Денис Ган – Торианская империя. Война. Книга 3 Часть 1 (страница 42)

– Но она в потенциальной зоне вторжения!

– Да. Класс системы имеет название и классифицируется как «Цитадель».

– Я слышал про эти системы, – быстро добавил губернатор, – кажется, их не так много, и все они усилены уже очень давно.

– Всё верно. Торианцы дали нам доступ в 31 систему, но, думаю, их немного больше, чем три десятка.

– Что значит «Цитадель»? – заинтересовался Шиканранги.

Адмирал Саредос переключил изображение и показал врата.

– Это означает, что вход и выход в систему контролируется вот такими вратами, а сами врата контролируются изнутри системы. Всё пространство вокруг системы на несколько световых лет закрыто от полётов. Там стоят излучатели, которые искривляют гиперпространство, в итоге лететь придётся на досветовой скорости несколько лет. Естественно, мы вычислим таких гостей и уничтожим. Попасть в систему можно только получив доступ к вратам.

– Интересно… Но всё же способы уничтожить и врата, и всё, что есть в системе, имеются. К примеру, масштабное бомбардирование астероидами. Сотни тысяч камней, разогнанных по определённому курсу за несколько лет, долетят. Часть из них будет перехвачена, часть нет.

– В империи нет таких технологий, способных манипулировать таким количеством астероидов.

– У нас они были, и я понимаю, о чём Вы мне сейчас говорите. Это не плохой вариант, и он даёт контроль над посещением системы, а также возможностью спокойного строительства и развития.

– Именно! Именно это я и имею в виду. Мы смотрим дальше, чем просто сегодняшние интересы. Правда, система очень близка к силам вторжения. Когда они её найдут – это только вопрос времени. Потом пойдёт отсчёт, когда они вскроют оборону. Два-три года, может, чуть больше, может, чуть меньше, но они способны её вскрыть.

– За это время мы будем способны предоставить вам наши корабли, которые мы успеем построить, но ещё не ясно, как они переломят ход войны. А что за вторая система? – вдруг вспомнил Шиканранги.

– Вторая система – это именно то, на чём я думаю, стоит остановиться. У неё масса преимуществ, но есть и недостатки.

Адмирал переключился на общую карту и указал на область скопления систем в 10 секторе почти у края галактики.

– М-м-м… противоположная дальняя сторона империи, – заключил Шиканранги.

– Пятнадцать тысяч световых лет, край галактики. Соседний сектор. Мы, то есть вы, сейчас находитесь в одиннадцатом, – адмирал показал место нахождения, – а система – вот тут, – адмирал снова вернул десятый сектор.

– А что с ресурсами?

– Лучше, чем во всех остальных, но большую часть придётся добывать в соседних системах. Помощь мы, конечно, организуем, тем более что это в наших собственных интересах. Улетать из галактики вы не собираетесь, значит стоит остаться в этой системе. Переживём войну, тогда можно будет передать вам часть систем вокруг основной. Для развития вполне хватит, а дальше… Я так далеко не заглядывал.

Шиканранги усмехнулся, но сделал это по-своему, как-то странно и не совсем привычно, но адмирал был уже знаком с эмоциями этих гуманоидов, хотя для него они ещё казались странными.

– Я обсужу среди моего народа последний вариант. Это предложение мне кажется самым приемлемым в нашей ситуации. Чувство безопасности – это то, что нам сейчас крайне необходимо на первых этапах восстановления.

– Так же сказал наш император, когда предлагал системы.

– Ваш император мудр. Я думаю, они вам нужнее, чем вы показываете, эти две системы, верно?

– Признаюсь, да, они бы не помешали, но ваш народ и Вы – союзники, которым нужна наша помощь, и мы поможем!

– Мы способны быть благодарны за эту помощь.

Саредос сделал лёгкий поклон головой в знак ответной признательности.

– Губернатор, – обратился Саредос к Загтару, – у Вас были вопросы ко мне?

– Если Вы закончили, то да, были.

– В чём они заключаются?

– Мы решили заморозить активную фазу исследований и оставить всё идти так, как оно есть на Терраквантоне. Происходящее на ней нас вполне устраивает.

– Вы хотите закрыть исследования?

– Нет-нет, я предлагаю их закрыть только на время войны. Зангролакийцы скоро покинут Марториус по всей видимости. Мы же сосредоточимся на защите своих миров, а комплекс, простите, станцию, мы законсервируем с возможностью всегда до неё добраться. К тому же, я знаю, что вся галактическая сеть активирована.

– Почти вся. Есть некоторые станции, которые не отвечают на запросы, но это в другой части галактики. Возможно, они уничтожены вместе с планетами, – поправил губернатора Шиканранги.

– Но эта станция уже не нужна для продолжения работ? – барон обвёл руками зал, указывая, о какой именно станции он сейчас говорит, но все и без этих указаний прекрасно поняли о чём идёт речь.

– После отлёта – нет, не нужна, она останется активной, но она не нужна как место базы.

– Значит, я заморожу систему до лучших времён, и, возможно, мы продолжим исследования, хоть и развитие жизни на планете идёт более, чем превосходно.

– Я смотрел результаты вашей работы. Сотни тысяч видов разнообразной жизни. Отличный результат! —адмирал похвалил работу губернатора и добавил, – если на сегодня всё, то давайте заканчивать?

Никто не возражал. Тогда Саредос попрощался и напоследок сказал:

– Шиканранги, я ожидаю скорейшего решения от Вас и Вашего народа.

– Он скоро последует, а за ним и вероятный переезд. Корабль почти готов, остались мелочи. Хотел бы знать заранее, Вы Нгаруда и его исследовательскую команду заберёте?

– Это зависит не от меня. Если он не нужен, тогда да, я отзову их домой, а если нужен – тогда они полетят вместе с Вами.

– Я предпочту, чтобы он продолжил совместную работу со мной.

– Нгаруд? – поинтересовался адмирал ответом Нгаруда и повернулся к нему.

– Признаюсь, тут есть с чем работать, но, возможно, кто-то из моих захочет уехать. Я уточню.

– Хорошо! Я ожидаю решение. На сегодня всё.

Адмирал отключился.

– Губернатор, Вы не говорили мне, что хотите приостановить работу в системе, – пожаловался Нгаруд.

– Это не только моё решение, и оно появилось буквально вчера. Я не успел сообщить Вам отдельно. Совет решил, если Зангролакийцы переселятся, то мы закроем систему, пока не закончится война, и свернём проекты. Процессы на планете идут своим ходом, и нам кроме как функций контроля ничего больше не остаётся. Возможно, на Марториусе останется небольшая автоматическая контрольная станция для отслеживания циклов изменения погодных условий. Нгаруд, Вы же были на Терраквантоне?

– Да, спускался. Погодные условия там действительно меняются прям на глазах, равно как и животный мир, но эти Ваши… как Вы их называете?

– Крупные особи, – пошутил барон.

– Ну так вот, эти Ваши крупные особи – настоящие машины круговорота смертей. Там постоянно кто-то кого-то ест.

– Это естественный процесс развития, естественный процесс природы.

– Но лично я совсем не желаю становиться его частью, – категорически отказался Нгаруд.

– Я в этом просто уверен, – дружелюбно ответил барон, – но думаю, если, между нами, вопросов нет, то пора расходиться?

– Только этот список, – Шиканранги протянул губернатору кристалл, – зная, что мы увидимся сегодня, я решил сам его Вам передать.

Губернатор Загтар забрал кристалл и ещё раз вопросительно посмотрел на своих собеседников. Вопросов не осталось, и он, попрощавшись, телепортировался в планетарную резиденцию.

Шиканранги обратился к оставшемуся собеседнику.

– Идёмте, Нгаруд, у нас на сегодня есть ещё неоконченная работа.

Нгаруд и Шиканранги работали над переводами технических обозначений на корабле. Это была часть соглашения, по которому на Зангролакийском корабле должны находиться имперские учёные и офицеры. Зал опустел. Выждав пару дополнительных минут на потолке в углу, зашевелилось что-то похожее на маленькое пятнышко. Оно сползло по стене вниз и, пробежав по полу, выскочило в проход, ведущий на другой уровень. Осмотревшись, миниатюрное устройство-шпион определило направление и быстро побежало дальше, пока не упёрлось в ногу охранника из числа сотрудников Гераклия Кариди Заматара, начальника охраны исследовательского комплекса. Охранник наклонился, протянул руку, и устройство перебежало к нему на ладонь, после чего он положил его себе в карман.

Глава 12.

Пиратский рейдер на пониженной скорости и с особой осторожностью облетал астероиды. Огромные камни двигались и крутились слишком быстро, поэтому требовалась полная концентрация внимания, и если пилот не обладал опытом полёта в таких полях, то он не сможет совершить безопасный проход. Правда, автопилот с этим справлялся неплохо, но это только если имелась в наличие подробная карта поля с отмеченными маяками на особо опасных камнях. При полёте вручную, если не соблюдать последовательность и отклониться от курса, булыжник размером с город разнесёт твой корабль вместе с тобой, не оставив даже следов после столкновения. Молодой альянс банд свободных погонщиков организовал свою базу в астероидном поле на серых территориях, тем самым оставаясь независимыми. Частичная независимость от других пиратских кланов давала им свободу выбора: кого грабить и как жить. Нужно было всего лишь время от времени отдавать часть денег, полученных с добычи, древним как сама история пиратским альянсам, которые уже давно не занимались банальным грабежом и стали легальными цивилизованными мирами, но по-прежнему долгие сотни тысяч лет контролировали пиратство в торианской империи. В подобном контроле было множество плюсов и минусов как для самих пиратских альянсов, так и для империи. Банды не занимались масштабным грабежом, а ограничивались, к примеру, межсистемными торговцами и налётами на планеты, где нет имперских гильдейских старателей, но там занимались добычей ресурсов. Обычно погонщики отбирали часть добытых минералов и улетали, не причиняя вреда. Такой своеобразный налог за возможность работать и зарабатывать. Убивали крайне редко и никогда не делали этого, если жертва сама отдавала добычу и не сопротивлялась, но не все соблюдали эти негласные правила. Разграбить где-то в открытом космосе корабль, забрать содержимое его трюмов, а команду взорвать вместе с транспортом – обычное дело для отморозков неподконтрольных основным альянсам. После такого уже никто не найдёт никаких следов, и кому предъявлять претензии тоже неизвестно.