Денис Деев – Красная галактика. Том 3 (страница 43)

— С тиррянами идейка смешная… но мы надорвемся, Филимонович, — пока Егор и Гришей наводили мосты-отношения с соседями, Питер совершил прорыв в другой области — он открыл коньяк. Ну как открыл, скорее идеально скопировал земной напиток. То, что держали в стаканах Семенович и Филимонович, как минимум тянуло на двадцать пять, а то и пятьдесят лет выдержки. «Старики-разбойники», которые теперь выглядели на двадцать пять, заперлись в ЦОПе, чтобы без лишнего фона обсудить создавшуюся обстановку, — нам бы сначала с пугзами закончить. И от миитэ какой-то ясности добиться. От Пакта на наше баловство реакцию увидеть. Белка к пиополи улетела, надо понять, что с ними делать. А уж потом к тиррянам лезть.

— Так оно же все одно на другое завязано! Пакт нас будет долбать до тех пор, пока у них будет мощная промышленная база. Чтобы ее выбить, надо перетащить к нам пугзов. А их надо прикрыть, для этого нужны пилоты. А где их взять в достаточных количествах? У тиррян. Петля.

— Ну как бы да… но ты помнишь, старик, как мы тут впервые оказались? Разве мы об этом мечтали? Мы же хотели свою систему обустроить. Огурчики с помидорчиками на старость выращивать. И тут… такое. Целая империя вырисовывается.

— Ну оно как бы так и бывает. Ты Ермака вспомни, взялся купцов посторожить, а в итоге Сибирь присоединил.

— Сколько мы уже рас собрали?

— Не знаю, не считал, — сознался Егор, — много.

— Добавь сюда еще и тиррян. Не наших, местных. А целую страну. Сколько их там? Как мы ими руководить будем?

Приятели молча чокнулись. Выпили. Не закусили.

— И что ты предлагаешь? Все бросить, объявить эксперимент неудавшимся и сбежать? — спросил у друга Егор.

— Да куда сбежать? На кого мы их бросим? Мы в ответе за тех, кого подобрали. Стрелка не бросит Рыжика. Про Питера и Мижатку я даже говорить не буду. Да и как я Мишане в глаза скажу, что мы бежим. Пропадут они без нас.

— Как есть пропадут. Опять им мозги какие-нибудь жулики типа Хор-Са запудрят. С Мишаней надо поговорить, как их королевну начинать обхаживать.

По заведенному порядку «утро вечера мудренее» отцы-основатели опрос Михаила и других тиррян отложили на завтра. Благо ехать им из ЦОПа было в одну сторону. Семенович, воспользовавшись разрешением Питера, построился на берегу того же озера, что и Егор. С легкой руки которого озеро стало именоваться «совминовским». Семенович же окрестил свой дом «берлогой» и доблестно отбился от повышенного внимания со стороны Дылды и Кубышки, предпочитая жить холостяком.

Егора же на пороге встречала Стрелка.

— Приветствую тебя, покоритель пугзов, разрыватель литариев и унизитель Хор-Са!

— Не издевайся, — устало произнес Егор, поднимаясь по ступеням ко входу.

— А я и не издеваюсь, я по фактам говорю. Как посидели?

Егор наклонился, чтобы поцеловать Стрелку, но та принюхалась и отстранилась.

— Тааак, понятно! Я-то думала, они там делами занимаются! Переживаю, покушали-нет. А они бухали!

— Да мы по чуть-чуть!

— Знаю, я ваше по чуть-чуть! А ну марш домой! Завтра я Семеновичу хвост накручу! На весь ГССР три мужика и два из них — алкоголики!

Но когда наступило завтра, Стрелке стало немного не до разборок с Семеновичем и борьбы с зеленым змием. Сначала в Викторию залетел корабль. Но система оповещения панику не подняла, так как корабль был своим. На эсминце «Свободный» к пиополи отправилась Белка, однако почему-то слишком быстро вернулась. И не вернулась не просто так, а с дикими воплями:

— Подъем! Тревога! Помогите! — кричала она в эфире. Да так пронзительно, что диспетчерская служба переадресовала ее вопли главному начальству.

У Егора, после вчерашнего, голова слегка побаливала. Питер скопировал коньячок вместе с последствиями от его чрезмерного употребления. Поэтому, когда из коммуникатора раздались истеричные крики Белки, он поморщился.

— Не бери в голову, — Стрелка подлила чай в кружку Егора. Паника Белки застала чету за завтраком, — ты же знаешь, она натура эмоциональная и импульсивная.

— И очень громкая, — пробормотал Егор и переключился на коммуникатор, — привет! Что случилось?

— Чего орешь как оглашенная ни свет, ни заря?! — на том же канала объявился недовольный Семенович.

— За мной гонятся!

— Диспетчерская, — Егор переключился на канал службы контроля, — еще Т-переходы есть?

— Никак нет! — отрапортовали диспетчеры.

— Кто гонится?

— Сапруки!

— Белка — ты бредишь?! Радар чист…

Договорить Семенович не успел. Т-переходы на границе Виктории начали расцветать один за другим.

— Зарегистрировано шесть переходов! Зарегистрировано двенадцать переходов! Пятнадцать! — вела тревожный счет диспетчерская.

Егор сорвался с места, за ним устремилась и Стрелка. Выбежав наружу, они заметили, как от дома Семеновича стартовал челнок. Да и от дома Питера тоже! Видимо он не смог удержать жену, что не было удивительным — для Мижатки, как и для всех миитэ, долг всегда был превыше всего! И беременность долгу была не помехой.

— Я на «Славу», — по рации проинформировал Егора Семенович, — Мишаня уже на «Кирове».

— Я в ЦОП. Как думаешь, кто нас сдал? Пугзы?

— Понятия не имею, но точно не миитэ. Когда я улетел, они были настроены максимально жестко против Пакта.

— Пугзы тоже вряд ли… они, так сказать. Прозрели после векового рабства.

— Вот ты и выясняй, почему Пакт ждал Белку у пиополи. А мне систему оборонять надо.

В том, что Семенович и компания смогут отбиться, Егор ни на секунду не сомневался. Помимо кораблей, у ГССР в Виктории имелась сеть цитаделей, на которую флот может опереться при обороне. Но это только в случае первой волны атаки. А дальше Генеральный Пакт нагонит такие флотилии, что ни одна оборона не выдержит. Поэтому для Галактического Союза сейчас путь дипломатии был намного предпочтительней бряцания оружием.

Стрелка высадила Егора возле ЦОПа, а сама погнала челнок дальше. На «Орлицу». Помимо того, что она числилась главным разведчиком-пионером, она еще и эскадрилью «поющих асов» возглавляла.

— Береги себя! — Егор спрыгнул на гранит посадочной площадки из открытого люка челнока.

— Ты тоже! — ответила Стрелка и экстренно стартовала, едва Егор отбежал на десяток метров.

Пожелание Стрелки Егора смутило и разозлило. В случае, если ситуация дойдет до прямого боестолкновения, ЦОП, прикрытый орбитальными цитаделями, будут бомбить в последнюю очередь. Стрелка же будет на переднем крае этого замеса. Поэтому перед Егором стояла задача — ни в коем случае этот замес не допустить!

Филимонович уже добежал до куполов базы, когда на площадку сел еще один челнок.

— Егор! — выкрикнул высунувшийся оттуда Питер, — она на «Коммуну» собралась! В десантный отряд! Ну скажи ей, что там не место для дам в положении!

Егору хотелось было ответить, что кое-кому надо было головой думать, прежде чем брать в жены инопланетянку с горячим темпераментом. Но Питер был прав — Мижатку надо было поберечь. Мало того, что она ждет ребенка, который будет потерян при клонировании, так еще она была как бы символом объединения ГССР и Ми. Не дай бог с ней что-то случится, миитэ этого не одобрят и не поймут.

— Быстро за мной! — крикнул он сидящей в челноке Мижатке.

— Но…

— Выполнять приказ! Совсем уже расслабились! — рявкнул Егор, копируя интонации голоса Семеновича.

Слово «приказ» было из разряда безусловно святых понятий на Ми. Миитэ выпрыгнула из челнока, за ней к ЦОПу побежал и муж.

Глава 24

Первый флот разворачивался, чтобы отразить вторжение. Подопечные Мишани действовали безукоризненно. Вперед выдвинулись «Слава» и «Киров» окруженные тройкой эсминцев. Позади них приготовились к стремительному рывку фрегаты. По плану боя, они должны были выныривать из-за «спин» тяжелых кораблей, осыпать врага ракета и быстро нырять под защиту силовых полей обратно. Авианосцы от Виктории вообще не отходили — чтобы не подвергать их ненужному риску было решено запускать истребители одновременно и с них, и с орбитальных крепостей. Облако легких машин висело неподвижно, ожидая своего шанса для прорыва в бреши во вражеских линиях. Все это смотрелось внушительно если бы не одно «но» — сапруки продолжали прибывать сплошным потоком. В системе уже находилось около тридцати кораблей, и они продолжали лететь как комары на свет.

— Говорит председатель Революционного Совета Галактического Союза Социалистических Республик, — Егор вызвал сапруков и представился, используя все свои регалии, — вызываю флот Генерального Пакта!

Сапруки соизволили ответить на вызов. На экране в ЦОПе появился бамбуковый лес. Инопланетяне-растения были в прямом смысле этого слова высажены в рубке своего корабля — каждый сапрук произрастал из собственной кадки.

— Немедленно заглушить двигатели! Всем кораблям лечь в дрейф! — прошелестели листья.

— Приятель, а ты ничего не попутал? — подключился к переговорам Семенович, — мы как бы у себя дома.

Егор не стал цыкать на своего дурга, хотя ему этого очень хотелось — дипломатичность не являлась сильной стороной Гриши. Надо же понимать, когда переть напролом буром и быковать, а когда лучше сдать назад и начать вести переговоры! Но в ГССР было кому поставить зарвавшегося наркома на место.

— Семеныч, ты бы помолчал маленько, — по персональному каналу к Григорию обратилась Стрелка, — за последнюю минуту было восемь Т-переходов. Нас задавят числом.