Денис Деев – Ночь Грядущая (страница 16)
Замаячившая впереди удача окрылила Фила, и он ввалился в кабинет Лиса без стука. Хиппи непонимающе глянул на наемника. Фил с порога решил брать быка за рога, в смысле – лиса за хвост.
– Говорят, что ты все про всех в Колизее знаешь?
– Врут бессовестно! Все обо всех знать нереально. К примеру, соседка моя, добропорядочная вдова Стрелка, вдруг ни с того ни с сего оказалась в положении. А я к ней клинья год подбивал! И понятия не имею, какой шустрый подлец ей ребеночка заделал. М-да… – горестно вздохнул Лис. – А ты чего хотел?
– Мне паренька одного найти надо. Вдруг ты его видел или что-то про него слышал. – Лис поморщился, а Фил торопливо продолжил: – Конечно, не задаром. Я заплачу.
Фил полез в свой рюкзак за споранами. Лис жестом остановил его.
– Эх, я ведь не просто так просил твою подружку рассказать тебе о наших законах. Я лицо какое? Должностное. А ты мне сейчас взятку предложил. И вполне возможно, что за секретную информацию. А за это можно не только клеймо заработать, но и на Тараканьи Бега загреметь.
– Но… – ошарашенно попытался возразить Фил.
– Но в шесть я свою работу заканчиваю и становлюсь лицом частным. Тогда меня можно в бар «Элитник» пригласить и про парня своего поспрашивать, угощая всякими вкусными напитками. Суть уловил?
– Еще как! Спасибо! Встретимся в «Элитнике», – обрадовано ответил Фил.
Охрана у ворот бегло проверила бейджи и отворила им калитку. Фил зашел внутрь стаба и обомлел. Маринка заметила его замешательство:
– Впечатляет, правда?
Внутри стаб оказался спортивным комплексом, в центре которого возвышался громадный стадион.
– Повезло им со стабом, – продолжила рассказ Маринка. – Сюда целая олимпийская деревня прилетела. Теперь понимаешь, почему они Колизеем назвались? Из того здорового стадиона. они крепость сделали. Видал стены? Их и на танке с разбегу не пробьешь. Внутри живут самые влиятельные люди Колизея. А вокруг… да ты сам посмотри.
А посмотреть было на что. Пространство перед стадионом больше всего напоминало адскую смесь из китайского, восточного и привокзального базаров. Создавалось впечатление, что здесь все торговали всем.
– Ничего себе размах! – искренне восхитился наемник.
В разнокалиберных палатках можно было купить еду – от армейских сухпаев до деликатесов и разносолов в ярких упаковках. Обмундирования и снаряжения на этом рынке хватило бы, чтобы обуть-одеть целую дивизию. В бесчисленных палатках можно было приобрести и совсем странные для Улья товары: бытовую технику, мебель, гаджеты и автомобили. Фил даже видел бутик, в котором продавались смокинги и вечерние платья. И, конечно, отдельной статьей шло оружие. На полках были выложены как изящные дамские пистолеты, так и объявления о продаже бронетехники. Вокруг палаток бродила-бурлила толпа, торгуясь, зазывая, да и просто глазея.
– Зачем нужен такой здоровый рынок? – удивленно произнес Фил. – В Улей же все само падает.
– Падает. Но все, что падает, надо сначала найти, потом отбить, а потом еще и как-то до стаба довезти. Иногда патронов больше израсходуешь, чем добычи возьмешь. Богатые кластеры давно между кланами поделены, и если ты на чью-то поляну влезешь, то можешь серьезно подпортить себе здоровье. Да и потом, возле одних стабов появляются кластеры с оружием, возле других – больше жратвы, а возле третьих – маркет с электроникой прилетает. Здесь идет не столько торговля, сколько оптовый обмен. И я тебе говорила, они тут все помешаны на сохранении своей прибыли. Из Колизея идут караваны во все крупные ближайшие стабы. То есть купил ты тут товар, договорился с караваном и едешь себе спокойно. На конвой из Колизея опасаются нападать даже внешники – настолько внушительно его прикрывают.
– Пойдем, глянем, чем здесь разжиться можно.
– Стой! – одернула наемника Маринка. – На торговую площадь с оружием нельзя. Тебе же говорили: здесь очень жесткие правила. Нам сначала надо подыскать жилье, оставить оружие там, а уже потом шататься по стабу.
Маринка проводила Фила в квартал, где ровненькими рядами стояли аккуратные сборные домики. За комнату в одном из них Филу заломили такую цену, что перед ним замаячил призрак банкротства, если в ближайшее время он не придумает, как начать зарабатывать. Ну, или не найдет свой объект и не свалит куда подальше из Улья. Маринкиных средств не хватило на съем еще одной комнаты, и они решили заселиться вместе.
По счастливой случайности, они заселились в тот благословленный час, когда в домики подавалась теплая вода. Душевая кабинка стояла в углу комнаты, ее полупрозрачная занавеска закрывалась неплотно, и Фил за свои сумасшедшие траты получил приятный бонус: из-за занавески выглядывала то одна, то другая привлекательная часть Маринки. Фил по достоинству оценил ее длинные ножки, хотя, на его вкус, у Маринки на бедрах была слишком рельефная мускулатура. Кровать в их комнате была хоть и большая, но одна. И Фил разглядывал посвежевшую и похорошевшую после душа Маринку и надеялся, что ночью ему обломится еще одна приятная премия.
Однако делу время, а потехе полагается всего один час. Фил засобирался на встречу в баре с Лисом. Маринка его одного отпускать отказалась, переживая, что он может натворить глупостей в незнакомом стабе.
Бар «Элитник» оказался местом очень популярным и Фил без труда его отыскал. Над входом в бар висела вывеска и череп зверя с мощными челюстями и клыками размером с ладонь Фила. Наемник открыл дверь, заглянул внутрь, и ему сразу захотелось уйти. Бар был заставлен столиками из черного полированного дерева, а на окнах висели тяжелые золоченые портьеры. Весь интерьер намекал на то, что, заказав стакан воды, Фил имел все шансы уйти отсюда не только без остатка споранов, но и без штанов с трусами. Маринка затолкала его внутрь, и до Фила запоздало дошло, что в этом мире дорогой интерьер мало что значит. Вся эта мебель стоит ровно столько, сколько стоит бензин, необходимый для ее перевозки. И менять ее можно хоть раз в неделю, пуская старую на растопку.
Фил с девушкой сели за столик и сделали заказ.
– Сиди за столиком и никуда не ходи. И ни с кем не разговаривай, – кратко проинструктировала Фила Маринка.
– Да брось, это же обычный бар.
– Зато необычный стаб. Здесь ворам не отрубают руки. Какой в этом смысл, если они опять отрастут заново? Грабителей и драчунов здесь в тюрьмах не держат: какой смысл переводить еду и живчик на отбросы общества? Вместо этого любого, кто нарушит закон в Колизее, отправляют на Тараканьи Бега.
– Что это за это за бега такие? Меня Лис тоже ими пугал.
– Вот пусть, когда он придет, тебе и расскажет. Я про них только слышала, а он, думаю, не раз видел их вживую…
В глубине бара раздался громкий гогот, и девушка рефлекторно обернулась на этот звук. Ее глаза сжались в щелки, а лицо приобрело злое выражение.
– Посиди здесь. Если что – не вмешивайся, – сказала Маринка, встала из-за стола и направилась к двум мужикам в десантных комбинезонах, игравшим в бильярд в дальнем конце зала. Мужики настолько были увлечены игрой, что не обратили внимания на девушку, которая подошла к ним и оперлась ладонями на стол. Но Маринка не собиралась изображать молчаливую болельщицу.
– Привет, Штык! – громко произнесла она.
Один из игроков, услышав голос Маринки, дернул кием и промазал по шару. Он поднял глаза на Маринку. Та продолжила:
– Что, проигрываешь те деньги, которые за нас с Поэтом от муров получил?
Тот, кого Маринка назвала Штыком, наигранно улыбнулся и ответил:
– Детка, я первый раз тебя вижу.
– И в последний раз, Штык. Поверь мне: в последний раз.
Сам Штык находился в замешательстве, но в беседу решил встрять его приятель:
– Ты кому решила угрожать, мелкая? Угомонись, а то вышвырну отсюда задницей на асфальт.
– Не лезь, это не твое дело! – произнесла Маринка, даже не глядя на приятеля Штыка. – У меня вопросы только к этой мрази…
Договорить Маринка не успела: друг Штыка бросил кий на стол и, широко расставив руки, пошел на Маринку.
– Все, малявка, доигралась!
Фил вскочил со своего места. Мужик, шедший на Маринку, был больше ее минимум в два раза и мог своими «объятиями» сломать девушку, как тростинку. Но Маринка справилась и без помощи наемника. Он ловко увернулась от мужика, подхватила со стола кий и, размахнувшись, врезала ему по горлу. Кий сломался пополам. Мужик булькнул, посинел и завалился под стол.
– Ах ты, сука! – заорал Штык, вытаскивая из кармана кастет и бросаясь на Маринку. Фил схватив бутылку вина со стола соседей, кинулся к дерущимся. Вернее, попытался кинуться, но его куртка, кем-то прихваченная сзади, затянулась у него на шее. Фил обернулся – его за шкирку, как щенка держал Лис.
– Пусти! – прохрипел Фил и попробовал вырваться. Странное дело: мелкий и худой Лис одной рукой его спокойно удержал. И Фил не успел.
Маринка встретила Штыка в штыковую, всадив обломок кия ему в грудь. Роковую роль сыграла и сила, с которой Штык пер на девушку. Острый деревянный кол вышел у него из спины. Девушка потянула кий на себя, Штык сделал шаг назад и мешком осел на пол. Кий остался у девушки в руках, а из раны на груди Штыка брызнул фонтан крови.
Маринка еще потрясенно смотрела на окровавленный обломок кия в своей руке, а с одного из столиков уже поднималась троица в темно-синей форме.