Денис Давыдов – Стихи пацанов. О чести и дружбе (страница 5)
(Как прилетевшее незапно дуновенье
От луга родины, где был когда-то цвет,
Святая молодость, где жило упованье),
Сие шепнувшее душе воспоминанье
О милом радостном и скорбном старины,
Сия сходящая святыня с вышины,
Сие присутствие создателя в созданье –
Какой для них язык?.. Горе́ душа летит,
Все необъятное в единый вздох теснится,
И лишь молчание понятно говорит.
Три путника
В свой край возвратяся из дальней земли,
Три путника в гости к старушке зашли.
«Прими, приюти нас на темную ночь;
Но где же красавица? Где твоя дочь?»
«Принять, приютить вас готова, друзья;
Скончалась красавица дочка моя».
В светлице свеча пред иконой горит,
В светлице красавица в гробе лежит.
И первый, поднявший покров гробовой,
На мертвую смотрит с унылой душой:
«Ах! если б на свете еще ты жила,
Ты мною б отныне любима была!»
Другой покрывало опять наложил,
И горько заплакал, и взор опустил:
«Ах, милая, милая, ты ль умерла?
Ты мною так долго любима была!»
Но третий опять покрывало поднял
И мертвую в бледны уста целовал:
«Тебя я любил; мне тебя не забыть;
Тебя я и в вечности буду любить!»
«Я музу юную, бывало…»
Я музу юную, бывало,
Встречал в подлунной стороне,
И Вдохновение летало
С небес, незваное, ко мне;
На все земное наводило
Животворящий луч оно –
И для меня в то время было
Жизнь и Поэзия одно.
Но дарователь песнопений
Меня давно не посещал;
Бывалых нет в душе видений,
И голос арфы замолчал.
Его желанного возврата
Дождаться ль мне когда опять?
Или навек моя утрата
И вечно арфе не звучать?
Но все, что от времен прекрасных,
Когда он мне доступен был,
Все, что от милых темных, ясных
Минувших дней я сохранил –
Цветы мечты уединенной
И жизни лучшие цветы, –
Кладу на твой алтарь священный,
О Гений чистой красоты!
Не знаю, светлых вдохновений
Когда воротится чреда, –
Но ты знаком мне, чистый Гений!
И светит мне твоя звезда!
Пока еще ее сиянье
Душа умеет различать:
Не умерло очарованье!
Былое сбудется опять.
Денис Давыдов
(1784–1839)
