Денис Бурмистров – Рейтар (страница 48)

В следующем «големе» разместился Одучи. Он не успел подогнать под себя кресло, и было видно как ему тесно и неудобно, как ремни туго перетягивают его лохматую тушу, как толстые когтистые пальцы, лишенные специальных перчаток-переходников, коряво тычут по кнопкам.

– Хочу вылезти, – честно признался урсулит, хмурясь. – Хочу еще иметь потомков.

Гарин махнул ему рукой и пошел дальше.

Следующий контрактор его удивил, тот самый типичный водитель дузера по имени Мартин Гавел. Он со своим пивным животом настолько органично смотрелся в кресле пилота машины, словно провел в ней долгие годы. Все подогнано как надо, нужные системы включены, даже предохранитель аварийного выхода снят.

– Рэй-рядовой Мартин Гавел, – представился контрактор.

Голос у него был мягкий и спокойный, как и он сам – видно, что некогда крепкий, а сейчас округлившийся от возраста, с пухлыми щеками и двойным подбородком.

– Очень хорошо, Мартин, – Юрий искренне похвалил рейтара. – Ты уже где-то это проделывал?

– Дык это, рэй-мичман, – крякнув от смущения, ответил Гавел. – Руки то помнят. Я ж сызмальства на бурильщиках работал, еще с батей начинал. Там-то монстрюги посолиднее будут, сквозь горы ходят, так-то.

– Ремонтировать сможешь? – Гарин хлопнул по холодному боку «голема».

Довольный Мартин состроил мину, будто Юрий сказал нечто забавное.

– Вот и хорошо.

Следующим, кто выполнил норматив на «отлично» оказалась Кира. Но тут Гарин иллюзий не питал – скорее всего девушка закачала в свою голову все необходимые сведения, а скорость действий обеспечили высококлассные аугментации.

– Я и мой дедушка против кожаных мешков, – задорно улыбнулась Аоки, ласково поглаживая край приборной панели. – Готовы испепелять, мой командир.

– Наряд вне очереди, – бросил Гарин направляясь дальше.

Собственно, дальше чудес не случилось. Глебович до прибытия на «Полынь», боевые костюмы в глаза не видел, поэтому его хватило на то, чтобы просто разместиться в кресле и захлопнуть люк. Хитрый Мао Зэй попытался отшутиться, но перепутанные ремни фиксации и включенные в случайном порядке элементы управления говорили сами за себя. Иова Маракши, кажущийся еще младше вблизи, смотрел насмешливо нахально, задрав голову и скривив губы. По его шее от уха до уха шла татуировка длинного ряда цифр, на скуле под левым ухом красовалось изображение изогнутого кинжала. Парень чем-то напомнил Юрию погибшего Сотого, бывшего бандита с какой-то негостеприимной промышленной планеты. Только Маракши, в силу возраста, еще не успел покрыться шрамами и обзавестись по-настоящему пугающей внешностью. Гарин также заметил, что Иова все же старался что-то наладить в «големе», даже кое-что сделал правильно.

Последними на его пути остались переминающиеся с ноги на ногу «курсанты» Гречин и Журавлев. Было заметно, что они побаиваются Юрия, но когда тот подошел ближе, гордо вытянулись, словно упрямые ветви под напором ветра.

Конечно, Гарин знал какой оборот примет их неминуемый разговор. Парни приготовились «ставить на место» выскочку-рейтара, подвинувшего их любимого лейтенанта, будут жарко оспаривать, обвинять и, скорее всего, наломают таких дров, что их будет сложно игнорировать. Возможно Джаббар и попытается как-то сгладить ситуацию, но пока что Юрий не видел, чтобы его невольный заместитель хоть как-то пытался ему помогать. Что ж, хотя бы ради этих ребят Кахир мог и переступить через свою гордыню, ну да что уж теперь.

– Гречин, переводишься в первый взвод, – спокойно произнес Гарин. – Одегард поможет тебе перенести вещи на левый борт.

И уже громче, для всех собравшихся:

– Перерыв пять минут. Потом начинаем тренироваться по-настоящему.

И кивнул Джаббару, предлагая пройтись.

Лейтенант пошел за ним не сразу, будто выдерживая недовольную паузу, но когда все же поравнялся, Юрий сказал ему:

– Они не готовы к работе в космосе, тем более к бою. Кроме пары бойцов остальные уже были бы мертвы.

Он указал пальцем себе за спину, на растерянных «кадетов».

– В том числе и эти.

– Это как? – не понял Кахир.

– Во время боевых действий я бы расстрелял их за неподчинение.

* * *

Всю следующую неделю Гарин полностью посвятил «разгону» группы до рабочего состояния. Первым делом перелопатил составы взводов, поставив под крепкую руку Одегарда, командира второго взвода, самых сложных контракторов – насмешливую Киру, хитрого Мао Зэя и рассеянного Патаки. Туда же попал один из «кадетов» – Андрей Журавлев, который, несмотря на показную нелюбовь к Гарину, оказался парнем толковым. Усилил взвод Мартин Гавел, которого Юрий, помимо прочего, назначил штатным техником в парке «големов».

В первый взвод перешли Одучи, дерзкий Иова Маракши и второй «кадет» Иван Гречин. Старшим Юрий назначил Тихомира, но быстро пожалел о своем решении – меланхоличный социофоб Глебович, ставший вдруг центром внимания, превратился в желчного матерщинника, накаляя обстановку и в без того сложном коллективе. Поэтому когда из медблока вернулся Ярвис, потрепанный, но все такой же жизнерадостный, Юрий с облегчением поставил его на должность Тихомира.

В целях придания подчиненным нужной мотивации, Гарин вновь вернул в расположение группы рейтинговую доску, где рядом с фамилиями контракторов светились цифры премиальных, которые росли или уменьшались в зависимости от полученных ими оценок за занятия. Таким образом каждый мог наглядно соотнести плоды своего труда с размером будущего достатка. Правда, эта мера мало волновала Киру, которая и без стимуляции справлялась со всем играючи, и «кадетов», которые, в отличие от большинства, пошли в рейтары не из-за денег. И, видимо, Джаббар все же поговорил с парнями, поскольку они больше не саботировали приказы Гарина, хотя и выполняли их с явным пренебрежением.

В тире абордажников, как и раньше, встречал мичман Биттон, считающий себя специалистом в стрелковом деле. После того, как мичман представил новые образцы стрелкового оружия, поступившие на вооружение рейтаров, Юрий вежливо, но настойчиво оттеснил его в сторону, предоставив слово по-настоящему хорошему стрелку – Рэю.

Основной упор в обучении Гарин решил сделать на практические занятия, многократно повторяемые и комбинированные друг с другом. За основу он взял единственную школу, которую считал авторитетной и проверенной лично – Школу разведчиков на ковчеге. И раз уж методика инструкторов с потерявшегося среди звезд «Пилигрима-2» помогла ему выжить в Изнанке, то точно поможет группе разрозненных контракторов превратиться в сплоченную боевую единицу.

Поэтому он не слезал с группы ни днем, ни ночью, игнорируя жалобы и протесты. Он заставлял «блох» отрабатывать посадку и высадку из боевых костюмов, бороться за живучесть корабля, упражняться в стрельбе и таскать по ангару тяжелые абордажные ломы для формирования командной работы. В один из дней они в боевых скафандрах носились по «Полыни», отражая мнимые попытки захвата звездолета. А потом отражали попытки захвата и одновременно боролись за живучесть. Или таскали ломы в тире, тут же переходя к стрельбе, пытаясь трясущимися руками совместить отключенный визуальный прицел с целью. А потом вновь боролись за живучесть, одновременно отрабатывая скоростную посадку в «големы».

В отличие от Джаббара, Гарин не желал быть сторонним наблюдателем, по возможности сам участвовал во всех занятиях и тренировках. Это помогало ему вернуться в форму, которую он растратил за время монотонной службы на базе «Ракуда», а заодно личным примером показать остальным, что его требования вполне выполнимы. Впрочем, это все равно не спасало от раздраженных стенаний и злого ворчания тех, кому установленная плотность обучения пришлась не по вкусу.

– Да ты уже достал меня! – резкий возглас в наушниках заставил Юрия остановиться и оглянуться.

В центре ангара, где «блохи» уже час пытались развернуть по всем правилам оперативный пункт, имитируя высадку из десантного шаттла, один человек в скафандре пинал второго человека в скафандре, стоящего на карачках возле опрокинутых блоков полевого коммуникатора. Визуальные маркеры услужливо сообщили Юрию, что перед ним разгневанный Иова Маракши и растерянный Патаки.

Пинки озлобленного парня не наносили никакого вреда одетому в броню Идгану, но мешали тому встать. Зато Патаки сносил побои молча, лишь скрежетали по полу его жесткие наколенники.

Прежде, чем Юрий рявкнул «Маракши!», сбоку появилась мощная фигура Ярвиса и бесцеремонно оттерла Иову в сторону. Командир первого взвода наклонился, схватил Идгана за эвакуационное кольцо, торчащее над кислородным генератором на спине, и одним движением поставил Патаки на ноги.

– В чем дело, Иова? – поднимая забрало шлема, спросил Юрий.

– Ни в чем! – огрызнулся Маракши.

– Ты просто так решил пнуть своего товарища?

– Да идите вы с такими товарищами куда подальше! – Иова резким хлопком открыл шлем, являя багровое лицо со злым прищуром глаз. – И со своими этими упражнениями тоже туда идите!

Он добавил еще что-то эмоциональное на незнакомом наречии.

Несколько «блох» одобрительно загудели.

– Что не так, Иова? – терпеливо повторил Гарин.

Маракши сверлил глазами стену где-то за его спиной, наконец ответил:

– Достала эта херня. Я сюда не за тем шел, – потом его обвиняющий перст указал в сторону скособоченного Патаки. – А еще раз поставите в пару с этим утырком, я его изувечу! Он нихрена не понимает!