Денис Агеев – Бремя победителя (страница 61)

Корабль прижался к стыковочному шлюзу. Зашипело, загудело, раздался металлический скрежет, и двигатели корвета начали глохнуть один за другим.

Впереди их небольшой делегации, состоящей из пяти членов высшего руководства комплекса и десятка охранников, стоял сам распорядитель турнира. Чуть согбенный и понурый, он тревожно глядел на корабль, ожидая прибытия столь важного гостя.

Широкая дверь в задней части корвета с шипением поднялась, и первым из проема вышел высокий и стройный боевой андроид класса «Страж» последней модификации. Нейроконструктор слышал, что экземпляры данной модели зарекомендовали себя, как отменные телохранители. За ним вышел еще один точно такой же. Потом на ровную поверхность ступила нога человека, закованного в черную штурмовую броню. Это, скорее всего, был начальник охраны и личный телохранитель первого канцлера. После него из корабля вышло еще два боевых андроида. А потом появился и сам небожитель.

Первый канцлер был на удивление высоким и тощим — его рост достигал почти двух метров. Ширина плеч оставляла желать лучшего, однако этот недостаток компенсировался одеждой с широкими наплечниками. Доходящий почти до пят черный плащ развевался за спиной.

Темные волосы первого канцлера были короткими и аккуратно уложенными в не привлекающую внимания прическу. Лицо чуть вытянутое, подбородок и скулы — широкие, даже угловатые, нос крючковатый. Взгляд строгий, пронзительный.

Ступил на бетонную поверхность, обвел делегацию придирчивым взглядом и зашагал в их сторону, громко выстукивая каблуками.

Кронос медленно и с трудом опустился на правое колено и склонил голову. Остальные проделали то же самое. Зокх-Ли ненавидел эту традицию, но поделать ничего не мог. Ему, как и всем, пришлось подчиниться.

Как только первый канцлер со своей свитой приблизился, распорядитель турнира поднял голову, глухо кашлянул в кулак и заговорил:

— Ваше первородство, приветствую вас на планете Зойис, в развлекательном боевом комплексе…

— Довольно! — махнул рукой тот. — Я знаю, где нахожусь. Надеюсь, ты приготовил мне жилье. Веди сразу туда. Я очень устал. Все формальности потом.

— Конечно, ваше первородство, пойдемте за мной.

Кронос с трудом поднялся на ноги и повел гостя в сторону жилых корпусов.

Остальные члены руководства тоже стали подниматься на ноги. Когда свита первого канцлера удалилась на безопасное расстояние Миндор недовольно изрек:

— И зачем нас сюда выгнали?.. Зря колени только протирать.

— Знак уважения вожаку вашего народа, — прозвучал механический голос портативного переводчика на плече Коу’Чьюна.

— Первый канцлер — не вожак нашего народа. Он лишь его слуга, как и все мы, — сказала Мара.

Отходя от космопристани, нейроконструктор бросил заинтересованный взгляд на только что прибывший корвет, у распахнутой двери которого стояли два боевых андроида. И в его гениальной голове вспыхнула идея.

Глава 11. Рой смерти

— Есть одна старая боевая традиция — поминать погибших, — произнес Ролдан и поднял стакан с водой. — К сожалению, гребаные локсы кроме воды нам ничего не дают, поэтому предлагаю представить, что в наших стаканах бренди или виски и выпить в честь Коупленда. Сегодня он погиб за нас.

Мы сидели на кухонном уголке. Все вместе. Даже Айрекс был здесь. Ему неслабо досталось — от удара о стену он сломал несколько ребер и получил кучу ушибов. Но фатальных повреждений ему удалось избежать — укрепление костной ткани и способность «Стальная плоть» спасли от этого.

— За Коупленда! — поддержал напарника я и поднял стакан. — И за Декса.

— За нашего капрала Лайсона, — добавил Виллис и присоединился к нам.

— За здоровяка и добряка Гигеона, — произнес Перк и вздохнул.

— За Нойса и… за Фроста, — вставил Ролдан.

— И за всех тех, кто сражался и погиб на Арене, — закончил я.

Айрекс не поднял стакана. Но никто на него даже не поглядел. И, возможно, именно это в последний миг изменило его решение. Он наклонился вперед, взял свой почти пустой стакан и поднял, сказав:

— Мертвым — земля, живым — небо.

Мы выпили.

Перк нахмурился и уставился на Айрекса. Выждал с мгновение и спросил:

— Ты что, с Сиратуса?

Айрекс поднял на него тяжелый взгляд. Тоже выждал и кивнул.

— Это все объясняет, — хмыкнул азиат. — Ну то, почему ты такой… говнюк.

Айрекс надменно хмыкнул.

— Да, дрянная планетка, — вставил Ролдан и поглядел на Айрекса. — И на кой хрен там вообще жить?

— Да платят им там неплохо… Ведь так, Айрекс? — спросил Перк.

— Я не тебя спрашиваю, макака узкоглазая, — бросил Ролдан.

— А он тебе ничего и не расскажет, — сказал тот. — Сиратус меняет людей. Делает такими, как… — кивнул в сторону Айрекса.

Айрекс хмыкнул еще надменнее, а потом его лицо резко стало суровым. Он небрежно бросил стакан на стол — тот упал и покатился к краю. Встал и удалился.

— Я мало что слышал о Сиратусе, но смею предположить, что жизнь на ней тяжела и сурова, — сказал Виллис, когда заключеный ушел.

— Там высокая гравитация, атмосфера бедна на кислород, местная флора и фауна доставляет массу неудобств, и еще там добывают селирий — какой-то редкий минерал с уникальными свойствами, — произнес Перк. — Не знаю, для чего он применяется, но говорят, что он дороже любых полезных ископаемых.

— Хоть ты и обезьяна, но некоторых знаний тебе не занимать, — похвалил напарника Ролдан. — Эту дрянь добывают всего на двух планетах. И обе, кстати, дрянные. На Сиратусе еще живут какие-то дикие племена гуманоидов, с ними Федерации едва-едва удалось установить шаткое соглашение о невмешательстве.

— Что-то подобное слышал, но в целом обладаю очень скудной информацией на этот счет, — смутился Виллис.

— Ну вот, даже такому умнику как ты, невозможно знать все, — усмехнулся Ролдан, хлопнув напарника по плечу. Посмотрел на меня: — А ты, Шой, что-нибудь знаешь?

— Нет, — покачал головой я. И не соврал.

О Сиратусе и добываемом на нем селирии я слышал только очень скудные факты, о которых даже толком ничего не помнил. Да меня никогда и не интересовали колониальные миры на окраинах Федерации.

— Правительство намеренно не разглашается о селирии. Отчасти поэтому Айрекс такой нелюдимый и скрытный. Всем, кто там живет, внушают, чтобы они держали языки за зубами, — объяснил азиат. — Ну и чтобы там выжить, нужно обладать своеобразным характером. Неспроста же он такой своенравный говнюк, которому плевать на всех кроме себя.

— Этому тоже на Сиратусе обучают? — спросил Виллис.

— Нет, — махнул рукой Ролдан. — Это он от природы такой.

— Не совсем, — не согласился Перк. — Все, кто там живет, так или иначе пропитывается царящей там идеей — всегда и во всем быть лучшим и постоянно становиться сильнее. Любые, даже косвенные проявления слабости на Сиратусе высмеиваются и осуждаются. У них прямо культ силы.

— И откуда ты столько знаешь об этой планете? — удивился Виллис.

— Один мой родственник провел там почти два года. Когда вернулся, мы его не узнали. Он и раньше был жестким и вспыльчивым, а после Сиратуса так вообще стал невыносимым. Пожил у нас месяц и улетел на Землю. Зачем — не знаю. Объяснять ничего не стал. Фразу, которую произнес Айрекс, он тоже иногда повторял. Говорил, что это как то связано с образом жизни местных жителей.

— Говорят, сама планета еще как-то влияет на психику, — добавил Ролдан. — И те племена, которые там живут, очень хорошие воины. Ну так рассказывают.

— А ты откуда все это знаешь? — Виллис посмотрел на напарника с сомнением. Обожженная сторона лица зажила, но уже не могла выдавать эмоций.

— У меня был расширенный курс по изучению особенных миров, — уклончиво ответил Ролдан. — Узкоглазая обезьяна прав: о Сиратусе стараются помалкивать. Но мой наставник кое-что о нем знал, потому что изучал кое-какую древнюю находку, которая как-то была связана с этим гребаным селирием. И однажды решил поделиться знаниями со мной.

Разговор между напарниками продолжался, а я же решил немного поиграть с амулетом. С того момента, как я изучил последний ранг улучшения «Повышенный пси-потенциал» и развил до крайней стадии способность «Телепатия», я все никак не мог выкроить пары минут, чтобы испытать на себе новые возможности.

Первое, что я ощутил, направив в амулет пси-импульс, так это то, что наша с ним связь стала еще прочнее. Я даже решил поэкспериментировать: снял его и отнес в дальний конец жилого блока, а сам на максимальное расстояние удалился в противоположную сторону. Догадки оправдались — при попытке выйти с ним на связь я не ощутил никаких трудностей. Он все так же помогал мне, напитывая пси-энергией и усиливая мой пси-потенциал. Выходит, как бы громко и пафосно это не звучало, но мы с ним стали единым целым. Во всяком случае, психически.

Запустил пси-обзор и взмыл ввысь. Пройти сквозь пси-барьер на этот раз оказалось намного легче. На это, конечно, пришлось потратить некоторый запас пси-энергии, но расход по сравнению с моим прошлым опытом, сократился в несколько раз. Видимо, была в амулете какая-то особенная способность пробивать подобные пси-преграды. И работала она тем лучше, чем больше были прокачаны пси-способности.

Передо мной возникла уже знакомая схема комплекса со всеми возможными коридорами и переходами. И пылающими точками людей, стоящими на месте или снующими по этим коридорам. Я начал подниматься выше и выше, пока не покинул зону Арены. И тут же заметил, что расход пси-энергии значительно увеличился, а моему сознанию продвигаться дальше стало тяжелее. Видимо, и мои пси-способности, и усиливающий их амулет, все же имели пределы возможностей. Однако, обозрев местность свысока, я заметил кое-что интересное — в дальней стороне комплекса появился массивный объект, по размерам и форме напоминающий имперский боевой корвет. Раньше я думал, что космопристани близ Арены нет, но, как вышло, ошибся. И откуда он тут взялся?