Денис Деев – Ночь Грядущая (страница 33)

– Как бы охрана не всполошилась, что мы тут у них перед носом кругами ездим. Но ладно – попробуем, – принял вариант Бурана наемник. – Только панаму пониже натяни, чтобы она нас не узнала.

В лагерь вела узкая грунтовка, проходившая по дну ущелья. И когда их машина разъезжалась с Маринкиной, в салоне возникла звенящая тишина. Фил избегал встречаться с девушкой взглядом, но мельком разглядел ее, сидевшую в напряженной позе за рулем.

– Разъехались, теперь постоим пару минут и двинемся за ней, – сдавленным голосом произнес Буран.

С заднего сиденья раздался сдавленный стон.

– Что? – бросил через плечо Фил.

– Мужики, та-а-ам… – подал дрожащий голос с заднего сиденья Гаврик.

– Ну что еще? – обернулся Буран. – Фи-и-ил, лучше оглянись.

К ним по дороге, ведущей в ущелье, не спеша приближался один из фургонов сектантов. Но не он поразил умы Гаврика и Бурана. За ним, как привязанная собачка, шел элитник, которого они встречали в Колизее. Маринка спокойно обрулила и фургон, и следовавшего за ним элитника. Фил же остановил машину и не знал, что делать дальше. Убегать на всех парах? А куда? Впереди – килдинги, позади – элитник. Выбежать из машины и начать стрелять? Элиту из винтовки разве что пощекотать можно, а от щекотки тот вряд ли умрет. Бабахнуть из гранатомета Гаврика, который болтался в багажнике? А вот это монстра может разозлить, а жизнь рядом с разозленным элитником проходит очень быстро. Поседеть даже не успеешь, как окажешься разорванным на несколько кусочков.

Пока эти мысли роились у наемника в голове, фургон килдингов проехал мимо их автомобиля. За ним так же безразлично обогнул их и элитник. Вблизи он был больше похож на черную пантеру, начавшую принимать анаболические стероиды и есть уран ложками с раннего детства. Сходство с буйволом элитнику придавала только гипертрофированная мускулистая холка. Фил с Бураном окаменели, когда громадная тварь проходила мимо их машины, а Гаврик заметался на заднем сиденье. Но монстр прошел мимо, даже не повернув в их сторону голову.

– Это сейчас что было? – сдавленно прошептал Буран.

– Наше с тобой второе рождение, – ответил и сам ничего не понимающий наемник. – Эта тварь точно не была человеком.

– Ага, больше похожа на пантеру или какую-то другую большую кошку. Такое случается, когда в Улей прилетает зоопарк. Потом перерождается вот такая вот экзотика.

«Экзотика» с фургоном тем временем добралась до лагеря. Фургон остановился, а элитник преданно уселся рядом с ним на землю.

– Мама, купи мне такого щеночка. Обещаю, что буду с ним часто гулять, – потрясенно вымолвил Фил.

– А кормить чем будешь? – не отрывая глаз от необычайного зрелища, изрек Буран.

– Вздорными девчонками, которые будут у меня воровать объекты миссии, – ни секунды не раздумывал перед ответом Фил.

Тент, стоявший посередине лагеря килдингов, раскрылся, и из него вышла целая процессия. Впереди шли два сектанта, обвешанных до самых бровей оружием. За ними следовал открытый паланкин, который несли, сгибаясь от тяжести, сразу восемь килдингов. На паланкине восседал субъект, которого можно было охарактеризовать только одним словосочетанием – гора жира. Макушка его абсолютно лысой головы имела островерхую коническую форму. Шеи видно не было, зато хорошо просматривались все десять подбородков. Чем ниже, тем фигура толстяка была все шире и шире, доходя до необъятных размеров. Сколько квадратных метров материи пошло на его черный с вышитыми драконами халат, было страшно себе представить. Носильщики, обливаясь потом, подтащили паланкин к сидевшему на земле монстру.

– Вот кем тварь откармливать надо, а не тощими Маринками, – сделал предположение о судьбе толстяка Буран.

Но это предположение оказалось в корне неверным. Сектанты поставили носилки прямо перед монстром, толстяк с большим трудом вытянул руку перед собой. И тут случилось невероятное: монстр, злобно урча, подогнул передние лапы и положил морду чуть ли не к ногам толстяка. Сектант в халате встал, поддерживаемый двумя килдингами. Ноздри твари затрепетали, губы начали подниматься, обнажая желтоватые, зазубренные, как у акулы, зубы. Толстяк положил обе руки на морду твари, закрыл глаза и протяжно запел. Потом в бессилии упал на руки поддерживавших его сектантов. Элитник резко выпрямился и зарычал так, что попадали на землю все стоявшие рядом с ним килдинги, включая и тех, что держали толстяка за локти. Тварь развернулась и огромными скачками понеслась к выходу из ущелья прямо на машину Фила. Двигалась она так стремительно, что Гаврик лишь успел вскрикнуть:

– Мамочка!

Элитник, добежав до борта машины, просто изящно ее перемахнул и продолжил свой бег.

– Я понял! – прохрипел Буран. – До меня дошло, кто натравил зараженных на Колизей. Этот в черном халате умеет управлять элитниками! Или всеми, или конкретно этой тварью!

– Похоже на то, – согласился Фил.

– И фургоны им нужны были для того, чтобы вывезти из разгромленного стаба самое ценное. Этот жлоб контролирует элитника, тот собирает за собой орду, и она прет на стаб. Потом килдинги приходят и подчищают все, что плохо лежит. И жертв себе для обрядов набирают. Если бы мы людей из Колизея не вывели…

Буран не закончил фразу и полез шуровать в багажнике.

– Ты чего? – спросил у трейсера Фил.

– Я не знаю, что в ампуле у того пацана было и как эта бактерия может на Улей повлиять, но килдингов надо остановить. Перед атакой орды зараженных не устоит ни один стаб! Да они же в Улье сплошные пепелища оставят!

Довольный Буран выудил гранатомет, которым их пугал Гаврик. Глядя на горящие глаза трейсера, Фил понял, что его не остановить.

– Дай мне. – Фил забрал гранатомет у Бурана. – Я с такими штуками лучше управляться умею.

Буран передал Филу трубу гранатомета.

– И нам лучше подождать: вон, смотри.

Килдинги, наконец, отошли от грозного рева элитника, подхватили паланкин и понесли его к прибывшему фургону. Другие сектанты раскрыли двери фургона и стали выгружать из него груз. Фил поднес к глазам бинокль – в фургоне находилось оружие. Туда оно, видимо, перекочевало из какой-нибудь оружейной лавки Колизея. Килдинги довольно размахивали руками, радуясь богатой добыче, и столпились возле фургона, стараясь получше разглядеть его содержимое. Наемник заметил, что несколько сектантов оборачивалось в сторону их машины, не понимая, почему их подельники застряли на полпути к лагерю. Надо было срочно действовать, пока их непонимание не переросло в подозрение.

– Пора! – скомандовал Фил и, открыв дверь, рывком вышел из машины. То, что за ним вылез Буран, было ожидаемым, но наемника удивил Гаврик, рванувший вслед со своей древней винтовкой со скользящим затвором наперевес.

Фил закинул гранатомет на плечо и сквозь прицел увидел обернувшихся в его сторону килдингов с удивленными вытянувшимися лицами. Мучений с выбором цели у наемника не было – все сектанты собрались вокруг толстяка на паланкине, как цыплята вокруг наседки. Фил поймал в прицел эту груду мяса и выстрелил. С громким хлопком ракета вырвалась из трубы и полетела в сторону сектантов. Удивление на лицах сектантов сменилось ужасом: они любили причинять боль другим, но сами ее испытывать наотрез отказывались.

Ракета принесла им не боль, она принесла им очищающее пламя Инферно. Снаряд попал ровно туда, куда целился Фил, – в такую крупную цель, как главарь килдингов, было сложно промахнуться. Громыхнуло, в воздух взметнулись куски плоти и обрывки черного халата. Стоявших рядом с главарем сектантов также разорвало в клочья, а остальных посбивало на землю и контузило резким перепадом давления.

Фил отбросил опустошенную трубу и вскинул винтовку. Ползавшие по земле, оглушенные килдинги представляли собой легкие цели и отправлялись в свой сектантский ад пачками. Из шатра на звук взрыва и стрельбы выскочило трое килдингов. Они еще в оцепенении озирались на побоище в их лагере, и тут к кровавому веселью присоединился Буран. Его штуцер дважды коротко рявкнул, снеся голову одному и проделывая дыру размером с тарелку в груди другого сектанта. Третий успел выдать длинную неприцельную очередь, но его тут же скосил Фил. Наемник быстро окинул взглядом лагерь килдингов – любое движение отсутствовало.

– Ну что? Доволен? – сказал, обернувшись к Бурану, Фил.

– Помнишь, я обещал найти того элитника и объяснить, что на стабы нападать нехорошо? Считай, даже лучше получилось. Я наказал не винтовку, а стрелка. Тех уродов, – Буран кивнул на щедро разбросанные остатки килдингов, – которые весь этот кошмар в Колизее устроили.

– Улей спасен, злодеи наказаны, а нам пора рвать когти, пока их дружки не подъехали, – предложил Фил, и Буран кивнул, вынужденно соглашаясь. Элемент неожиданности уже не сработает, дымящийся лагерь, полный трупов, сразу насторожит вернувшихся с добычей из Колизея.

Фил и Буран сели в машину. Потом обернулись и посмотрели на заднее сиденье. Потом выглянули наружу. Гаврик лежал на спине, глядя в небо чистыми голубыми глазами, из-под каски по его лбу стекала тонкая струйка крови. Выстрелить успел всего один килдинг, и всего одна пуля нашла цель. Тело бывшего актера, так и не научившегося жить в Улье, трейсер и наемник забрали с собой. И похоронили Гаврика на живописной полянке с могучим дубом и переливчато журчащим родником под ним. А потом они стояли возле свежей могилы, мяли в руках панамы и не могли придумать, что сказать о едва знакомом им человеке.