весьма упитанным мальчиком. Ну как упитанным, если меня поставить рядом с деревенской свиньей, то запросто можно было перепутать. И в какой-то момент терпеть это стало нельзя. Я обратился за помощью к знакомому дядьке, который как раз набирал учеников для обучения секретному стилю шаолиня, подсмотренному в одном из голливудских фильмов категории «Б».
Насмотревшись фильмов с Джеки Чаном, я, не откладывая дело в долгий ящик, записался на секцию, которую наш мастер проводил в подвале одного из заброшенных домов. На вопрос кого-то из учеников, почему именно здесь, сенсей ответил, что будет готовить из нас не только всяких там шаолиней, но и ниндзей.
Но нам, подросткам лет десяти — одиннадцати, это было даже интереснее. Мы исправно платили требуемую плату, которую нашему мастеру как раз хватало на пару бутылок водки в день, и ходили на занятия.
Сенсей изготовил для нас различные тренировочные пособия, что-то вроде рукодельных макивар и пары груш, созданных из старого мешка, набитого опилками и обтянутого скотчем.
Мы занимались усердно. Недели три. А потом нашего мастера загребли. Сначала в вытрезвитель, а потом и в психоневрологический диспансер. Мы были крайне раздосадованы. Я в особенности.
Но за это недолгое время, наш мастер успел привить нам любовь к боевым искусствам и занятию спортом и поэтому я, и еще парочка парней, отправились искать учителя попроще. И нашли его в соседнем районе нашего небольшого городка.
Именно так я и записался на секцию муай тай. Сказать, что было тяжело, ничего не сказать. Но я был настолько упорен, что в отличие от своих друзей сумел выдержать первый месяц занятий и постепенно втянулся в тренировки.
Уже чуть позже, я стал ходить еще и в качалку. Жир сполз с меня как его сородич с немытой тарелки после попадания туда фейри.
Я стал более атлетичен, раздался в плечах и здорово подрос. Теперь я запросто мог дать в рыло любому, кто вздумает напоминать мне, каким я был.
Я стал душой компании и любимцем девчонок. Шутником и балагуром. Жизнь как-то резко сделала новый поворот и я нашел свое место в ней.
Через несколько лет я бросил секцию и оставил только спортзал. Зато увлекся игрой на гитаре. Струны я быстро освоил. А вот со слухом были некоторые проблемы. Знаете, про некоторых говорят, что им медведь на ухо наступил. Мне нет. У меня он просто жопой сел сразу на голову.
Ну да это было и не важно. Я рос дальше, развивался всесторонне. Строил планы на будущее — собирался стать профессиональным военным.
Но была у меня одна тайна, которой я боялся делиться даже с ближайшими друзьями. Я любил играть в игрушки. Мне было уже шестнадцать лет, а я все тайком поигрывал в солдатиков. Нет, есть же способы играть более открыто и безбоязненно. В футбол там или в компьютерные игры. И то и другое мне жутко нравилось. Но я не мог отказаться от игр в солдатики. Играл с ними просто так. Выдумывал различные сюжеты, как в каких-нибудь боевиках, или создавал что-то вроде файтинга с броском кубика и очками жизней в виде разноцветных пуговиц.
Некоторые сказали бы, что я дебил. Но не тут-то было! Оказалось, что это ни какое не отклонение. Это задатки моей будущей профессии!
В семнадцать лет я совершенно случайно узнаю, что есть целое направление в айти индустрии, которое занимается созданием компьютерных игр. Каково же было мое удивление, что для их создания требуются не только программисты и дизайнеры. Я узнал, что есть такая профессия как сценарист игр или нарративный дизайнер. А еще, схожая с этой профессия — геймдизайнер.
Все, я решил, что мне армия нафиг не нужна. Скопил денег на учебу и купил себе курс по нарративу в одной из известных онлайн школ.
И все шло просто замечательно. Первые месяца два.
Но потом, посланная мною армия, вспомнила про меня и призвала на военную комиссию, которая в свою очередь, постановила, что мне, как всесторонне развитому парню, просто необходимо потоптать сапоги не менее года в каком-нибудь весьма отдаленном уголке нашей необъятной родины.
Делать нечего. Собрался. Поехал.
Служба в армии.
Попал служить я в военно морской флот. Не служба, а мечта! Только вот почему-то в распределительном пункте нас переодели не в красивую форму моряков, а в какую-то робу темно синего цвета с белой нашивкой на левой стороне груди. Вот честно, если бы не гюйс, красивая накладочка на плечи с белыми полосками, все мы как один — заключенные среднестатистической колонии. Сходство дополнилось, когда нас поселили вместо корабля в воинскую часть, которая весьма походила на места не столько отдаленные. Как оказалось в последствии, эта часть базировалась на месте бывшей женской колонии. Отсюда и своеобразный типаж строений и стены из красного кирпича.
Но делать нечего, пришлось служить.
Спустя полгода учебки, когда до дома оставалось уже половина пройденного срока, нас отправили на армейские склады, разгребать какие-то старые залежи армейского обмундирования, которые остались еще с дедовских времен.
Почему туда нельзя было послать обычных пехотинцев, не знаю, но раз сказали, что это должны сделать моряки, никогда не видевшие ни корабля, ни моря, то значит, так все и должно было быть. Такова нормальная армейская жизнь — круглое неси, квадратное кати.
Увидав эти самые склады, я понял, что проведу здесь остаток службы. Стройные ряды седых от старости ангаров уходили куда-то в даль. Это удручало. Причем не сама работа, за ней-то как раз время быстрее летит, а тот факт, как я буду объяснять друзьям и подругам на гражданке, что я сухопутный моряк.
Тем не менее, к работе мы приступили. Разгребли сначала один склад, затем другой. В основном это были залежи старого обмундирования, фасон которого устарел еще в годах шестидесятых прошлого века. И тут мы набрели на кое-что интересное — целый склад противотанковых мин. Причем, мины эти были как раз таки не очень древними.
Кое-кто даже предположил, что это какой-то вороватый армейский снабженец намутил их для своих дел и припрятал до лучших времен на этих складах, в которые не планировалось заглядывать еще лет пятьдесят.
А тут мы. Нашли.
Один из бойцов сразу же поскакал докладывать начальству о находке, а остальные сгрудились у входа.
— Не, ну а чо, давайте глянем, что там и как? — предложил самый отмороженный наш сослуживец с распространенной фамилией Иванов. — Я так думаю, тут кое-чего можно и себе припрятать.
— Ага, а носить эту мину ты в трусах будешь. — ответил я под дружное ржание товарищей.
— Не умеете вы мыслить стратегически! — унизил нас словами Иванов и закурил сигаретку, за что тут же получил от меня весомый подзатыльник.
— Ты что, придурок? Здесь мины и еще ни пойми что хранится, а ты окурки свои будешь разбрасывать.
— Да чего им будет, минам твоим? У них наверное и запала-то нет. — быстренько затушив цибарку, гений стратегии почесал ушибленный затылок.
Мы постояли несколько минут, перекидываясь мнениями о находке. Пока один из ребят не крикнул, что начальство едет. Тогда наше внимание сосредоточилось на выходе.
В этот-то момент дурной Иванов и улучил момент, чтобы достать из ближайшего ящика противотанковую мину.
— Что-то она легкая! — покряхтывая от натуги, он продемонстрировал ее нам.
Часть ребят тут же порскнула в стороны. Я остался стоять на месте.
— Ты что, дебил, делаешь? — задал я риторический вопрос. — Положи ее на место!
— Да она пустая наверное! В ней не только запала нет, но и пороха.
Я протянул руки и попытался вырвать находку у придурковатого сослуживца. Тот вовремя увернулся и бросил ее на пол. Я замер, боясь даже вздохнуть.
— Видал? Звук пустой. В ней ничего нет! — заявил Иванов и сделав максимально высокий прыжок, приземлился прямиком на мину.
Раздавшийся взрыв я не услышал и даже не почувствовал. В одно мгновение все как-то самом собой прекратилось. Жизнь. Окружающее меня пространство. Все. Остался только чистый женский голос, тянущий заунывную тягучую мелодию.
Не понял, а что произошло?
Голова гудела как с дикого похмела. Во рту стоял кислотно-приторных привкус рвотных масс, а мочевой пузырь, казалось, лопнет от перенапряжения.
С трудом разлепил глаза. Темно. Ночь, наверное. Где я? Кто я? Как будто мешком пыльным по голове шарахнули — пустота в голове. Так, вспоминай, дружок-пирожок. Откуда это? Кажется из детства! Во! Воспоминания возвращаются. Помню боевые искусства, солдатиков, качалку, армию… Иванов, сука! Чуть не убил!
Ну, если прикинуть, что я сейчас мыслю, дышу, болею с похмелья и дико хочу поссать, то я, определенно, живой!
Блин, что-то я себя как-то не так ощущаю. Не в смысле похмелья, а в смысле, что вроде как что-то не то.
С моим телом что-то не то. Ощупал себя. Руки худые, грудь впалая. Это что ж меня так в госпитале высушило? Сколько ж я здесь нахожусь? Знатно, видать, меня осколками посекло!
Опускаю руки чуть ниже, к самому заветному. Так, а это что у нас? Не понял. Это явно не член. Это… Это… Это змея. Змея? Ко мне в штаны забралась змея!
— Змея!!! — во всю глотку заорал я и задергался на своей кровати.
Тут же поднялся какой-то переполох, включился свет и я ох… удивился, короче.
Я находился в казарме. Ну, типичной такой казарме. Только вот это была не моя казарма. Даже не так: она была вообще не нашей казармой! И люди, странные люди, одетые в армейскую вроде форму, но с какими-то аксельбантами, странными погонами, в руках у некоторых кортики и даже шпаги, а у одного прямо из руки горит огонь. Круглый такой, шарообразный. Фаербол типичный.