Денис Деев – Вилы надежды (страница 8)
— На кудыкину гору, — я не собирался девчонке свои планы рассказывать. Иначе она, как и дед в горестные думы впадать начнет. Я их по своим родным селянам понимаю, для них помещик бог и дьявол в одном лице, существо высшего порядка. И то, что я этим существом собирался сотворить, смутило бы ум бедной крестьянки. Или виланки, так, кажется, правильно Рани надо называть?
Территорию усадьбы окружала живая изгородь. К которой меня Рани и вывела.
— Здесь есть лаз, — указала она на прореху в сросшимся кустарнике, — вроде бы ты должен через него протиснуться.
— Хороший вариант, но воспользуемся другим.
— Каким же?
— Самым обычным, — я подбросил вилы, а Рани их ловко поймала, — мы войдем через главный вход.
— Чего⁈ Как⁈ Ты с ума сошел⁈
— Почему? Люди всегда заходят через ворота, дверь или калитку. Это же нормально.
— Да, но не в нашем случае, — не сдавалась девушка, — тебя же ищут!
— В этом все дело!
Пока мы шли до центральных ворот я кратенько проинструктировал девушку. От моего плана она была не в восторге, но я ей просто не дал выбора. Я тянул и тянул ее за собой.
Ворота были чисто номинальными, два столба держащих балку с вывеской. За которыми располагалась будка. Нападения на имение никто не ожидал, поэтому в сторожевой будке дремал какой-то чумазый мужик. Сам по себе он бы и ребенка не напугал, но рядом с ним висел колокол, стукни он по нему молоточком и в усадьбе людишки забеспокоятся.
Он и сам напрягся, когда мы прошли под балкой.
— Эй! Вы куда? — окрикнул он нас.
Я только лишь поднял руки, а шедшая позади меня Рани слегка ткнула меня в бок вилами:
— Шагай давай! — она повернулась к мужичку сторожу, — доброго утречка! Вот — беглого поймала, вокруг двора ходил, смотрел чего бы стянуть.
— Беглого⁈ — мужик прищурившись меня разглядывал, — с чего ты решила что он беглый?
— Так он от доллена и сбежал! Его Лука выпорол вчерась, потом он сбег…
— Так, это этот беглый⁈ — мужик сделал попытку вылезти из будки, — давай я его отведу.
Рани развернулась и направила вилы уже на него.
— Ишь ты! А награду ты тоже за него сам получишь?
— А за него и награда обещана?
— Конечно, Лука выплатить грозился. Он там?
— Да-да, там, — закивал мужичок.
— Вот сразу и расплатится. Шагай давай! — Рани опять ткнула меня вилами в бок.
— Ай! — я попросил девушку вести себя натурально. Она и вела. И даже вилами орудовала натурально. Ткнула так ткнула! Они пролежали на дне черт его знает сколько времени, но их зубья были острые, как будто их наточили только вчера.
Сторож смотрел нам в след с сожалением. Упустил он возможность если не награду получить, то хотя бы выслужиться.
— Красота-то какая! — девушка залюбовалась окружающими нас видами.
Усадьба и правда была на загляденье. Но меня оно не зачаровывала.
— Ты здесь раньше бывала?
— Нет, в парк вилан не пускают. Мы не проходим дальше ворот.
— А вся эта красота сделана руками вилан! — мы шли по центральной алее одни, поэтому я смело рассказывал девушке принципы классовой борьбы, — считай, что тот фонтанчик десять лет строили твои дядя и тетя. А этот газон подстригали твои папа и мама… кстати, где твои родители?
— Долгая история, — буркнула девушка.
— Так нам и идти неблизко, — я разговорами девушку отвлекал специально. Когда человек выговаривался, он переставал нервничать и успокаивался. Да и нам действительно идти до барского дома было далековато.
— Сослали их, — Рани явно не хотела развивать эту тему.
— Сослали? За что? — из девушки информацию приходилось вытягивать.
— За голод! Доллен…
— Гундар? — я предположил, что во всех бедах девушки виноват убитый мной барчук.
— Нет, Гундар тут ни причем. Это старый доллен увеличил побор на три меры зерна. А год и так неурожайный был. Папа сказал, что кормить семью ему будет нечем. Начал спорить с господином. А ночью за отцом пришли… мама вступилась… обоих арестовали и отправили в Налым…
— Налым это что?
— Налым находится на севере острова. Туда всех недовольных вилан отправляют.
— Даже уж, голод не тетка, хочешь — не хочешь, а роптать начнешь.
— Ты откуда знаешь⁈ — психанула Рани.
Ну что же, настал и мой черед призраками прошлого делиться.
— У нас тоже неурожайные года случаются. А в один из таких еще и отец на войне был, — я сам не заметил, как начал погружаться в воспоминания, — я, мать и брат голодали сильно. Иной раз по три-четыре дня ничего не ели. Я подлатал старую мордушку и пошел на речку, чтобы хоть ершей наловить. Навара с них мало, мелковаты, но мы и им были рады. Только мордушку по глупости утопил. Веришь-нет, сел на берегу и заплакал от безысходности. Глядь, а там барин местный, ну доллен, по-вашему, со своими знакомыми гуляет. Шатер там поставил, стол с белой скатертью. Они уже поели к тому моменту, сидели в сторонке на гитарках бренчали, музицировали. Я через речку перебрался, тихо метнулся к столу и спер половину каравая. Но — попался. Барин приказал сначала меня розгами сечь… до Луки местным упырям, конечно, далеко, но кожу мне таки попортили. А потом постригли меня в солдаты на и на войну угнали.
— А мать? А братишка?
— С войны вернулся — дом пустой, две стены сгнили, крыша завалилась. Не нашел я, ни маму, ни брата.
— У вас тоже жить страшно.
— Как сказать, мы потихоньку порядок наводим. Барчуков наших поганой метлой погнали.
— Наших не прогонишь! — с горечью произнесла Рани.
— Поглядим, — уклончиво ответил я.
Местные кровососы ничуть не лучше наших были. Следовательно, и поступать с ними стоило как с бешеными собаками.
На лестнице, ведущей в трехэтажный особняк, суетилась челядь. Горшки с похожими на пальмы растениями выносили, дорожку ковровую начищали. Стоило нам подойти к ее подножию, как суета сама собою стихла. Дворовые смотрели на смелую девушку, ведущую опасного преступника, с открытыми ртами.
Кто-то из уже сбегал внутрь и предупредил о нашем появлении, поэтому встречать нас вышел никто иной, как главный надсмотрщик Лука. Он остановился наверху, нетерпеливо похлопывая себя кнутом по голенищу сапога. И сделал жест, приказывая нам подняться.
— Господин Лука, я привела к вам этого…
— Откуда ты знаешь, что я его ищу? — Луку было сложнее обмануть. Это тебе не сторож у ворот.
— К нам заезжал Гундар…
— Где он сейчас? — продолжил допрос Лука.
— Не знаю. Господин доллен отправился искать этого, — Рани кивнула на меня, — а он сам к нам пришел.
— Ты привела его и что ты хочешь взамен?
— Ну не знаю. Награду, — пожала плечами девушка, — зерно… или золото?
— Золото, — повторил за ней надсмотрщик, — золото.
Он начал медленно спускаться к нам навстречу.
— Ты же внучка Микаля-знахаря?
— Да, господин Лука.