Денис Артамонов – Книга тишины и ветра (страница 18)
Как же прекрасен мир господень,
И как же мною он любим!
У древа под сенью
У дороги кромки, у древа под сенью
Путник устало прикорнёт одинокий,
В по́лной прохлады насладится тенью,
И ручья живым он напьётся соком.
А лучи отвесны огненного солнца
Милосердней будут – свой изменят лёт,
Стрелки побегут, замыкая кольца,
И оно покинет синий небосвод.
Предзакатный час – наступает вечер…
Медленно вздыхает, собираясь в путь,
Странник, у которого каждый миг отмечен,
Уходил неспешно на свою звезду…
И осталось древо в поле одиноко…
Ветви преклонило чуточку печально…
Ожидая словно, что кто-то ненароком
Всё ж к нему загля́нет перед тропкой дальней…
Лесной шелест
Уж ночь наступила, и обходит луна,
Созерцая неспешно границы свои.
Шелест деревьев слышен едва,
И можно во тьме разобрать их слова,
И они говорят – расти и живи.
Их песни тягучи, длинны, величавы,
Раздумий глубоких о жизни полны —
Были ростками как зелёные травы
И крепли, взрослея в рощи, дубравы,
И конечно о жизни от весны до зимы.
А ветер ласкает нежно их кроны,
Вести неся о далеких местах.
Деревья туда переносятся словно,
Слушая вздохи его упоённо,
И шурша восхищенно листвой на ветвях.
Шелест их ровный при свете луны
Чарует собой на все голоса,
Шуршанием слух, лаская, пьянит,
Жизнью ночной своей он мани́т —
Во мраке ночном так прекрасны леса.
Ночной огонёк
В чаще глубокой, в чаще лесной,
Горит огонёк – костерок озорной.
В молчании лес следит за огнём —
Духов очами и диким зверьём…
Измождена фигура сидит у костра —
Юная телом с душой старика.
Странные дланью творит она пассы,
Забирая у мира живые краски.
Цвета уходят с дыханьем огня,
Оставляя серость после яркого дня…
Лишь огонек озорно трещит в тиши
А ночь обходить пошла угодья свои…
Свеча
И горит свеча во мраке,
Неясным пламенем дрожа —
То сияет словно факел,
Источая пламя жар,
То чуть приглушен огонек,
Будто давит его ночь —
В миг такой он одинок,
Ничем нельзя ему помочь.
Его мерцание чарует —
Теней царство рождено.
И тени все пред ним танцуют 
