Денис Деев – Слуга вечности 2 (страница 40)

Гордей откатился назад, но палить куда попало электрическими разрядами не стал. Он выхватил веер Борея и взмахнул им. Артефакт не стал бурчать по своему обыкновению, а мгновенно выдал мощный порыв ветра, разметавший туман в клочья. Ого! Под прикрытием пара в зал успели пробраться сразу три краба! Двое оказались прямо перед Когтем, а один хитрый гад обошел выставленную защиту справа и оказался в опасной близости от Гордея. Сидевший на нем наездник занес свой трезубец и почти в тот же момент Гордей призвал плеть. Вспененная струя воды столкнулась в воздухе с шипящей молнией.

«А вода, особенно морская, это проводник!» — с глубоким удовлетворением подумал Гордей, любуясь на то, как заколотило наездника краба. Тот выронил трезубец и следом вылетел из седла. С самим крабом пришлось повозиться, его хитиновая шкура хорошо сопротивлялась ударам плети. Краба поддергивало, но ринувшаяся на Гордея туша грозила раздавить его о стену.

Гордей поднырнул под бронированное брюхо, перекатился и вынырнул у краба за спиной. Панцирь у членистоногого был влажным и Гордей сходу решил, как эту влагу использовать. С его ладони слетел поток обжигающего холода.

– Кому краба в глазури! — распалялся Гордей. Ледяная корка покрыла не только членистоногого, но и сидящего на его спине всадника и они застыли как изваяние.

Коготь же превратился в настоящий огненный вихрь, закрутившись с мечом в руках как юла. Хитин, обрубки конечностей и желеобразное мясо крабов летело во все стороны. Как и куски доспехов — наездники тоже попали под вентилятор марки «Коготь». Гордей же со своим противником расправлялся бескровным способом, продолжая окатывать застывшего краба волнами холода. Что печально окончилось для наездника — вылетевшие из него зеленые Искры были тому подтверждением. Хорошо еще, что их было немного, а то бой для Гордея тут бы и закончился.

— Бегом в люк! – отдал приказ Коготь, закончив шинковать врагов. И сам тут же его исполнил, прыгнув в проем. Причем сделал он это «ласточкой», головой вниз, выставив меч вперед. Ох и не посчастливиться тому, ого пронзит это «живое копье».

Аватар Когтя позволял ему не бояться падений с большой высоты. Гордей же такой роскошью не обладал, но у него была и своя фишка. Правда опробовать ее пришлось прямо в бою. Разбежавшись, он прыгнул в люк и уже в полете лихорадочно пытался активизировать левитацию.

«Я парю. Я легче воздуха. Я долбанный воздушный шарик, наполненный гелием», — лихорадочно формировал ощущения от полета Гордей, видя, как быстро приближается дно колодца. Он все также в уме перебирал варианты эмоций, направлял энергию в несуществующие крылья за спиной. Но сработало только одно, да и то, когда до твердого каменного пола осталось не более пары метров. Гордей себе представил, как на его стопах и ладонях появились светящиеся кругляши и испускаемый из них свет замечательно противостоял земной гравитации. Стиль «Железный человек» сработал — во что мы верим, то и работает! Широко расставив руки, балансируя, чтобы не потерять равновесие, Гордей грохнулся оземь. Полностью инерцию падения ему погасить не удалось, но переломов голеностопа он избежал.

Увидев открывшуюся перед ним картину, Гордей тут же навесил на себя грозовой плащ. Коготь тоже застыл рядом с ним, защищенный огненной сферой. То, что агенты резко сбросили темп, объяснялось просто — перед ними, в полутемном зале, выстроилась шеренга из двух десятков крабов с оседлавшими их наездниками. Впереди строя нервно перебирая лапами стоял самый настоящий Отец Всех Крабов. Высотой метра под два, шириной так и вовсе за все пять, чудовище было выкрашено в алый цвет. И восседал на нем гигант в золотых доспехах, части лат которого были украшены завитушками в стиле морских волн. В руках гигант держал здоровый двуручный меч, выточенный из прозрачного синеватого кристалла.

-- Убить осквернителей! – гигант поднял меч и направил его на агентов.

Кричать, что они никакие не «осквернители» и вообще мирные ребята, после той мясорубки, которую агенты устроили наверху, было делом бесполезным.

– Отойди за меня, – негромко сказал Гордей Когтю.

– С ума сошел?!

– Просто отойди за меня! – громче крикнул Гордей, у которого физически не было времени что-то детально объяснять Когтю.

И шеф в него поверил! Палач джинов, карающая длань Легиона, отчаянный рубака и приятель монархов, медленно отступил за спину Гордея, продолжая следить за врагами.

– Если они начнут…

Договорить Коготь не успел. «Они» начали! Следуя безмолвному приказу, тритоны вскинули трезубцы и разом ударили по змеящимся молниям защиты Гордея. Ух и светопреставление же тут началось! Гордей сильно наклонился вперед, как бы своим телом сдерживая ударившие в купол струи воды. Жужжание молний смешалось с шипением испаряющейся воды. Эффект был гораздо слабее, чем от встречи воды и огненной защиты Когтя. Пар возник, но обзору он не мешал. Гораздо важнее было то, что Гордей на практике подтвердил простую истину – не надо лить воду на трансформатор. Одновременный удар всех тритонов защита Гордея смогла сдерживать не более трех секунд. Затем она, не выдержав напора, лопнула. Взрыв отбросил Гордея к стене. Но это были волшебные три секунды – удары током, которые получили тритоны, повышибали их из седел. И хотя врезавшийся в стену Гордей на время выбыл из строя, на сцену вышла главная ударная сила Службы. Пылающая сфера исчезла, вместо нее на левой руке Когтя появился щит. Рванул он с места, как атакующий танк – с тяжелым разбегом и чувством, что его не остановишь и бетонной стеной. Впереди шефа Службы летел его боевой рев – никакой магии, но неподготовленного слушателя он мог запросто довести до непроизвольных приступов диареи.

В седле из всех встречающих остался только вожак на красном крабе, так как он был единственным, кто не атаковал до этого Гордея. Его краб тоже сорвался с места в аллюр навстречу Когтю. Сражение пешего с «конным» рыцарем обещало быть захватывающим и беспощадным. Если бы Коготь не устроил подлость – прямо перед столкновением он бликнул. Исчез и появился уже позади краба. Георгий не хотел дать прийти в себя все еще оглушенным и взбирающимся на своих крабов тритонам. Дай им минуту, и они вновь встанут перед агентами слаженным непреодолимым строем.

Коготь не стал размениваться на призыв сложных заклинаний, он врубился в ошеломленную толпу размахивая мечом. Достойного сопротивления ему никто оказать не смог. Вроде бы и победа не за горами, но ее омрачал один неприятный факт – вожак тритонов решил не своему войску помогать, а добить опасного громового мага.

Едва Гордей поднялся на ноги над ним нависла покрытая шипами и красным панцирем туша. Он тут же призвал свою ледяную мини-крепость. Таран чудовища мгновенно разметал ее на глыбы льда, однако Гордей успел перекатиться в сторону. В близком столкновении с бронированным противником ему мало что светило, поэтому он расставил руки с опущенными вниз ладонями и взмыл под потолок зала, еще и окружив себя до кучи плащом из молний.

«Да я прямо-таки бог грома и молний!», – восхитился сам собой Гордей. И тут же был наказан за свою гордыню. Главарь защитников Атлантиды не стал повторять ошибок своих подчиненных и швыряться в воспарившего «бога молний» водой. Его меч ярко засветился, и из него вырвался яркий синий луч, ударивший в молниевый полог Гордея. Этот «бластер» оказался с сюрпризом – сам по себе он не нес никакого разрушающего эффекта. Но бил по нервам, причем делал это в самом прямом смысле слова. Даже под защитным пологом Гордей почувствовал, как по его телу разлилась жуткая боль. Боль чисто фантомная, не несущая вместе с собой никакого физического ущерба. Но Гордею от этого было не легче. Что главное в магии? Правильно – концентрация на эмоциях и ощущениях. А какая тут к черту концентрация, когда у тебя по венам расплавленный свинец плещется и серная кислота кожу сжигает? Волна боли сбила концентрацию Гордея и тот как красиво взмыл, так и грохнулся обратно на землю. Хорошо еще, что Гордею хватило концентрации удержать свою защиту. Если бы она спала, то он бы насладился болевым заклинанием от всей души.

Тритон бросил краба вперед на объятую молниями фигуру, он готов был пожертвовать своим ездовым животным, но Гордея уничтожить. Тот вовремя отшатнулся, и бронированная туша пронеслась от него в считанных сантиметрах. Только Гордей восторжествовал, как наклонившийся всадник протянул его мечом по спине. Упругие ветви молний не дали разрезать его плоть. Пиявка паразит мгновенно нагрелся, впитывая в себя враждебную магию. Но фантомная боль смогла преодолеть все магические преграды – Гордей с трудом удержался, чтобы не рухнуть на землю и не скрючиться от боли.

Проскочив с пяток метров, всадник развернул краба для повторной атаки. Самое время было позвать на помощь «тестя», но Гордей понимал, что Когтю сейчас против двадцати противников несладко приходится. Да и вырос он уже из штанишек и кричать «спасите-помогите» было как-то не совсем солидно.

– Не один ты в садо-мазо играть умеешь! – Гордей призвал по плети в каждую руку и стеганул ими для острастки об каменный пол, – давай, членистоногое! Вперед!

Краб не заставил себя ждать, разорвать на части дерзкого мага он хотел не меньше хозяина. Выставив крупную правую клешню вперед, этот живой экскаватор ринулся на Гордея. Тот тянул до последнего и когда до выставленной крабом клешни оставался буквально шаг, Гордей подпрыгнул. И не просто подпрыгнул, а взлетел, минуя и клешню, и поднятый противником меч и даже умудрившись разминуться с выпущенным из меча лучом боли. Мгновенно отключив левитацию, он упал прямо позади развернувшего краба и от всей души стеганул его наездника, от доспеха которого полетели искры. Всадник чуть было не выпал из седла, но выровнялся, усидел и начал разворачивать животное для еще одной атаки. Но Гордей его в этом успешно обломал, выпустим сразу три волны холода по лапам «скакуна». Сегменты ног краба тут же потеряли подвижность, и он встал как вкопанный.