Денис Деев – Вилы надежды (страница 21)

— Тогда почему мы бежим в эту сторону? А не наоборот?

— Потому что у нас она односторонняя. У него два года назад умерла жена. И кваллен достал меня и отца намеками на то, что хотел бы видеть меня в его доме в качестве хозяйки.

— А ты против?

— Против.

— Но почему? Ты же хотела карьерного роста? Станешь женой хозяина острова — чем не рост? Тебе мало?

Девушка на останавливалась кинула монетку пацану, сторожившему наш экипаж. Потом она забралась на козлы.

— Мне мало быть не то что женой, а и хозяйкой Боргоса. Заштатный островок, серая жизнь.

— Твоему отцу на Боргосе вроде нравится…

Девушка зыркнула на меня так, что чуть две дыры не прожгла.

— У отца нет… не было выбора. У него есть могущественные враги при дворе георга. Так что он находится здесь чуть ли не в ссылке. Подержи поводья!

Девушка вытащила из коляски длинный плащ с капюшоном. Кваллен, видимо, приударил за ней не на шутку, потому что Астрис накинула плащ и натянула капюшон так, что он полностью скрыл ее лицо.

Интересный у них тут мир. Доллены долбят вилан, кваллены унижают долленов. Интересно, а кто понукает квалленами? Но узнать подробности о местной иерархической лестнице, я не успел.

Мы уже были на полпути к границам моего дола, когда мы догнали сгорбленную старушку, ковыляющую прямо посреди дороги.

— Эй! — громко крикнул я, — бабушка! Отойди в сторонку!

— С дороги, старая карга! — после того, как Астрис пришлось в спешном порядке покидать Отверн, настроение у девушки было хуже некуда.

Бабка то ли глухая была, то ли устала жить на этом свете. Она упорно продолжила ковылять по дороге. Астрис пришлось остановит коляску натянув поводья.

— Тебе совсем жить надоело, а⁈

Бабулька внезапно разогнулась. То шла, как погнутый гвоздь, а то вдруг скинула шаль и повернулась к нам. Бабулька оказалась не бабкой. И даже не дедкой. Перед нами натянув лук стоял мужичок лет тридцати.

— Что за маскарад? — спросил я, потихоньку вытягивая вилы из-за спины.

Мужичок качнул луком, острие стрелы направилось мне четко в лоб. Махать вилами мне сразу расхотелось.

— Доброго денька вам! — из придорожных кустов выбрались еще два мужика. Один тощий, как столб, второй наоборот — приземистый и здоровый. У первого в руках был топорик на длинной ручке, у его напарника оружие было донельзя прозаичным. Он не стал заморачиваться, выломав дубину, он даже сучки с нее не срезал.

— Ага и вам добрейшего, — ответил я.

Лучник остался на месте, а его подельники начали обходить наш экипаж с двух сторон.

— Совсем плоха стала… — продолжил беседу тощий.

Сейчас заведет разговор про свою матушку. Скажет, что болеет она сильно и ей на лечение срочно деньги нужны. В том, что нас грабят, у меня не было ни малейших сомнений. Однако, как оказалось, у бандита сердце за другое болело.

— Дорога-то, погляди, совсем износилась. Не следят за ней. А ездят!

Я глянул на пыльный проселок — дорога как дорога. Но худой считал по-другому.

— Ездят и ездят. А платить за ремонт не хотят!

— Не хотят! — поддержал своего дружка здоровяк.

— Ну и почем нонче проезд? — я решил им подыграть.

— Чего везете? — ушел от прямого ответа худощавый.

— Ничего. Пустые.

— Значит товар продали и с деньгами возвращаетесь, — сделал вывод худой.

— С деньгами, — обрадовался его дружок. Он похлопал дубиной по руке, а затем протянул к нам ладонь, — отдай!

Я оглянулся, как назло, на дороге не было ни одной телеги. Разбираться с душегубами нам придется один на один.

— Нету денег, — прищурился я.

— Как нету? — голос у здоровяка был как у обиженного ребенка.

— А так — прогуляли.

— Ну что ж. Бывает такое. Были деньги и нету, — хохотнул тощий, — тогда мы у тебя бабенку заберем. Не бойся, ненадолго, попользуемся и отдадим.

За ним было загоготал и второй, но мгновенно затих! Астрис действовала, не поднимая капюшона. Легкий пас рукой — из висевшей на ее пояса фляги вырвалась струя воды. На лету она сформировалась в лепешку, которая растеклась по лицу толстяка. Тот, выронив дубину, пытался ее снять. Ну что ж, удачи, я тоже как-то пытался.

Его приятель судорожно размахивал топориком, не зная, что предпринять. Однако реальную угрозу представлял для нас только лишь лучник, им Астрис и занялась. Тонкое водяное щупальце перерубило натянутую тетиву, та хлестнула лучнику по лицу.

— Глаза! Мои глаза! — он прижал ладони к лицу, — я не вижу! Я ничего не вижу!

Я вытащил вилы и сдернул с них чехол.

— У тебя есть только один шанс выжить, — я спрыгнул с коляски на дорогу, — бросай топор и…

Наверное, разбойник предпочел бы сдаться, я видел его белое лицо и бегающий взгляд. Но Астрис ему такого варианта не предоставила, водяное щупальце чиркнуло мужику по горлу. Брызнула кровь, он зажал руками шею, стараясь сохранить себе жизнь, но какой там. Кровь хлестала между пальцев, он зашатался и упал.

— Зачем⁈ — спросил я, обернувшись.

— Ты бы его в плен взял, да? Кормил бы его, крышу над головой дал. А он бы сбежал и…

Что сделал бы грабитель, Астрис рассказать не успела. В воздухе что-то свистнуло, следом я услышал глухой удар. И стон.

Огромная стрела с красным оперением пробила Астрис бок. Прошла она насквозь и пришпилила девушку к деревяной спинке козел.

Я круто развернулся и начал озираться. Если еще и я стрелу схвачу, мы с этой дорожки уже больше никуда не уедем. Стрелок был намного умнее своих приятелей, он отсиживался на ветке дерева во время нашей стычки. Сейчас же он шустро скатился вниз и бросился в чащу. Догнать бы его по-хорошему надо было, но помочь Астрис было намного важнее.

— Ты как⁈ — запрыгнул я обратно на коляску.

— Как-как? Ты не видишь⁈ Меня стрелой насквозь пробило!

— Надо стрелу выдернуть…

— Не трогай!

— Ты кровью истечешь!

— Ты забыл, что я гриммар?

Астрис могла не только с фонтанами баловаться и вино по стаканам разливать. Девушка вокруг раны волшебством скатала валик из собственной крови и остановила ее потерю!

— Сколько ты сможешь продержаться?

— Не знаю, — призналась она, закусив губу от боли, — я слабею.

Я порылся в дорожной сумке и протянул ей пряжку и цепь с кобажем.

— Держи! Поможет?

— Да, очень, — она зажала драгоценности в ладони, — едем в Ратбат.

— Нет, к нам намного ближе, — я решил гнать коляску к себе в усадьбу.

Всю дорогу мы неслись как угорелые, я пару раз чуть не перевернул экипаж, но когда мы подъезжали к парадной лестнице, Астрис находилась на пороге между реальностью и потерей сознания.

Мне повезло, что среди прочих встречать нас выскочил и дед Михаль.