Денис Белевцев-Белый – Far cray 3 (страница 2)

Тишину нарушил скрип. Я замер. Скрип повторился – металлический, неестественный. Осторожно раздвинув лианы, я выглянул. В ста метрах от меня, на опушке, стояла старая радиовышка, вся в ржавчине. А у ее подножия копошились два пирата. Один, тощий, в одних шортах и с татуировкой скорпиона на спине, пытался завести заросший квадроцикл. Второй, более упитанный, с АК-47 на плече, курил, прислонившись к ящикам с боеприпасами.

– Да брось ты эту рухлядь, Мэнни! – бурчал курящий. – Скажем боссу, что сломался. Он и так всех на ноги поставил из-за какого-то сопляка.

– Он сказал найти! – огрызнулся тот, что копался с техникой. – Ваас хочет его живьем. Говорит, устроит показательную порку для всех.

Мое сердце упало. Я отшатнулся назад, задев плечом камень. Небольшая россыпь гальки скатилась вниз по склону.

Курящий пират резко поднял голову. —Эй, слышал?

Я вжался в скалу, затаив дыхание. Рука сама сжала мачете. Пистолет я отложил – выстрел выдаст меня с головой.

– Тебе показалось, – лениво ответил Мэнни, снова принявшись за двигатель.

Но второй уже был настороже. Он сбросил сигарету и, держа автомат наготове, сделал несколько шагов в мою сторону. —Иди проверь, что там в кустах.

Меня охватил леденящий ужас. Сейчас они найдут меня, и всё кончится. Мысль о клетке, о насмешках Вааса, была невыносимее самой смерти. В горле встал ком. Но вместе со страхом пришла и ярость. Тихая, холодная. Та самая, что заставила меня поднять окровавленное мачете в клетке.

Я не дам им взять себя. Не дам.

Мэнни нехотя оторвался от квадроцикла и, плюнув, побрел к моему укрытию, бормоча что-то под нос. Он был совсем близко. Я видел прыщи на его спине, капли пота, стекающие по татуировке.

И тогда я сделал это. Не думая. Как животное, загнанное в угол.

Я прыгнул вперед. Не с криком, а с низким, хриплым всхлипом. Моё движение было неуклюжим, но яростным. Мэнни даже не успел понять, что происходит. Легкий удар мачете – и он беззвучно рухнул на колени, хватая себя за горло, из которого хлестала алая струя.

Я не смотрел на него. Я уже бежал ко второму пирату, который застыл в ошеломлении, не успев даже поднять ствол. Его глаза были круглыми от ужаса. Возможно, он увидел в моем взгляде то же самое, что видел я во взгляде тигра – чистую, безжалостную смерть.

Он попытался вскинуть автомат, но я был уже рядом. Мачете взметнулось и обрушилось на его руку. Кость хрустнула. Он закричал – высоко, по-женски. Второй удар – в шею – заткнул его.

Тишина. Снова тишина. Только жужжание мух, уже слетающихся на свежую кровь.

Я стоял над двумя телами, тяжело дыша. Рука с мачете дрожала. Меня снова начало тошнить. Я убил их. Холодно. Без колебаний. Не как солдат, а как мясник.

Но странное дело – вместе с тошнотой пришло и другое чувство. Чувство… силы. Контроля. Впервые с момента пленения я был не жертвой. Я был угрозой.

Я обыскал тела. Патроны к АК, полная обойма к пистолету, сигареты, зажигалка. И карта. Самодельная, нарисованная на клочке кожи, с отметками лагерей и радиовышек. Ключ к этому аду.

Сверху, с радиовышки, дул свежий ветер. Я забрался на самую вершину, цепляясь за ржавые скобы. Отсюда, с высоты, остров казался иным – не тюрьмой, а полем боя. И я был на нем уже не узником под номером 881.

Я был охотником. И я только что получил свою первую добычу.

Где-то внизу, в зелени, снова послышался рык. Но теперь он вызывал не страх, а странное родство. Джунгли говорили со мной на одном языке. Языке крови.

Я посмотрел на запад, где по карте должен был быть лагерь Ракьят. Туда. Мне нужна была помощь. Мне нужно было оружие. Не просто мачете. Настоящее оружие.

Я спустился вниз и подошел к квадроциклу. Ключ торчал в замке зажигания. Двигатель с рычанием ожил.

Дорога вперед была устлана костями. И я был готов пройти по ним.

Глава 3 Кровавый урок

Рев квадроцикла разрывал тишину джунглей, словно вызов, брошенный самому острову. Я несся по узкой тропе, едва уворачиваясь от стволов деревьев, чувствуя, как ветер сбивает с лица остатки тошноты и страха. В ушах все еще стоял тот тихий, влажный хруст. И крик. Этот пронзительный, обрывающийся крик.

Но сейчас им на смену пришла адреналиновая ярость. Она была чистой, как спирт, и жгла изнутри. Я не просто бежал – я нападал. Впервые.

Тропа вывела меня к обрыву. Внизу змеилась река, мутная и спокойная. А на другом берегу дымились костры. Лагерь. Больше, чем предыдущий. Запах жареного мяса и марихуаны доносился даже сюда.

Я заглушил двигатель и сполз с квадроцикла, затаив его в гуще папоротников. Мое сердце, только что колотившееся от бега, теперь замерло. Они были повсюду. Шестеро, нет, семеро человек. Один спал в гамаке, двое чистили у потрошенной туши кабана, еще трое о чем-то спорили у карточного стола, заваленного патронами и бутылками рома.

Их оружие было разбросано где попало. Один АКМ прислонен к дереву, еще пара висела на ветках. Пистолеты торчали за поясами. Беспечность скота, который не знает, что в загон уже забрался волк.

Мой план был прост до идиотизма. И от этого – верен.

Я снял с квадроцикла канистру с бензином. Плеснул себе на руку – резкий, химический запах перебил сладковатую вонь джунглей. Я пополз вдоль берега, ища брод. Я нашел его метров на пятьдесят выше по течению – цепь скользких камней, едва выступающих из воды.

Ледяная вода обожгла раны, но я почти не чувствовал боли. Весь мир сузился до лагеря, до этих семи силуэтов. Я был призраком. Тенью. Оружием.

Я подобрался с тыла, с наветренной стороны, чтобы они не учуяли запах бензина. Моя первая цель – спавший в гамаке. Он храпел, раскачиваясь, с рукой, свешенной на землю. Рядом валялся его «Калаш».

Я был в метре от него, когда ветка хрустнула у меня под ногой.

Спящий пират что-то пробормотал во сне и повернулся на другой бок. Но один из картежников, тот, что был ко мне спиной, обернулся. Его глаза, мутные от алкоголя, сфокусировались на мне с запозданием на секунду. Этой секунды мне хватило.

Я не стал целиться. Я выплеснул ему в лицо остатки бензина из канистры. Он вскрикнул, захлебнувшись, ослепший, закашлялся. Его товарищи за столом вскочили, опрокидывая стол с бутылками и картами.

– Кто?!…

Я уже чиркнул зажигалкой, поднес к его пропитанной куртке. Вспыхнуло мгновенно. Он превратился в факел с диким, нечеловеческим воплем, заткнувшим на мгновение весь лагерь. Это был мой сигнал. Мой хаос.

Пока они смотрели на горящего человека, я схватил висевший на ветке АКМ. Холодный, знакомый вес. Я рванул затвор. Звук заставил их обернуться.

Первую очередь я выпустил в того, кто был ближе всех к оружию. Пули поймали его на полпути к прислоненному автомату, швырнув на землю. Вторая очередь – веером по тем, кто у туши кабана. Они рухнули, окрашивая землю еще более яркой краской.

Гамак. Спавший пират попытался из него выбраться, запутавшись в сетке. Его глаза были полны животного ужаса. Я прицелился. Выстрел. Один. Точно в голову. Гамак перестал раскачиваться.

Тишина. Снова. Только треск огня, пожирающего тело того первого, да лай где-то вдалеке.

Я стоял, тяжело дыша, в клубах дыма и пороховой гари. Запах был умопомрачительным. Сладковато-металлический, с примесью горелого мяса и волос. Меня снова начало трясти. Но на этот раз – не от страха. От дикой, первобытной эйфории. Я был жив. Они – мертвы.

Я обыскал лагерь. Нашел аптечку с бинтами и антисептиком, который жгучей болью прошел по моим ссадинам. Нашел консервы, воду. И главное – патроны. Много патронов.

Я собрал все оружие в кучу и забросил в реку. Все, кроме двух автоматов и всего запаса гранат. Их я принес к квадроциклу.

Перед уходом я подошел к тому, кто горел. Пламя уже почти погасло, оставив после себя черное, обугленное нечто. Я отвернулся. Меня ждала дорога.

Но теперь я был не просто как беглец. Я был как буря. Как ответное безумие на их безумие. Ваас хотел охоты? Он её получит.

Я сел на квадроцикл, завел его. Рев мотора был больше не звуком бегства. Он был звуком войны. И я только что объявил ее всему острову.

Дорога вела вглубь джунглей, в сердце тьмы. И я поехал по ней, чувствуя, как на моем лице застывает та же ухмылка, что и у Вааса. Ухмылка хищника.

Глава 4 Тень ЦРУ и империя Хойта

Джунгли поглотили меня после побега с пирса. Я был одним большим нервом, каждым фибером чувствуя лживую тишину леса. Каждый щелчок насекомого, каждый шелест лианы отзывался в висках пульсирующей болью. Я ехал, не разбирая пути, пока не свалился в скрытую пещеру у водопада. Ледяная вода омывала кровь и копоть, но не могла смыть ощущение, что я стал другим человеком. Руки все еще дрожали от адреналина, а в ушах стоял тот тихий хруст…

Именно здесь он и нашел меня.

Я не услышал его приближения. Он просто возник из тени, как призрак, в дорогих походных ботинках и безупречно чистом камуфляже, который кричал о своем не-местном происхождении.

– Неплохо поработал, фермер, – сказал он голосом, в котором смешались легкий техасский акцент и холодность профессионала. – Хотя немного точечности не помешало бы. Ты оставил там адский беспорядок.

Я вскочил на ноги, вжимаясь спиной в каменную стену, сжимая окровавленное мачете. – Кто ты? Один из Хойта?

Он усмехнулся, медленно доставая сигарету. – О, нет. Мы с мистером Волкером… в сложных отношениях. Уиллис Хантли. Агент ЦРУ. Можно без ножа, американец? Я здесь, чтобы предложить тебе сделку.