Денис Арзамасов – Тёмный мечник (страница 3)

Чем ближе подходили к поселению, тем частокол становился выше, а брёвна шире в обхвате. Это сколько же сил и времени нужно было потратить, чтобы соорудить такое? А для чего? Это же самая настоящая крепость получилась. Для бутафорских представлений и обычных жердин бы хватило.

Только если… Да, нет. Такого быть не может. Дурная мысль. Попаданцы во времени и параллельные миры это в кино и книжках. В реальности такого не существует. Да и рано делать такие фантастические выводы. Одежда и холодное оружие времён средневековья сами по себе ещё ничего не значат. Говорят-то незнакомцы на понятном русском.

Стоп! До меня только сейчас дошло, что язык-то как раз русским и не был. Просто я их отлично понимал и даже мог разговаривать сам. Обретённая способность при переносе?

Мне резко поплохело. В груди защемило от накатившей чёрной безнадёги. Хоть волком вой. Хорошо, что это был не шок, тот, что происходит в моменте. Где-то на подсознании я уже давно догадывался о чём-то подобном. Просто не принимал. Гнал от себя. Чем невольно растянул во времени. И эта «вакцина» меня и спасла. Иначе нервный срыв мне был бы гарантирован.

– Быстрее, – чувствительно толкнул меня в спину идущий следом Борн.

Оглушённый свалившимся на меня откровением я видимо невольно сбавил шаг. Нет, сейчас совсем не время раскисать. В живых бы остаться. Если я действительно выпал из своего мира, то и привычные для меня законы здесь могут не работать. Я совершенно не знаю, как у местного населения обстоят дела с моралью, человечностью и вообще насколько они цивилизованные люди.

Вот такие анти шоковые мысли. Конкретные. Способ не сойти с ума.

В широко раскрытом проёме массивных ворот нас уже поджидала целая делегация. Суровые воины в кольчужных рубахах встретили меня неласковыми взглядами и если не желанием, то стойкой решимостью убить меня здесь и сейчас сделай я хоть одно неверное движение. И ещё, совсем не радостно для себя, я отметил в их глазах любопытство. Разглядывали меня, как некую диковину. Ещё бы. На их фоне я смотрелся весьма необычно. Короткостриженый, без, видимо обязательной здесь, бороды, в одежде двадцать первого века. Это, как если бы один из них попал в моё время и по городу стал разгуливать. Всеобщее внимание, селфи и проверка наличия документов первым же попавшимся полицейским патрулём ему были бы гарантированы.

– Борн, кого ты привёл? – выкрикнул один из стражников, когда мы вошли в ворота.

Да, именно стражник. В моём понимании. В руках копьё и прямоугольный деревянный щит обтянутый кожей. На боку, судя по форме ножен, короткий широкий меч. Таким наверняка удобно драться в ближнем бою и тесном пространстве. Например, в густом лесу.

– Лазутчик Лесного народа, – ответил здоровяк.

Меня сразу обожгли ненавистью десятки глаз. Похоже, крепко здесь не любят это Лесной народ. И то, что меня сразу записали в их представители, сильно занижало мои шансы на выживание. Как только сразу не убили, не понятно. Как бы теперь ещё доказать, что я к этой братии ни какого отношения не имею. Никаких идей. Для этого нужна была информация, которой я не владел.

– Закрыть ворота, – зычно выкрикнул приказ другой стражник. – Лучники на стену.

Слова ещё звучали, а воины уже спешили занять свои позиции. Створки ворот с глухим стуком сошлись вместе. Сразу четверо мужчин не без труда опустили тяжеленую балку засова. По деревянному настилу над головой затопали быстрые шаги спешащих на позиции стрелков.

Всё было проделано быстро и профессионально. Ни суеты, ни толкучки, каждый чётко знал отведённую ему роль. И в тоже время мне отчётливо бросилось в глаза, что служивые знатно переполошились. Боятся. Ждут нападения. Мне само тревожно стало. Как бы не попасть из огня, да в полымя. Вот, что значит коллективное бессознательное. Ведь сам-то прекрасно понимал, что их опасения беспочвенны и напрямую связаны с моим появлением.

– Вы двое, отведите пленника в тёмную, – продолжал отдавать приказы стражник. – Один останется на охране, другой бегом к воротам.

Я пригляделся к этому мужчине. То, с каким рвением другие спешат выполнить его распоряжения, намекало, что он здесь большой начальник. Уж не тот ли самый Алдор, который должен решить мою судьбу?

– Не тебе решать, что делать с пленником, – довольно грубо отчитал стражника старший из «моей» троицы. – Знай своё место, десятник.

Все моментально напряглись. Я в том числе. Если сейчас начнётся заварушка, меня зарубят первым. Вон стражники уже за мечи схватились. Пока не вынимают, но для профессионалов это секундное дело.

– Ты много себе позволяешь, вольный, – зло ощерился оскорблённый воин. – Я десятник барона. За такие слова тебя уже вздёрнули бы на первом попавшемся суку.

– Это наши земли. Власть барона осталась за рекой, – парировал старший. – Здесь ты обычный торговец.

Эти слова ещё больше взъярили стражника. Лицо его побагровело и перекосилось от ненависти. Меч с тихим шелестом уже наполовину вышел из ножен, когда его остановил волевой голос:

– Хватит. Север не место для выяснения отношений.

Между двумя спорщиками встал высокий, крепкий мужчина с уродливым шрамом на левой щеке. Был он уже в годах, но ещё не настолько, чтобы растерять былую силу и ловкость. Скорее добавил к ним накопившийся опыт. Держался уверенно на правах хозяина этого места. Десятник даже рядом не стоял с этим человеком, от которого так и веяло потаённой смертельной опасностью.

– Что происходит? И почему закрыты ворота?

Он обвёл тяжёлым взглядом столпившихся у ворот мужчин, скользнул по мне и даже не зацепившись, прошёл мимо. Очень странно. Я ожидал совершенно другой реакции.

– В лесу остались мои люди, – остановив взгляд на десятнике, сухо проинформировал мужчина.

– Мы откроем ворота, как только они подойдут к хутору, – пообещал стражник и тут же пояснил свой поступок: – Торгор поймал лазутчика лесовиков. Остальные могут быть рядом.

– Правильно мыслишь, десятник, – похвалил воина мужчина. – Осторожность не помешает.

– Это наша работа, – не без гордости отозвался стражник.

Я старался вникать в каждое слово и запоминать. Не знаю суждено ли мне пережить этот день, но информационный вакуум нужно было чем-то заполнять. Опять же это помогало мне хоть как-то отвлечься от уже почти не вызывающего сомнений факта переноса и отогнать прочь тревожные мысли о возможной казни. Может это кому-то покажется странным, но даже в такой обстановке закатывать истерику и заламывать руки я не собирался. Не таким меня батя воспитал.

– Пленника ведите ко мне в дом. Поговорим, – распорядился мужчина, наградив меня холодным, не предвещающим ничего хорошего взглядом.

У меня мурашки по спине пробежали. Совсем не вовремя я вспомнил утверждения историков, что в прошлом человеческая жизнь ценилась примерно никак. Решат, что я враг или бесполезный лишний рот и убьют без всяких угрызений совести. В лучшем случае в рабство продадут. А как этого избежать? А вот хрен его знает. Но моего страха они не увидят.

Выполняя приказ Алдора, а я уже не сомневался, что это именно он, меня привели в большой бревенчатый дом. Как я успел заметить по дороге, здесь все дома и постройки были рублеными. Что совсем неудивительно учитывая, сколько леса вокруг. А вот заборы, к которым я привык видеть в своей и соседних деревнях, полностью отсутствовали. Если не относить к таковым загоны для скотины. Вот они-то встречались почти у каждого дома.

Взрослых людей было откровенно мало. Детишек и того меньше. Как бы тоже всё ожидаемо. Взрослые своим делами занимаются, праздно шататься по улице у них времени нет. А дети наверняка родителям в помощь приставлены. Да и вообще, из-за отсутствия развитой медицины детская смертность раньше в разы выше была, нежели в двадцать первом веке.

Что сразу бросилось в глаза – здесь все были при оружии. Даже дети, те, что постарше, носили ножи. Конечно не охотничьи «тесаки», с которыми ходили взрослые, но по длине лезвия, не уступающие моему для резки хлеба. В умелых руках страшное оружие. А в неумелых тем более.

Возле дома Алдора нас поджидал худощавый нескладной юноша. Опирался он на потемневшую от времени и постоянного пользования клюку. Внешность у парня была болезненной. Бледная кожа, тёмные круги под глазами, тонкие редкие волосы. Даже само выражения лица намекало, у молодого человека имеются серьёзные проблемы со здоровьем. Живыми были лишь глаза. Читалась в них жажда жизни и природная любознательность. Вот и на меня этот парнишка смотрел, как на диковину, совершенно не скрывая своего интереса.

– Что ты здесь делаешь, Сиг? – недовольно насупился Алдор.

Мальчишка испуганно вжал голову в плечи, но всё же нашёл в себе силы ответить грозному воину:

– Меня прислал Таранг. Сказал, что тебе понадобится помощь колдуна. Сам он прийти не смог. С самого утра лежит, встать не может.

Здесь оказывается, ещё и колдуны водятся. Новый, чудный мир. Интересно, как здесь магия работает? Как у Толкина или как в «Битве экстрасенсов»? Боюсь этого мне никогда не узнать.

От этой мысли мне опять стало худо. Накатила чудовищная слабость, хоть бери да падай. Дышать стало трудно, а голова и шея взмокли от пота. Я постарался успокоиться, но получалось плохо.

– Дайте ему воды, – внимательно наблюдая за моим состоянием, сказал парнишка. – Иначе он умрёт.