И бог и губа бытия.
Смирилось – и в серые и русые хлыби
Текут иззвёздные пития.
Быт я. И мужняя дево до вен
Никакого ни вздоха ни хода.
И тихий озев-овен
Исходит из морского находа.
Ручей, одопад, ад освежая
Жадно поит вслух,
И худо и счастья вещая.
А руки украду к веслу
Дымят – и дой земли
Пояй, дево – внемли.
Рождению Браата – Спас
Спас! Сапу, а постепной буре
У редкого огоромного моря.
О, рей! Ерошься песок в горе
И гори орностаевым сором.
И растения остепных песков
Скованы нежною дланей.
Долони, доливайте сков
Счастьем быта светлани.
Жив, визжу: брааат родился во Спасе!!!
Лик колива светл, светл!
лань и лев в ипостаси.
Ро́вни – сравни
Брониславе
Диакон конный – на конь!
И белый столб о солнце остроен!
Неороённый крик киркой не о кон
Стучит: текуще ты в мозг встроен.
Вы с Тройкою нашей
Лесные, иснидите звери.
И рёв верёвок над чащей —
Над морем – на судне, как
сверен.
А просто – на минарете монах
Оутром поёт хвалу.
Улови, о видь: она,
Лань, мелькнула в ха —
лупу.
А просто: лев и барс
С работой в когтях и взоре.
Жуют – голубые хлеба
С гор сверкая на море!
Мужественница – ницы
мужественницам достойным
Емуж – я, муж и отдар Осподень, —
День и сподобень: облое лебодь!
Ей – ея и древь и ревущую косм тень
И не те ли и сильные ноги: лес бодр.
Но ницы! и цель святая
Как гром по росам – твёрд, твёрд!! рцать.
И ты, мужественница, святая
– Свят, свят! – уходишь сует мирских.
Сильней! сильвана
– Ей, мир, вспоёшь, летя.
Или море, или купель, или смертельная ванна…
Или – из миллиардов веков лепо: Я.
«Текие течёт – и тыл застыл…»
Текие течёт – и тыл застыл.
Летая, застыло камение в вере
Севере! и вёсел твоих за стыд —
За борт-гром не выброшу, серых.
Монастырь, – остылый, пустой, святой — 
