Тобой вскормленный человек.
Уйми свое высокомерье,
Не будь себе сам враг и льстец:
Надменность – то же суеверье,
А ты – скептический мудрец.
Как светоч твой нам ни сияет,
Как ты ни ускоряй свой бег,
Все та же ночь нас окружает,
Все тот же темный ждет ночлег.
Бастей
Что за бури прошли,
Что за чудо здесь было?
Море ль здесь перерыло
Лоно твердой земли?
Изверженье ли ада
Сей гранитный хаос?
На утесе – утес,
На громаде – громада!
Все здесь глушь, дичь и тень!
А у горных подножий
Тих и строен мир божий,
Улыбается день;
Льется Эльба, сияя,
Словно зеркальный путь,
Словно зыбкую ртуть
Полосой разливая.
Рек и жизнь, и краса —
По волнам лодок стая
Мчится, быстро мелькая,
Распустив паруса.
Вот громадой плавучей
Пропыхтел пароход.
Неба яхонтный свод
Закоптил дымной тучей;
Бархат пестрых лугов,
Храмы, замки, беседки
И зеленые сетки
Виноградных садов;
Жатвы свежее злато,
Колыхаясь, горит;
Все так чудно глядит,
Все так пышно, богато!
Там – в игривых лучах
Жизни блеск, скоротечность;
Здесь – суровая вечность
На гранитных столпах.
«О Русский Бог! Как встарь, Ты нам Заступник буди!..»
О Русский Бог! Как встарь, Ты нам Заступник буди!
И погибающей России внемля крик,
Яви Ты миру вновь: и как ничтожны люди,
И как Единый Ты велик!
Молитвенные думы
Пушкин сказал:
«Мы все учились понемногу,
Чему-нибудь и как-нибудь».
Мы также могли бы сказать:
Все молимся мы понемногу,
Кое-когда и кое-как.
Хотел бы до того дойти я, чтоб свободно,
И тайно про себя, и явно, всенародно,
Пред каждой церковью, прохожих не стыдясь,
Сняв шляпу и крестом трикратно осенясь,
Оказывал и я приверженность святыне.
Как делали отцы, как делают и ныне
В сердечной простоте смиренные сыны, 
