реклама
Бургер менюБургер меню

Денис Давыдов – Мы рождены для вдохновенья… Поэзия золотого века (страница 6)

18px
  И жизнь и вселенна прекрасны. Не в радостях быстрых, не в ложных мечтах   Я видел земное блаженство. Что может разрушить в минуту судьба,   Эсхин, то на свете не наше; Но сердца нетленные блага: любовь   И сладость возвышенных мыслей. Вот счастье; о друг мой, оно не мечта.   Эсхин, я любил и был счастлив; Любовью моя осветилась душа,   И жизнь в красоте мне предстала. При блеске возвышенных мыслей я зрел   Яснее великость творенья; Я верил, что путь мой лежит на земле   К прекрасной, возвышенной цели. Увы! я любил… и ее уже нет!   Но счастье, вдвоем столь живое, Навеки ль исчезло? И прежние дни   Воотще ли столь были прелестны? О! нет: никогда не погибнет их след;   Для сердца прошедшее вечно. Страданье в разлуке есть та же любовь;   Над сердцем утрата бессильна. И скорбь о погибшем не есть ли, Эсхин,   Обет неизменной надежды: Что где-то в знакомой, но тайной стране   Погибшее нам возвратится? Кто раз полюбил, тот на свете, мой друг,   Уже одиноким не будет… Ах! свет, где она предо мною цвела, —   Он тот же: все ею он полон. По той же дороге стремлюся один   И к той же возвышенной цели, К которой так бодро стремился вдвоем, —   Сих уз не разрушит могила. Сей мыслью высокой украшена жизнь;   Я взором смотрю благодарным На землю, где столько рассыпано благ,   На полное славы творенье. Спокойно смотрю я с земли рубежа   На сторону лучшия жизни; Сей сладкой надеждою мир озарен,   Как небо сияньем Авроры. С сей сладкой надеждой я выше судьбы,   И жизнь мне земная священна; При мысли великой, что я человек,   Всегда возвышаюсь душою. А этот безмолвный, таинственный гроб…   О друг мой, он верный свидетель, Что лучшее в жизни еще впереди,   И верно желанное будет; Сей гроб – затворенная к счастию дверь;   Отворится… жду и надеюсь! За ним ожидает сопутник меня,   На миг мне явившийся в жизни. О друг мой, искав изменяющих благ,   Искав наслаждений минутных, Ты верные блага утратил свои —   Ты жизнь презирать научился. С сим гибельным чувством ужасен и свет;   Дай руку: близ верного друга, С природой и жизнью опять примирись;   О! верь мне, прекрасна вселенна.   Все небо нам дало, мой друг, с бытием: Все в жизни к великому средство;