Денис Деев – Я – другой! - 3 (страница 10)

Гвоздев падал еще четыре раза, один раз уже тогда, когда до вершины оставалось не более десяти метров. Усиления на весь путь не хватало, поэтому примерно треть трудной дороги до вершины приходилось тащиться без его чудодейственного эффекта. Но Гвоздь заметил, что каждый последующий подъем ему давался легче предыдущего. Тело нарабатывало мышечную память, мозг учился лучше контролировать выросшую мощь мускулатуры. Гвоздь уже мог балансировать на одной ноге, не давая пролиться ни единой капле воды из ведер.

Добрался он до вершины, когда на долину Гаруды уже опускались сумерки. Как и обещал Ли на продуваемой всеми ветрами площадке его поджидал небольшой бочонок.

— Да это разве бочка, — Гвоздь перелил ведра и с радостью обнаружил, что бочонок заполнился доверху.

Здесь же обнаружилась еще одна приятность. Скатерка с разложенным на ней нехитрым перекусом из вяленого мяса, сыра и кувшина с травяной настойкой. Дожидаться приглашения к трапезе Гвоздев не стал, организм давно уже высосал все резервы. Чувство было такое, что желудок, урча от негодования, начал переваривать сам себя, а заодно и печень с почками.

— Молодец, я знал, что ты справишься, — похвалил набивающего рот Гвоздева появившийся за его спиной Ли.

— Угощайся, — кое-как выговорил Гвоздев, жестом приглашая Ли к столу, — спасибо кстати, что еду оставил. Иначе хрен бы я смог с горы спуститься. И за бочонок тоже благодарствую от всей души.

— Бочонок, кстати, был еще одни уроком. Надеюсь, ты понял каким, — Ли, ожидая от ученика проявлений вселенской мудрости, уставился на Гвоздя.

— Эээ… — занятому набиванием брюха Гвоздю, было не до поиска истины в простых вещах, но тем не менее, он попытался напрячь извилины, — Смысл значит такой. Дерьмо в жизни случается. Но пусть и реже, судьба подкидывает нам подарки. Не унывай и не отчаивайся, в какую бы ты жопу не угодил.

Ответ смог удивить вечно безмятежного Ли, китаец простоял с открытым ртом целую секунду.

— Оригинальная идея. Хотя смысл был несколько другим. Ученик должен помнить, что учитель всегда заботиться о нем. И быть ему за это благодарным.

Теперь челюсть отвалилась у Гвоздева, но он почти тут же принялся работать ею с удвоенной силой. Благодарность, так благодарность. Лишь бы кормили хорошо и в итоге костюмчиком поделились. Ведь уникальная вещь, другой такой на всей Земле не сыскать.

Правда благодарности в Гвозде поуменьшилось, когда на следующий день он увидел, какое испытание приготовил ему Ли.

— Я конечно не против тренировок, но тут ты явно хватил лишку, — произнес Гвоздь, разглядывая полосу препятствий. Пусть и древнекитайскую ее версию, но все-таки до боли в глазах знакомую Гвоздеву по его армейской бытности, — я таких марафонов уже, наверное, два раза вокруг Земли набегал. Давай этот этап пропустим?

— В обучении важна последовательность. Мы не будем упускать ни один из этапов, — безапелляционно заявил Ли, — поверь, скучно тебе не будет. Я подготовил один небольшой сюрприз.

В Гвоздя и раньше при прохождении полосы препятствий стреляли. Ну как стреляли, трассерами над головой шмаляли, взрывпакетами бахали неподалеку. Создавали условия, максимально приближенные к боевым, так сказать. А Ли смог его удивить! В Гвоздя стреляли на самом деле. Правда из луков и затупленными стрелами, но все же! Ли нагнал на полигон вооруженных луками Обезьян и они с огромным удовольствием всаживали в Гвоздева стрелы, когда он перепрыгивал через бруствер или полз по канату надо рвом. Стрелы не пробивали кожу, но лупили очень ощутимо и оставляли жуткие черные кровоподтеки. От этих болезненных тычков, Гвоздь постоянно срывался и падал. И пришел к финишу с отвратительным временем и побитый как собака.

— Давай я хоть «Бехтерец» надену, а? Твои молодцы меня же до смерти забьют! — взмолился он.

Ли был непреклонен.

— Боль — неотъемлемая часть обучения. Более того это самая необходимая часть. Ничто не учит человека быстрее, чем боль.

— Давно подозревал, что все азиатыы поголовно садисты-мазохисты, — простонал Гвоздь, растирая синяки и ушибы, — чему боль может научить? Что не надо молотком по пальцам бить и руку в костер совать?

— Боль может научить думать. Ты полосу под усилением проходил?

Гвоздь отрицательно покачал головой.

— Не, на весь забег усиления не хватает. Мне приходиться отдыхать, я замедляюсь, вот тут-то твои стрелки и начинают делать из меня котлету.

— Используй силу прерывисто. Надо — усилился и ускорился, справляешься сам, отключай, давая мышцам отдых.

— А что и так можно?! — впервые за все обучение Гвоздь услышал о своих способностях то, чего и предположить не мог.

— Из того, что я читал о Последнем Императоре, можно сделать вывод, что он умел полностью контролировать свои способности. Ты бьешь людей током, скажи, ты умеешь регулировать силу этого удара?

— Не. Просто луплю на полную и все.

— Надо поработать и над этим. Но позже. Сейчас мы должны научиться отключать сверхсилу по твоему желанию.

— И как это делать?

— Во время усиления у тебя идет мощной выброс адреналина. Тебя надо обуздать этот выброс и расслабиться. Сначала мы будем медитировать и успокаиваться.

— О нееет! Опять эти ваши китайские штуки! — Гвоздев представил, как он, вместо того, чтобы крушить черепа Люминам и Арбитрам, ближайшее десятилетие проведет на Тибете, медитируя и постигая себя в какой-нибудь темной пещере.

— Как ты можешь управлять событиями вокруг себя, если ты не можешь управлять собой? — задал ему резонный вопрос Ли.

— Это много времени займет?

— Все зависит только от твоего старания, ученик, — пожал плечами Ли.

— Ага. И от чувства благодарности, которое я испытываю к своему учителю, — съязвил Гвоздь.

Глава 10

— Гоняют как последнего душару, — ворчал Гвоздев, бредя ни свет, ни заря на тренировочную площадку. Душой он немного кривил, Ли гонял на полигоне не только персонально его, но и весь личный состав прячущихся на Тибете повстанцев. Несмотря на то, что он считал, что он свое в офицерском училище отбегал, бурчал Гвоздь больше для проформы, тренировки с Ли действительно помогали ему освоиться с новыми способностями его тела.

— Неужели, несмотря на все ваши старания, я таки смог дожить до этого дня?! — обомлел Гвоздев, увидев на полигоне автопогрузчик, на поднятых клешнях которого висела золотая броня Последнего Императора.

Вблизи доспех впечатлял. Мощная кираса и шлем со стилизованной маской какого-то китайского демона на забрале были выполнены монолитно. Гвоздь не мог отыскать между ними ни единой щели. Черт, как в этой штуке головой-то крутить?

— Доброе утро, Андрей! Да, я считаю, что ты готов, — стоящий возле погрузчика Ли жестом отдал команду двум настраивавшим бронекостюм техникам, — пора познакомить тебя с броней поближе.

Они обошли костюм сзади. Один из техников пробежался пальцами по планшету, который он держал в руках. На спине костюма появилась быстро расширяющаяся щель, и задняя часть кирасы открылась с тихим выдохом.

— Лобовые детали и сочленения выполнены цельными для того, чтобы повысить прочность брони. Залезть в костюм можно только со спины, — пояснил Ли.

Сердце Гвоздева забарабанило о ребра в радостном предвкушении. Такое чувство посещало его при виде коробки с бантом под новогодней елкой, когда его захватывало желание поскорее узнать что же там внутри.

— Я заныриваю? — слегка дрожащим голосом спросил он у Ли.

Тот кивнул.

— Все системы брони настроены, находятся в норме и ждут носителя. Держишься за эти захваты, — Ли показал на скобы, закрепленные на тяжеловесных наплечниках, — и просовываешь сначала ноги.

Гвоздев взялся за скобы и подтянулся.

— Мастер Ли! — раздался вопль за спиной, — мастер Ли!

К полигону бежал и громко кричал медик в белом комбинезоне.

— Что случилось?! — гаркнул предводитель Летающих Обезьян.

— Пациентка очнулась! Ласка пришла в себя! — на бегу ответил медик.

Давно Гвоздева не постигало чувство настолько глубокого огорчения. Не пойти к пришедшей в себя девушке он не мог. Но и заставить себя разжать руки и спрыгнуть на землю, было нереально. Сколько крови и пота он потратил на то, чтобы заполучить доспех Последнего Императора и теперь… эххх!

— Я в броне могу в больничку пойти? — поинтересовался он у Ли.

— Нет! Ты еще не освоился с ней! — категорично заявил тот, — переломаешь оборудование или какого-нибудь беднягу растопчешь!

Скрипнув зубами, Гвоздь спустился на землю.

— Ну что, веди. Будем радоваться, — несчастным тоном заявил Гвоздев. Нет, ну ведь нашла время Ласка, чтобы очнуться! Потерпела бы хоть один часик!

Медик повел их за собой к пещерам, а Ли догнал расстроенного Гвоздя и наклонившись к его плечу доверительным тоном заявил:

— Поздравляю, ты прошел последнее испытание.

— Чего?! Ты о чем? Какое еще испытание? — обескуражено спросил Гвоздев.

— Девушка пришла в себя еще вчера ночью. Но я приказал тебе об этом не говорить, — сказал Ли, и замолчал, как бы подразумевая, что Гвоздь об остальном должен догадаться сам.

— Эээ… и что дальше? — Гвоздев же отказывался понимать намеки Ли.

— Доспехи Последнего Императора достоин носить только избранный. Человек чести, настоящий лидер, заботящийся о своих людях!

— За последнюю неделю я это уже слышал раз двести.

— Если бы ты не поспешил к боевому товарищу, пришедшему в себя, то я бы сделал вывод, что ты недостоин надеть этот доспех.