Денис Деев – Часовой Земли. Книга 2 (страница 9)
Штаб во Владивостоке очень хотел наложить лапку на часть прибывающего для «часовых» грузов. Но Ромин по этой лапке сразу крепко настучал. Ведь для нужд армии в порт прибывал поток раз в десять превышавший объём грузов корпуса. Страна насыщала регион техникой, людьми и припасами. Но войсковым генералам был отдан чёткий приказ – организовать оборону города по высшему разряду, но к пирамидам не соваться. И пока придерживаться пассивной тактики. Провал Весенина был горьким, но полезным уроком. Сам Ромин официально уволился из вооружённых сил РФ и перевёлся в координационный совет корпуса. В него также входили представители от Китая, Америки и Великобритании. И возглавлял высший орган корпуса Ален Моро.
Очередную волну Застава пережила без последствий. Марина оказалась права – если не давить на пришельцев, те не сильно и стремились к открытому сражению. К базе припёрлась кучка вертушек и два десятка топтунов. Практически все они полегли от огня артиллерии или раскидали свои внутренности от подрывов на подарках «дядюшки Моро». МКП даже пострелять не пришлось, поэтому только пушкари за эту волну получили улучшения от гонцов. На базе становилось всё больше людей с табличками на лбах. Их внешний вид уже не так сильно шокировал окружающих. Золото на голове и наниты в крови перестали быть чем-то выходящим за рамки обыденности.
Вместе с оборудованием с кораблей сходили и специалисты, отвечавшие за его монтаж и настройку. Как раз сейчас часовые ожидали автобус с ещё одной партией спецов, и Павел с трудом давил в себе желание организовать его прикрытие с помощью «Драккаров» Всё-таки авиация – это сила, мощь и непревзойдённая скорость реакции на любые события. Что может быть лучше того, чтобы свалиться на головы врагов прямо с неба и хорошенько им продемонстрировать как выглядит мама у Кузи?
– Товарищ полковник, на третьем блокпосту проблема! – прерывая мечтания Павла, по коммуникатору доложился Уваров.
Полковник прикинул, что третий пост как раз находится на Владивостокской трассе. Неужели с инженерами из Штатов по дороге что-то стряслось?!
– Какая ещё проблема? – потребовал он конкретики.
– Возле поста митинг. Гражданские. Требуют пропустить.
Павел ещё раз с сожалением посмотрел на двух стоящих на взлётной площадке красавцев, вздохнул и объявил:
– Первый взвод – готовность! Выход через десять минут!
Полковник устранять проблему с гражданскими решил самолично. Ведь в таком вопросе с одной стороны нужна деликатность. А то чуть передави – поснимают на камеры и выложат в сеть кучу роликов в духе «Международные силы творят беспредел в русском Приморье!». А чуть дай вольности, и по Заставе начнут разгуливать всякие непонятные личности, выясняя, не нарушаются ли тут чьи-либо права?
– Нам пришлось в воздух стрелять, чтобы не допустить прорыва в запретную зону! – сообщили с блокпоста в тот момент, когда первый взвод преодолел уже больше половины пути. Вокруг пирамид была определена круговая зона, доступ в которую без специального пропуска запрещался. За потенциальными нарушителями должны были чётко следить «стрекозки», но пока идиотов, желающих познакомиться с пришельцами поближе, не находилось.
– Смотрите, не зацепите там никого! – произнёс Павел и добавил на общем канале взвода: – Поднажмём, парни!
Глава 6
Взвод к блокпосту прибыл вовремя. Обстановка накалялась, и от пассивного противостояния грозила перетечь в масштабное столкновение. Павел, подойдя к установленным поперёк дороги блокам, обнаружил на другой стороне баррикады довольно внушительную толпу, напиравшую на сдерживающих её бойцов. Толпа не пешочком притопала, на обочине в ряд выстроились микроавтобусы. На крыше ближайшего из них пританцовывала какая-то девка, выряженная в длинное оранжевое платье, расшитое бисером. Размахивая мегафоном и рыжими кудрявыми патлами, дева хиповатого вида вещала:
– Мы требуем немедленно пропустить нас к засекреченным объектам! Почему первым контактом с инопланетянами занимаются военные?! Вы хотите довести нас до галактической войны?! Кто-нибудь пробовал провести с ними мирные переговоры? Почему вы начали стрелять?
От напора девицы и явного бреда, который она несла, полковник на пару секунд лишился дара речи. Наседавшая на цепочку бойцов толпа размахивала транспарантами с не менее бредовыми лозунгами: «Они пришли с миром!», «Нет войне!», «Оголтелая военщина уничтожает наше будущее!» Некоторые митингующие вовсе обходились без слов и держали плакаты с изображением человека и серого инопланетного человечка с большой головой и глазами без белков. Эти двое обнимались и счастливо махали ручками, видимо символизируя всеобщую дружбу во Вселенной.
– Немедленно разойтись! – «Мухтар» перешагнул через блоки баррикады. Толпа подалась назад. Пытаться оттеснить МКП – всё равно, что бетонную стену двигать. – Вы чего здесь устроили?!
– Мы против того, чтобы правительство утаивало от граждан нашей страны факты, – проорала хиппи в микрофон, – и хотим попытаться наладить контакт с визитёрами!
– Факты? – взревели динамики МКП. – Значит, вам нужны факты? Хорошо, держите. Сейчас в зоне находятся около десяти тысяч свободно перемещающихся пришельцев. Но вашей колонне достаточно столкнуться всего с одним из них… и даже срочная медицинская помощь никому из вас не пригодится. Вертушка, самый слабый представитель техники пришельцев, способна убить всех вас меньше чем за минуту. Вы уверены, что хотите пройти за периметр?
Гомон толпы стих.
«Ну вот. Как и ожидалось. Желающих бороться за права пришельцев много, умирать – мало», – удовлетворённо подумал Павел. Но стерва с мегафоном в руках не сдавалась.
– Вы вообще кто?! Как мы можем разговаривать с громадным боевым роботом? Если вы хотите подавить нас своей напускной воинственностью, то сразу скажу – из этого ничего не выйдет! Мы не боимся!
– Мы не боимся! – робко поддержала толпа свою предводительницу.
– Секунду. – Павел открыл люк и вылез наружу. Потом он забрался на бетонный блок и представился: – Меня зовут Павел Хоманцев, корпус обороны Земли. Командующий Заставой.
– А-а-а, полковник! – Было заметно, что хиппи его знала. – Давно же мы добиваемся с вами аудиенции!
– Впервые про это слышу. И потом я боевой офицер, а не пресс-секретарь. Я аудиенции не даю и конференции не провожу.
– Мы всё про вас знаем! Вы были первым, кто начал стрелять в наших гостей! – рыжая мегера бросила Павлу в лицо обвинение.
Тот на пару секунд задохнулся от возмущения. Потом взял себя в руки и ответил ледяным тоном:
– Мы начали стрелять после того, как был уничтожен ракетный дивизион и отдельный полк МКП. Также пришельцами был атакован Уссурийск.
– Но это могла быть нелепая случайность…
– Случайность?! – Павел взревел так, что легко заглушил мегафон. – Гибель десятков тысяч человек в результате направленной агрессии – это случайность?!
Пользуясь тем, что митингующие замолчали, Павел по коммуникатору отдал приказ бойцам первого взвода возвращаться на базу. Воевать тут им было не с кем.
– Повторяю, там, – полковник махнул рукой за спину, – опасно! Очень опасно! Я не уверен, что даже здесь вы не столкнётесь с пришельцами, поэтому…
– То есть вы не можете обеспечить нам безопасность?! – продолжила заниматься софистикой хиппи.
– Конечно могу, – широко и зло улыбнулся полковник. – Сопроводив вас до Владивостока.
– Мы никуда не пойдём, пока не узнаем, что на самом деле происходит! Если надо будет – мы разобьём здесь палаточный лагерь…
– Не разобьёте, – отрезал Павел.
– Почему?! Мы представители официально зарегистрированных общественных организаций! Мы имеем право знать, что на самом деле происходит за барьерами и колючим забором…
Павел демонстративно посмотрел налево. Потом направо. Никаких заборов из колючей проволоки до самого горизонта не наблюдалось. В них не было необходимости – местные, успевшие сбежать из Уссурийска и окрестных сёл и городков, разнесли жуткие слухи по всему краю. И самоубийц, желающих пройтись по зоне, не находилось. Ну, до этого момента.
Девушка с мегафоном осеклась, поняв, что сморозила глупость. Но тут же уверенно продолжила:
– У нас и разрешение есть на проверку, инициированную депутатами областной думы!
Павел хотел бы ответить, что он областной думе не подчиняется. И если уж совсем детально разбираться, то офицерам корпуса и Генеральный штаб не указ. Советоваться, планировать совместные операции, обмениваться информацией – да ради бога. А вот отдать прямой приказ Генштаб полковнику Хоманцеву уже не мог. Точнее, мог, но полковник имел полное право его проигнорировать.
Как он и предполагал, активисты прикатили не просто так глотки рвать. Чуть поодаль от толпы митингующих стояли две съёмочные бригады, а над головой стрекотали репортёрские дроны. К мысли о том, что часть территории страны вдруг вышла из-под государственной юрисдикции, общественность ещё не привыкла. И Ромин просил, чтобы Павел эту закавыку юридическую поменьше афишировал.
– Хорошо, давайте посмотрим на ваши разрешения. – Павел спустился с блока. Ни о какой возможности предоставления доступа в охраняемую зону в переговорах с активистами и речи быть не могло. Павел собирался с умным видом посмотреть на бумажки, сказать, что это очень серьёзно и что ему необходимо обсудить эту проблему с высшим руководством корпуса. Снизить накал противостояния и отправить активистов восвояси. При этом проявив необходимую для медиапространства чуткость и понимание.