Денис Агеев – Даггер 2: адаптация (страница 13)

– На счет второй задачи вопросы имеются? – спросил Рендэл, остановив взгляд на мне.

На этот раз смотреть на напарников я не стал и ответил почти сходу:

– Вопросов нет, сэр.

– Замечательно, – кивнул он. Чуть нахмурился, перевел взгляд на полковника, и тот едва заметно кивнул, продолжая смотреть вперед, как ни в чем ни бывало. Майор продолжил, но если брифинг он начал с командного, не допускающего возражений голоса, то теперь стал говорить чуть ли не шепотом: – Есть еще одно обстоятельство, бойцы. И оно требует трепетного и особенного подхода. Вся последующая информация, которую я поведаю вам далее, находится под грифом «Совершенно секретно». Я надеюсь, вы понимаете, какую ответственность мы собираемся на вас возложить, когда введем в полный курс дела. Поэтому необходимо, чтобы прямо сейчас вы дали клятву о неразглашении данной информации. В случае нарушении этой клятвы вы попадете под военный трибунал с исполнением наказания в исправительном учреждении особого режима. Срок исполнения наказания – пожизненный, без возможности досрочного освобождения ни под каким-либо предлогом.

– А вот об этом нас не предупреждали, – возмутилась Виола.

– Вы должны понимать, что и так являетесь членами секретной организации, разглашение целей которой может привести к не самым приятным для вас последствиям, – чуть ли не перебил ее полковник.

– Тогда зачем все эти клятвы, если мы и так повязаны по рукам и ногам? – развела руками Гадюка.

– Затем, рядовая Шей, что за разглашение целей «Даггера» ты получишь по уставу только один раз и только от полковника. Тебе будет больно, но жить с этой болью еще можно. А если предашь огласке ту информацию, которую получишь сейчас от меня, то спустишь свою жизнь в само пекло ада. Понятно, рядовая Шей?

– Так точно, майор, – неохотно и как бы делая одолжение, протянула Виола.

Рендэлу это явно не понравилось, поэтому он еще долгих пять секунд прожигал ее взглядом, после чего, так ничего и не добившись, спросил:

– Еще вопросы по этому поводу у кого-нибудь имеются?

– Да, – негромко произнес Адам, голос которого едва заметно дрогнул. – А если… ну, например, мы подвергнемся какому-нибудь пси-воздействию… Псионики… вы же понимаете, они способны на многое… Они могут вытащить из наших голов все, что пожелают… А эти налетчики… ну вы сами понимаете, у них могут быть отличные спецы в этом вопросе… и вдруг если кто-то из нас…

– Не мямли, рядовой Лор, – перебил его Сэмюэль. – Говори емко и четко.

– Не стоит, полковник, – чуть приподнял ладонь Рендэл. – Молодой человек желает узнать, будет ли распространяться наказание на того, кто сольет информацию сам того не желая под воздействием телепатии, верно?

– Именно так, сэр, – кивнул Адам, и его губы тронула улыбка облегчения. Щеки при этом стремительно приобрели красноватый оттенок.

– Насколько мне известно, у вас стоит неплохая пси-защита. Но даже если она будет пробита, наши специалисты с легкостью смогут определить, как была разглашена тайна – насильственным путем или же выдана самолично вами. К тому же, как я уже упомянул, в ваши тела встроены импланты, которые следят за всеми процессами в организме, и по ним также можно будет понять: лжете вы или нет.

Майор помолчал с пару мгновений, быстро оглядел нас и спросил:

– Еще вопросы есть?

– Есть, – произнес я. – Но немного не по теме.

– Слушаю, сержант, – кивнул майор.

– Цель миссии ясна, как божий день, но хотелось бы уточнить одну деталь. Какие будут инструкции в случае, если мы повстречаем на эстусовской базе налетчиков их главаря – Шер-Один?

Ни один мускул на лице Рендэла не дернулся, но в глазах все же что-то блеснуло. Удивление? Тревога? Сомнение? Однозначно сказать я не мог, но нутром ощутил, что от вопроса майор все же растерялся. Пускай всего на долю секунды, но растерялся.

– По нашим данным подобного исхода быть не должно, – отчеканил он.

– И все-таки, майор, случается всякое. Два месяца назад никто не ожидал, что к нам наведаются гости и перевернут все вверх дном. Тем не менее, это случилось. Вдруг Шер-Один по каким-то причинам решит навестить одну из своих отдаленных баз, а мы как раз в это время нагрянем туда с дружеским визитом?

– В таком случае вы должны будете задержать Шер-Один. Без применения излишней силы. Задержать и доставить к нам на базу.

– Стоп! – бесцеремонно отрезала Виола. Металлические канаты-змеи на ее голове чуть заметно дернулись то ли от недовольства, то ли еще по какой-то причине. – Вы хотите сказать, что убивать этого урода нам запрещено?

– Рядовая Шей, – повысил голос полковник. – Обращайся к вышестоящему руководству по уставу.

– Я понимаю, к чему вы клоните, сержант, – произнес Рендэл, посмотрев на меня и словно не заметив вмешательства Гадюки. – Я отлично осведомлен о вашем прошлом. Вы совершили поступок, после которого получили наказание. Не в моей компетенции ковыряться в психологии вашего поведения, но я уверен, что теперь при возникновении похожей ситуации вы поступите верно.

Я промолчал. Гадюка что-то пробубнила, остальные не проронили ни слова.

– Тогда, если у вас больше нет вопросов, перейдем к обсуждению секретной информации, о неразглашении которой вы должны дать клятву. Все готовы это сделать? Отвечать по очереди.

– Да, – ответил я.

За мной повторили по цепочке Рутгер, Виола и Адам.

– Отлично, – кивнул майор и как бы между делом глянул на Сэмюэля. Тот едва заметно кивнул. – Как я уже и сказал, информация носит строго конфиденциальный характер и разглашению не подлежит. Поэтому каждый из вас сейчас должен поднять правую руку и произнести клятву по уставу. Этого требует старая военная традиция. Соответствующие документы вы подпишите у себя в нейроинтерфейсах, оставив нейрооттиск в полученных файлах. Начнем с тебя, сержант Хоксвелл.

– Клянусь своей жизнью, честью и достоинством не разглашать сверхсекретную информацию, переданную мне для выполнения миссии, – произнес я, подняв правую руку. Сделать это получилось на удивление легко, потому что подобную процедуру я уже проходил в учебке много лет назад. Хоть та жизнь мне теперь и казалась иллюзией, но многие воспоминания въелись в подкорку навечно.

Клятву слово в слово повторили и остальные члены моего отряда. Рутгер и Адам – монотонно, Виола же ухмылялась и фыркала, но договорила все слово в слово.

– Отлично, – подытожил майор. – Теперь перейдем к сути.

Он снова поглядел на полковника, но тот в ответ уже не подавал никаких знаков. Смотрел на нас, как и прежде. Возможно, Рендэл и не просил никакого «разрешения», а лишь мысленно переходил с одной темы на другую.

– Скажите, что вам известно о планете Эстус? – задал он уже знакомый мне вопрос.

– Эта планета далека от населенных систем, и на ней вроде бы нет колоний, – сказал Рутгер.

– Планета класса цэ, – добавил Адам. – А это означает, что жить на ней можно, но лучше все же поискать что-нибудь покомфортнее. Мало ресурсов и климат так себе. Слишком слабая или, наоборот, сильная гравитация. Возможно, местная флора и фауна не очень дружелюбна к чужакам. В общем, не самое лучшее место во вселенной, но есть и намного хуже.

– Это все, что вы о ней знаете?

– Еще там есть загадочные монолиты, – негромко произнес спустя короткую паузу Адам. – Несколько лет назад ученые нашли на ней монолиты, оставленные какой-то древней цивилизацией.

– Хорошо. Что еще? – кивнул Рендэл.

– Не так давно там была обнаружена разумная жизнь, – сказал я и невольно скосил взгляд на Сэмюэля.

– А сержант, я вижу, не такой дуболом, каким кажется, – похвалил майор. – Все верно. Еще при первичном изучении Эстуса на нем были обнаружены существа, у которых был неплохой потенциал к развитию. Стоило подождать каких-нибудь пару сотен тысяч лет, и возможно, у них начали бы проявляться первые признаки разума. Но на удивление всем ученым это случилось намного раньше – всего несколько лет назад. Эта информация не то, чтобы секретная, но ей мало кто располагает. Во всяком случае, за пределами научного сообщества Альрийской Федерации.

– А такое разве возможно? – удивилась Гадюка. – Чтобы примитивные звери за несколько лет отрастили мозги?..

– Не перебивайте, рядовая Шей, – одернул ее Сэмюэль.

– Все нормально, полковник. Вопрос рядовой Шей вполне актуален. И я отвечу на него: по всем законам биологической эволюции такое в принципе невозможно. Ни при каких обстоятельствах.

– Тогда в чем подвох? Это какая-то шутка? – хмыкнула женщина.

– Разумеется, нет, иначе я не брал бы с вас клятву о неразглашении. Потому что секретная информация заключается в том, что эти существа, которых ученые окрестили працокусами, совсем недавно вышли на новый уровень развития. Несмотря на некоторые условности, сравнить уровень их интеллектуального, культурного и технического развития можно с человеческим на рубеже пятого-седьмого веков нашей эры. Ученые всей вселенной наивно полагают, что эстусцы только-только вошли в первую фазу интеллектуального развития, то есть, как вы понимаете, едва освоили примитивные орудия труда и начали собираться во что-то похожее на общины. Так поначалу и было, но совсем недавно все сильно изменилось. Даже наши наблюдатели с Эгиды-17 пришли в шок от увиденного. По их словам эволюция происходит у них на глазах. Из примитивных животных они стали организованным народом всего за несколько лет. Наши ученые не вмешиваются в цикл их развития, только наблюдают, и им удалось выяснить несколько интересных фактов. Первый: працокусы почти лишены агрессии. У них нет ни войн, ни локальных стычек, ни даже бытовых драк. Но и с чужаками они держатся холодно, стараются все вопросы решать на расстоянии. Наши ученые пытались войти с ними в дружеский контакт, но особых успехов не добились. Второй: их интеллект развивается в геометрической прогрессии, как будто вектор их развития задает какой-то самостоятельный искин, придерживаясь определенного алгоритма. Причем путь его прямой, без ответвлений, тупиков и запинок. Третий: они почти не делают ошибок в развитии технологий. Да, это звучит странно, потому что познание любой технологии строится на методе проб и ошибок, но у эстусцев все обстоит не так. В детали меня не посвятили, обладаю лишь общими знаниями в этом вопросе, поэтому могу сказать только то, что развитие их вида идет без какой-либо задержки. И очень-очень быстро.