Денис Деев – Сокрушая великих. Книга 1 (страница 6)

– Теперь обо всем по порядку. – Мне надо было срочно составить из пазликов картину окружающего мира. – Что значит ущербная? И почему ты не можешь врать?

– Ох, Текео, Текео… – Энн покачала головой. – Я тебе завидую. Как бы я хотела забыть о своей ущербности. Но нас таких на платформе большинство. У нас тут зверинец из дефективных собрался.

– Почему «дефективных»?

– На добывающих платформах Ома работают те, у кого произошел сбой во время установки церебрала. К примеру, я. Знаешь, какая у меня специализация?

– Я даже как тебя зовут не помнил.

– Я корш! – гордо заявила девчонка.

Я присвистнул от удивления. Корши – корпоративные шпионы, спецы высочайшего класса, которых подбирали, исходя из генетических особенностей, еще в младенчестве. А обучение начинали с трех лет. Корши были разносторонними профессионалами: тихими убийцами, пылкими любовниками, тонкими психологами и непревзойденными хакерами. Могли внедриться в любую среду и годами там работать под прикрытием. Владели всеми типами оружия, могли убить человека ложкой и управлять истребителем орбитального класса. Подготовка одного корша стоила астрономических денег. В прошлой жизни я не мог себе позволить иметь такого спеца в своей свите и был вынужден нанимать этих супершпионов через Лигу информационной свободы. Гильдия профессиональных шпионов предпочитала называть себя именно так.

– Не то что я тебе не доверяю, но скажи – какого хрена корш забыл в этой провонявшей селедкой дыре?

– Потому что я неполноценный корш! – Девчонка опять была близка к тому, чтобы расплакаться. И это странно – шпионы обладали невероятной выдержкой и самообладанием. – В шестнадцать мне установили церебрал, и он подключился с ошибкой!

Такое случалось. Редко, не чаще одного-двух случаев на миллион, но случалось. Все-таки центральный нейрочип был продуктом массовым, сходившим с конвейера. И не всегда этот массовый продукт оказывался совместим с мозгом конкретного человека. Люди, даже будущие корши, – настолько дешевый товар, что никто не будет выпускать и адаптировать чипы под чей-то мозг. Не прошел установку – добро пожаловать в загончик для бракованных. «Альфы» и «беты» могли позволить себе коррекцию, но никто не станет заморачиваться ради какой-то «омеги». Неудачные установки церебрала заканчивались по-разному. Иногда смертью пациента, иногда частичным повреждением мозга. Но самая большая трагедия заключалась в том, что к неправильно установленному церебралу невозможно было подключить модули расширений. Человек навсегда оставался убогим инвалидом, который не мог воспользоваться чудесами нейроники.

– И что с тобой не так?

– Я… у меня… – Девушка тянула с ответом, а потом разом выпалила: – Установка церебрала повредила нервные центры вот тут!

Энн с силой ткнула себя пальцем в лоб.

– И я теперь не могу врать! Никогда! Ни при каких обстоятельствах! Ты понимаешь? Я могу либо молчать, либо говорить правду!

Я хотел было поздравить девчонку с тем, что она уникум и наверняка на целой планете одна такая. Но потом до меня дошел весь комизм ситуации: шпион, который не может обманывать! Я не сдержался и захохотал во все горло. Затем резко осекся. Мое новое тело тоже не зря оказалось на платформе.

– Прости. – Я погладил рассвирепевшую девушку по руке. – А со мной-то что не так? У меня тоже есть какой-то серьезный брак?

Глава 4

– Твоя специализация – боец Арены!

Что-то изменилось за прошедшие триста лет. О бойцах Арены я не слышал. Либо они появились за то время, пока на дне морском мотало мой церебрал, либо это термин, который в ходу только у «омег». Но мне почему-то он сразу не понравился.

– Что такое Арена и зачем ей нужны бойцы?

У Энн глаза округлились еще больше, из чего я заключил, что Арена – это нечто значительное и значимое.

– Ты гладиатор, Текео. Участник одного из самых популярных шоу в Гармонии!

В любом другом случае я бы огорчился. Но я за сегодня успел умереть, узнать, что меня записали в команду инвалидов, и самое главное – что регион, в котором я очутился, управляется Омом. И что с того, что я теперь не аристократ, а боец, веселящий толпу? Если поразмыслить, то мне вообще повезло – тело бойца однозначно пригодится. Специализации бывают разные, меня и в тело какого-нибудь повара могло занести. Кашевар – профессия-то нужная, но строить планы кровожадной мести с ней тяжеловато.

– А какой у меня недостаток? В чем дефект?

Девушка довольно улыбнулась и взяла паузу, мстя мне за мой хохот над ее горем.

– У тебя церебрал подключился нормально. Но сбойнул первый же подключенный к нему мод. Что-то связанное с отключением болевых эффектов.

– Я что, боли не чувствую? Да нет, бред. У меня до сих пор голова болит.

– С болью не очень получилось, у тебя другой эффект проявился. Ты, как берсерк, можешь входить в состояние резкого всплеска боевых гормонов в крови. Становишься сильнее и быстрее. Но проблема в том, что из этого состояния сам выйти не можешь. И начинаешь крушить не только противников, но и всех, кто под руку подвернется. Настоящее боевое бешенство! Чтобы тебя остановить, тебя надо вырубить.

– В каком смысле?

– В прямом. В нокаут отправить. Или шокером ударить. В себя ты приходишь уже нормальным.

– Вот почему ты мне говорила, чтобы я себя в руках держал! – осенило меня.

– Ну да. Вэйдун сказал, что возиться с тобой не будет: если сорвешься – он тебя просто пристрелит.

Похоже, я рано обрадовался обретенному телу. Один маленький недостаток сводит на нет все его достоинства. Бросаться с кулаками на каждого первого встречного я не собирался, но ведь проблема в том, что я и защитить себя не могу! Обидно, досадно, но надо еще кое-что важное выяснить.

– Какая у тебя фамилия?

– Зачем это тебе?

– Просто назови свое полное имя.

– Энн Эл-Три-Восемь-Шесть-Ай-Восемь-Ом, рада знакомству. – Девушка протянула мне руку.

А я ее не пожал. У «омег» не было фамилии в обычном понимании. Ее заменял идентификационный код, последний кластер которого всегда содержал фамилию владетеля. Значит, я не ослышался, этим регионом владел Ом. Старина Ом, мой казначей, правая рука во всем, что касается денег. Я предполагал, что вслед за мной перебили всех моих соратников. И то, что Ом выжил, говорило о том, что он нереальный везунчик и неуязвимый сукин сын. Если я сумею связаться с ним или с его наследниками, то неприятности останутся в прошлом. Или мои кишки намотают мне на шею – Ом вполне мог оказаться предателем. Сдал меня и получил в свое распоряжение Дом Силы. Вот и думай, то ли орать изо всех сил: «Я тут!» – то ли забиться в самую глубокую нору и носа оттуда не высовывать. Но собрать мысли в кучу мне не дали.

– Э! – раздался окрик со стороны двери. – Текео, ты что устроил из нашего барака? Дом для свиданий?

Я обернулся. В дверном проеме стоял и ухмылялся пухлый белобрысый паренек с наглой рожей.

– Нет, ты пойми, я не против. Но мог бы и двух цыпочек притащить. Хотя если ты поделишься…

– Ян! – Разозленная Энн вскочила с матраса, сжав руки в кулачки.

Паренька, однако, она не сильно напугала.

– Не поделится? – Он глядел на девушку с явным разочарованием.

– Нет! – рявкнула та.

Паренек пожал плечами и направился к своему матрасу. Разлегшись на нем, он выжидающе уставился на нас с Энн:

– Ну вы чего остановились? Не стесняйтесь, я хоть посмотрю.

– Ян! Мы здесь совсем не за этим!

– Да? – Парень выглядел совсем расстроенным.

– Да!

– Ну хорошо. Я тогда спать. – Ян закрыл оба глаза, чтобы ровно через мгновение открыть правый. – Вы так и собираетесь ничего не делать?

– Почему же, – язвительно ответила Энн, – твой сосед потерял память, и мы думаем, как ему жить с этим дальше.

– О том, что вы угрохали батисферу, я слышал. Вэйдун до сих пор обещает открутить вам обоим бошки. Да и остальная команда не в восторге, что у нас осталось теперь только два исправных аппарата.

– Да мы чуть не погибли! – вскипела Энн. – А Текео лишился памяти!

Ян встал со своего матраса, подошел и сел напротив меня. Внимательно вгляделся в мое лицо:

– Правда ничего не помнишь?

– Нет, – подтвердил я.

– А сколько я тебе должен токенов? – не унимался он.

Вот! Оно! Пускай я в полном дерьме, но у меня есть то, что поможет мне из этого дерьма вылезти. Деньги. У каждого социального слоя они свои. У «омег» – токены, у меня – марки. Причем эти марки не в кармане находились во время смерти. А лежали на счету, и контролировать этот счет я могу с помощью церебрала. Надо только дать ему команду подключиться ко всемирной Сети, и… и тогда мне, возможно, наступит конец. Глобалнет не только дает доступ, но и отслеживает, кто к нему подключен и зачем.

Тотальный контроль над всеми жителями Земли был основой основ единого государства Гармония. Ну как единого… Вся территория планеты поделена на более или менее одинаковые по размеру шестнадцать зон. Они ровными полосками делили шарик Земли от полюса до полюса. Каждой управляет свой Дом Силы и владетель «гамма». Но владетель не абсолютный. Над ними стоят Дома Власти, и каждый такой анклав включает в себя по четыре лена. Причем «над ними» – в данном случае не просто красивая фраза, Дома Власти в буквальном смысле были «над». Замки владетелей-«бет» парили над землей. Но и в их руках не было абсолютной власти: вокруг Земли крутились две громадные орбитальные станции, называемые Домами Высшего порядка. Или просто – Высшими. Там уже жили «альфы», делившие между собой планету ровно на две части.