Денис Деев – Ночь Грядущая (страница 40)

Девушка шустро спрятала жемчужину в карман.

– Ладно. Оставь себе, – милостиво махнул рукой Фил. – Но у меня просьба одна будет: Какая у вас тут самая мерзкая работенка есть?

Гад не отвечал. У него произошло короткое замыкание всего того, что ему заменяло мозг. Только что на его глазах один оборванец легко сдернул с шеи другой оборванки целое состояние! Нет, не так: целых три состояния! При этом Гад сам себе признавался, что если бы он не знал, что у этой барышни на шее не обычные дешевые пластиковые шарики, а жемчужины, он бы ни в жизнь не догадался придушить гражданку темной ночью этими же бусами, забрать жемчужины и убежать через пустыню в поисках лучшей жизни. Ловко их спрятала у всех на глазах чертовка! Ладно, одну жемчужину забрала Маринка, но две другие сейчас держал в руках почти что раб. И Гад никак не мог отвести от них взгляд, нервно стискивая кнут.

– Гад? – попыталась вывести его из транса Маринка. – Тебя спросили про работу.

Гад поднял глаза на Маринку:

– Это жемчужины? Белые?

– Да. Но ты не имеешь к ним никакого отношения, – отрезвила главного надсмотрщика Маринка. – На эти жемчужины планы у Шкипера.

Гад нервно сглотнул, и Фил понял, что упомянутый Шкипер – это серьезно. Настолько серьезно, что одно лишь его имя привело Гада в чувство. Но Фил не понял, какие планы могут быть у этого Шкипера на его, Фила, жемчуг?

– Работа, Гад, – продолжила настаивать Маринка.

– Цех разделки. Это там, где головы зараженных потрошат. Руки по локоть в крови, кожа облазит. Вонь страшенная, – выдал живописное описание лучшего курорта трудового лагеря Гад.

– Можно, я горячо попрошу вот эту мадам туда отправить? – Фил кивнул на Беллу.

– Легко. Гад, распорядись! – Маринка протянула Филу руку. – И будем считать, что все наши разногласия и непонимания позади, да?

– Ага. Настолько позади, что мы прямо сейчас начнем тебе в любви наперебой признаваться, – выразил их общее с Филом мнение Буран.

– Гад, тебе еще два человека в цех разделки не нужны? – невинно поинтересовалась Маринка у старшего надзирателя. – На пару недель, чтоб гонору у них поменьше стало.

– Пристроим, – с готовностью ответил тот.

Фил с Бураном тяжело вздохнули.

– Вещи свои можно забрать? – спросил наемник, уровень гонора которого мгновенно снизился.

На сборы Гад выделил десять минут, опять пригрозив поркой за опоздание. Но напарники уже через пять минут стояли возле КПП трудового лагеря.

– Ну как вам воздух свободы? – полюбопытствовала Маринка, когда Фил с Бураном вышли из ворот. – Сладок и приятен?

– Мне что-то подсказывает, что долго мы на свободе не задержимся, – ответил ей Буран.

– А это уже целиком и полностью от вас зависит.

– Опять надо будет норму выполнять? – ехидно спросил Фил.

Маринка пропустила эту шпильку мимо ушей и ответила абсолютно серьезно:

– Нет. У Исхода с вами связаны серьезные надежды. И если вы их оправдаете, то получите такую свободу, о которой и мечтать не думали.

Фил следовал за Маринкой и думал, о чем же ему мечтается и куда Маринка их ведет. В сырые подвалы, где им начнут ногти один за другим выдергивать? Или так с человеком-надеждой не поступают? Так, может, им отдельные апартаменты выделят и слуг приставят? Фил не отказался бы жить в том милом щитовом домике, мимо которого они сейчас проходили. Ну и что, что возле него нет зеленого газона? Все познается в сравнении, особенно если сравнивать с палаткой, в которой спят восемь немытых тел.

Но Маринка вела их мимо домов, к тому холму, который Фил приметил еще из трудового лагеря. С обратной стороны холма, которая не просматривалась из-за забора, наемник увидел огромный круглый подземный ход, перегороженный монолитной серебристой переборкой. На ее идеально ровной поверхности не было ни сварных швов, ни торчащих заклепок. Подойдя ближе, Фил увидел свое отражение в идеально гладком металле. Он протянул руку, чтобы коснуться этой поверхности.

– Не смей! – грубо одернула его Маринка. – Отойди назад! И ты, Буран!

Маринка положила обе руки на переборку и закрыла глаза. Откуда-то сверху на девушку упал тонкий красный луч. Сначала он застыл на её макушке, потом начал все быстрее и быстрее очерчивать ее фигуру. Он метался с такой скоростью, что вскоре окрасил весь ее силуэт ярко-красным контуром.

Раздался мелодичный сигнал, луч исчез. Маринка сделала шаг назад. Переборка стала матовой, и по ее поверхности побежали темные линии, разделив ее на восемь секторов. Эти сектора с тихим шелестом разъехались, открывая проход.

– Эпическая сила! – выдохнул Буран.

– Нечего стоять, раскрыв рты! Пойдемте, вы внутри еще не такое увидите, – сказала Маринка и шагнула внутрь прохода.

Фил достал навигатор и включил поиск Кадета; метка возникла прямо перед ним.

– Вот как ты нас нашел, – глядя на навигатор, произнесла Маринка.

– И еще раз найду, если понадобится. – Фил убрал навигатор в карман.

Проходя мимо необычной переборки, отъехавшей в стены, Фил удивился ее массивности. Сектора были как минимум полуметровой толщины, и весить должны были по нескольку тонн. Но, закрываясь за ними, они двигались так быстро, словно были сделаны из бумаги. Круглая дверь снова стала монолитной и зеркальной.

Фил оказался в тоннеле диаметром метров десяти. Его стены давали приглушенный голубоватый свет, не дававший разглядеть ничего дальше вытянутой руки.

– Это мы куда угодили? – сдавленно поинтересовался Буран.

– Стойте и не шевелитесь, – прошептала в ответ Маринка.

На потолке над ними вдруг зажегся целый хоровод разноцветных огоньков размером с теннисный мячик. Огоньки опустились и, проигнорировав девушку, начали кружиться вокруг Фила и трейсера.

– А можно в трудовой лагерь вернуться? – Нервы у трейсера не на шутку разыгрались от этой дьявольщины.

Фил тоже ощущал себя совсем не в своей тарелке. Когда огоньки подлетали ближе к его коже, он ощущал неприятное покалывание, как от слабого электрического разряда.

– Нет уж, ребятки, назад в палатку нельзя. Отсюда вам вообще только одна дорога светит. Либо с нами, либо…

– Понятно: на удобрения под капусточку пустите, – закончил фразу за Маринку Фил.

– Не обязательно. Можем и под перцы закопать.

Огоньки воспарили под потолок и исчезли. Буран выдохнул с заметным облегчением.

– Это вы сейчас нас на вшивость так проверяли? – Фил ощупал себя и остался доволен: вроде, руки-ноги были на своих местах.

– Провели полное сканирование. Определили, какое оружие или оборудование при вас есть. А также сняли биологический слепок.

– Какой еще слепок? – Фил ощупал себя еще раз на всякий случай.

– Биологический. На его основе потом можно определить доступ к различным уровням базы. Теперь ваше тело – ваш пропуск. Также вас можно моментально отыскать в любой точке нашей базы.

Пол под ногами Фила засветился мягким голубоватым цветом. Стоило сделать ему шаг, как загорался следующий участок пола. Буран настолько впечатлился этим эффектом, что прыгал с места на места и неподдельно восхищался гаснущим и загорающимся вновь полом. Фил подошел к стене и внимательнее осмотрел ее. Вместо ожидаемого серого бетона или каменной кладки он увидел странный пористый материал, теплый на ощупь и покрытый множеством ребер жесткости, которые напоминали оголенный хребет фантастически длинной змеи.

– Это все не ваше, – твердым голосом произнес Фил.

– Это наша база, – с нажимом возразила Маринка.

– Не думаю. С таким уровнем развития технологий ваши бойцы не отсиживались бы в кустах, как суслики, когда нападали на конвой внешников и отбивали тебя с Поэтом. Вы бы просто щелкнули пальцами, и броня превратилась бы в пластилин.

– Хватит болтать! – Маринка глянула на продолжавшего прыгать Бурана. – И дурачиться! Пойдем, я познакомлю вас с нашим командиром. Он лучше меня ответит на ваши вопросы. И задаст свои.

Глава 15

Маринка сделала несколько шагов в глубь тоннеля, обернулась – Фил и Буран стояли не шелохнувшись.

– Твой босс – он человек? – совершенно серьезно спросил Фил у Маринки.

– Что?! – не сразу поняла та. – Да, конечно, человек! Перестаньте уже бред нести!

– А ты? Может, это… – Буран очертил силуэт девушки рукой, – … просто костюм такой сверху. Маскировка. А внутри монстр какой-нибудь или серый человечек с большими черными глазами. Ближе посмотреть надо. Или пощупать.

Фил с Бураном довольно осклабились, Маринка схватилась за пистолет в кобуре.

– Я вам сейчас пощупаю! Козлы! Идите вперед и слушайте, куда сворачивать надо.

Так они и двинулись по проходу: впереди – мужчины, позади – Маринка, настороженно державшая руку на кобуре. Коридор тоже навевал мысли о инопланетности, у него не было нормальных перекрестков, ответвления уходили под совершенно разными углами, без всякой понятной системы. На пути им попадались переборки, очень похожие на большую дверь на входе. Маринка не обманула: их тела служили пропуском. При их приближении ровная поверхность переборок теряла свой блеск, разбивалась на несколько сегментов, которые втягивались в стены.

Одна из таких переборок раскрылась перед носом Фила. За ней оказались люди: один – хмурый сопровождающий боец в форме Исхода и две фигуры в черных балахонах с вышитыми перевернутыми крестами на груди. Когда эта группа прошла мимо, Буран прошипел:

– Вот, значит, как! Килдинги! Ты служишь этим отмороженным уродам?! Понятно теперь, почему тебя с Кадетом тогда отпустили.