Денис Агеев – Дорога смертников (страница 54)

— Твою ж мать! Это что, шутка?! — воскликнул он.

— Похоже, что нет, — покачала головой я.

— Но он вморожен в эту глыбу, Шой! Ты понимаешь? Вморожен, как долбаный древний мамонт.

— Прекрасно понимаю.

— И как мы его оттуда достанем?

— Надо расколоть лед… или растопить.

— Сучья наша жизнь! Этого еще не хватало! — хлопнул по бедрам Ролдан.

У меня же от мысли, что нужно каким-то образом дробить лед, ноги свело судорогой. Хотя это, скорее всего, было от холода. Дрожь, пока еще слабая, но очень упертая, стала понемногу овладевать моим телом.

— Твой меч, Ролдан.

— Что мой меч?

— Меч-трансформер. Его же можно использовать как пилу, верно? Вот и попробуем.

Напарник вытащил меч. Длинный широкий клинок, толстая рукоятка, короткий, чуть загнутый и закрывающий ладонь эфес. На лезвии были заметны тонкие сечения вдоль всей длины. Ролдан прикоснулся к маленькой кнопке в эфесе, и клинок быстро преобразился — ощетинился острыми зубьями.

— Здесь есть даже двухуровневый автоматический режим, — сказал он и нажал на еще какую-то кнопку. Раздалось негромкое равномерное гудение. Зубья пришли в движение. Ролдан тронул переключатель, и зубья забегали еще быстрее.

Посмотрел на меня, скривил губы в ухмылке.

— Помнится мне, ты хотел испытать свое новое оружие. Вот тебе и представился шанс. Давай пробуй.

Напарник прошелся мечом-пилой по глыбе. Загремело, зажужжало, и в разные стороны полетели мелкие ледяные осколки.

— Вроде неплохо режет, — сообщил Ролдан, заглянув в образовавшийся неглубокий порез во льду. Я кивнул, и он продолжил пилить.

Поначалу дело шло хорошо, но потом лед словно окреп, да и Ролдан стал уставать. Я его сменил, но одубевшие от холода руки слушались плохо, держать меч-трансформер было неудобно, пальцы коченели почти сразу, как я брался за рукоять. Приходилось постоянно растирать их.

Холод тем временем крепчал. Мы решили включить походный обогреватель и греться над ним попеременно. Так прошло около часа.

— Сука! — бросил Ролдан и буквально упал рядом с «электрокостром», раскинув над ним руки. Мерные языки пламени с тихим гудением стали облизывать его ладони. — Еще немного осталось.

Подбородок и нижнюю часть спутника покрыл иней, самого его била мелкая дрожь. Руки побелели от холода, он весь ссутулился и сжался.

Меня же дрожь била откровенно и непринужденно. Зубы клацали друг об друга, руки тряслись. Холод стал пробираться даже под нагрудник и шлем. Около сорока минут назад нейроинтерфейс сообщил, что я получил легкое переохлаждение и посоветовал покинуть неблагоприятную зону. Спасибо ему, конечно, за заботу, но я этого сделать по понятным причинам не мог.

Я поднялся и выпрямился. Холод сунул свои ледяные лапы под нагрудник. Ноги уже задубели настолько, что стопы я уже почти не ощущал. Кожа на левой руке тоже потеряла чувствительность. Там я, похоже, получил обморожение. Если выживу, нужно будет обработать спреем и вколоть регенератор.

Внимание! Получено среднее переохлаждение организма

Необходимо срочно покинуть неблагоприятную среду

Я выкрутил режим «электрокостра» с умеренного на экстремальный и приблизился к огню. Жар заметно усилился, лицо даже стало припекать. Заряда в нем оставалось еще восемьдесят девять процентов, но в режиме повышенной мощности он, конечно, будет расходоваться быстрее. Подставил левую руку, но кожа уже ничего не ощущала. Еще немного погреюсь и пойду работать.

Ролдан молчал, раздавалось лишь его тяжелое дыхание. Смотрел в одну точку, глаза переполняла усталость.

Я поднял прислоненный к глыбе меч-трансформер. С большим трудом сжал негнущимися пальцами рукоять. Зубья на клинке чуть притупились, но все еще оставались пригодными для резки. Включил автоматический режим и принялся снова пилить лед. Кибер-ключ был уже близко. Главное теперь — не повредить его.

Четверть часа работы, и заветный ключ упал в мою дрожащую ладонь. Я сел у обогревателя и показал спутнику добытый таким тяжким трудом предмет.

— Дел-ло сдел-лан-но, — с трудом проговорил я дрожащими губами.

Ролдан поднял на меня тяжелый взгляд. Один вопрос был в его глазах: как поделить ключ? И вопрос этот был хоть и неприятный, но правильный, потому что сил на извлечение ключа из очередной ледяной глыбы у нас не было, да и времени осталось в обрез. Холод заполонил собою все сущее. Через час мы превратимся в промерзшие насквозь трупы.

— Двоим нам не выжить, — сказал он спустя некоторое время. — Осталось решить, кто пойдет к платформе с ключом, а кто останется здесь. Как и тогда, предлагаю бросить жребий.

Я не торопился отвечать, хотя и все решил уже задолго до того, как извлек ключ из глыбы. Протянул руку и вложил его Ролдану в ладонь, сказав:

— Воз-звращ-щайся к плат-тформе.

— Что? Шой, сукин ты сын! Тебе не выжить в такой мороз.

— Я хочу поп-пробовать.

С большой неохотой я загасил походный обогреватель, бросил на него щепотку снега, чтобы остудить. Конфорка зашипела и выплеснула в воздух клуб пара. Стер воду и убрал в рюкзак.

— Ты псих, Шой! Долбаный безумец! Ты умрешь здесь, ты понимаешь это?

— Хрена локс-сам, а не смер-рти моей, — натянуто улыбнулся я. — Только меч я заб-беру. Счит-тай это обмен-ном. А ты ид-ди. Если я не справ-влюсь, то хоть пог-гибну од-дин.

Я встал и выпрямился, скривился от подступившего к пояснице и ногам мороза. Интенсивно потер руки и подул на них. Пальцы я уже не чувствовал. Мысленно сверился со следующим местоположением ключа. Идти было недалеко. Кивнул напарнику, сунул меч-трансформер подмышку, обнял себя, ссутулился и быстрым шагом направился к цели.

Глыба льда с вмерзшим в нее ключом была раза в полтора меньше предыдущей. Это радовало. Но огорчало другое — подул пронзительный ветер и повалил снег. Я уже не просто дрожал, меня трясло. Зубы отбивали чечетку, пальцев рук и ног я уже не чувствовал вовсе. Вытащил из рюкзака хитиновые наплечники и кое-как привязал и к обнаженной поверхности левой руки. Тепла от них не дождешься, но хоть от ветра немного защитят.

Рухнул рядом с глыбой. Достал «электрокостер» и сразу активировал экстремальный режим. Готов был обнять его, но понимал, что делать этого не стоит. Онемевшие конечности и кожа легко могли получить ожоги. Нейроинтерфейс сообщил, что заряда в обогревателе осталось восемьдесят семь процентов. На какое-то время должно хватить.

Вытащил из рюкзака бутылку с замерзшей водой, открыл и поставил рядом с «электрокостром» — пускай хоть немного подогреется. В рот закинул энергетический батончик и начал интенсивно работать челюстями. Холодный, оттого и безвкусный сгусток шоколада и смеси разных компонентов пережевывался плохо. Но пока буду жевать, хоть отдохну от стука зубов. На состояние здоровья смотреть не стал, и так понятно, что еле держусь.

Сжал негнущимися пальцами рукоять меча-трансформера и принялся пилить долбаный лед. Надолго меня не хватило — уже через три минуты бросился к обогревателю, чуть ли не сжав его в объятиях.

Ветер усилился. Не знаю, сколько было градусов, но гребаный ветер сделал воздух в разы холоднее. Поднялась настоящая вьюга. Посидев у «электрокостра» еще с пару минут, сжал зубы и вернулся к работе.

Зубья вонзались в твердую поверхность, мерзлые осколки летели во все стороны, но заветный ключ был еще далек. Чувствовал, как силы мои иссякали, словно сам ветер выдувал их из меня. Ноги и задницу занесло снегом. Выражение «отморозить яйца» теперь имело для меня буквальный смысл. Я почти ничего не чувствовал ниже пояса.

Снова бросился к «электрокостру». Заряд показывал «82 %». Если задуматься, то не так и мало. Но появилась другая проблема — из-за вьюги и возросшего холода жар от него почти не чувствовался.

Снова принялся пилить. Пока работал, думал только об одном — о горячей инъекции, что осталось неиспользованной со времен уровня с минотавром. Она — моя последняя надежда, поэтому не торопился ее использовать. Пока мог держаться — держался.

В какой-то миг осознал, что мне не так уж и холодно. Неужели локсы сжалились над заключенными и прибавили температуру? Или у меня уже помутился рассудок? Начал замечать, что мысли мои затуманились, потянуло в сон.

Внимание! Получено сильное переохлаждение организма

Необходимо срочно покинуть неблагоприятную среду

После этого сообщения сразу же всплыло другое:

Внимание! Достигнуто критическая отметка состояния здоровья

Возможен летальный исход

А вот это уже серьезно. Глянул в нейроинтерфейс и обомлел — уровень здоровья составлял всего 20 %. Все, больше ждать нельзя. Я отбросил меч-пилу, полез в рюкзак и начал рыться в поиске заветной ампулы. Руки едва слушались, пальцы вообще не сгибались, кроме мизинца на правой руке. Ветер бил в спину, меня пошатывало. С огромным усилием мне удалось отыскать препарат и откупорить иглу. Зажал шприц нижней частью ладони и мизинцем и вонзил в левую руку. Начал что есть силы давить, выжимая лекарство в кровь. Боли от укола не почувствовал.

Через миг по руке стало разливаться тепло, поползло к запястью и плечу. А от него все выше и выше — к груди и шее. Через минуту ощутил, что мне стало гораздо теплее. Чувствительность вернулась даже к ногам. Пальцы вновь начали худо-бедно сжиматься, а кожа чуть подрумянилась. Даже ясность мысли вернулась. Не сказать, что я окончательно согрелся, но стало значительно теплее. Только спать по-прежнему хотелось, но с этим я пока справлялся.