Денис Авдеев – Лунный свет в блокчейне (страница 3)

— Репутационному. — Мужчина пожал плечами. — И финансовому. Каждый раз, когда кто-то смотрит на вашу картину, мой клиент теряет деньги. Потому что зрители путают, что из этого — подлинник.

В кабинете стало тихо.

Ирина посмотрела в окно. Там, в зале 10, всё ещё висела «Лунная ночь». Технически — ничего не случилось. Картину не вырезали из рамы, не подменили, не облили кислотой.

Но её украли.

Украли, даже не прикоснувшись.

— Что нам делать? — спросила директор.

Ирина медленно повернулась от окна.

— Нам нужен человек, который говорит на языке блокчейна. И который умеет находить то, что нельзя украсть.

— Такие бывают?

— Был один. — Ирина достала телефон. — Лев Баркан. Он аутист, он ненавидит музеи и живёт в коммуналке с тремя мониторами. Но он единственный, кто однажды доказал в суде, что биткоин нельзя украсть — потому что он сам по себе уже украден.

Она набрала номер.

— Лев, это Ирина Лебедева. Из Третьяковки. Помнишь, ты говорил, что искусство — это «информационный шум»? У нас проблема. Кто-то только что превратил Куинджи в шум. И продал его за два миллиона.

Пауза.

— Нет, — ответил голос в трубке. — Он его продал за два миллиона двести.

— Откуда ты...

— Я смотрел трансляцию, — сказал Лев. — Я всегда смотрю трансляции. Это единственное место, где нет людей.

— Ты поможешь?

Длинная пауза.

— Приезжай, — сказал Лев. — Но только не в музей. Я не переступаю порог мест, где пахнет мёртвыми деревьями. Встречаемся в «Кофе и Цифре» на Таганке. Там розетки есть.

Он отключился.

Ирина убрала телефон. Мужчина в водолазке — адвокат покупателя — уже ушёл, оставив на столе визитку. На ней значилось название сингапурской фирмы, которая специализировалась на исках против музеев.

«Искусство должно быть свободным», — гласил слоган.

— Людмила Борисовна, — сказала Ирина, — дайте мне три дня.

— Три дня — до чего?

— До того, как мы поймём, кто этот mint(Куинджи). И почему он ненавидит нас больше, чем любит искусство.

Она вышла из кабинета.

В зале 10 всё так же висела «Лунная ночь на Днепре». Серебряный свет струился по тёмной воде, не подозревая, что где-то в блокчейне уже горит его цифровая душа.

Картина не знала, что её украли.

Но Ирина знала.

Глава 3. Первое дело

Ирина пытается подать иск о нарушении авторских прав и кибермошенничестве. Но адвокаты разводят руками.

В смарт-контракте NFT нет прямого упоминания «Третьяковской галереи» или «копии». mint(Куинджи) продаёт не образ картины, а «цифровую сущность куинджиевского сияния».

По законам Великобритании (где проводился аукцион) NFT — это «контракт на переживание», а не объект интеллектуальной собственности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.