И ты, Патриций, мстишь за то,
Что, мной отвергнут был,
Ты выслужился и злословишь.
Ах, погоди, неровен час,
Ответишь и не один, поверь мне, раз,
За то, что пострадал мой Пьетро,
За слезы за мои, за то, что ты солгал,
Придет черед, такое же познаешь утро,
И берегись, чтоб Пьетро
Самолично тебя не отхлестал!
Мажордом:
(В бешенстве.)
Ты угрожаешь мне, бесстыдница,
Срамница или ты тоже хочешь лечь под кнут?
Я…
Пенелопа:
(Благочестиво.)
Того, кто гадости творит,
Постигнет Божия десница…
(Подбоченившись.)
Ах, из меня слова так прямо прут!
Ты загордился слишком, Патрик,
(передразнивая).
Сеньор, ах, ваша светлость – подлый плут!!!
А угощение кнутом не слишком щедро?
Но знай, ведь раны заживут,
Лжецы же, наказанье понесут!
Мажордом:
Ты для служанки слишком своенравна,
Я много выслушал и дал себе зарок,
Я слишком терпелив, не правда ль, странно?
И непочтение твое ни Пьетро, ни тебе не будет впрок!
Уходит. Пенелопа одна.
Явление IV
Пенелопа нервно теребит розу.
Пенелопа:
(Нервно ходит.)
Вот мерзкий тип!
А как в любви мне клялся!
Навозник, нет, репейник – вот прилип,
И как грозил? Никто его не испугался!
Подлец, фискал, господский подхалим.
(С усилием стирает пыль со стола.)
Входит Диана.
Диана:
(Мечтательно.)
Вчерашний бал меня пленил.
(Замечает Пенелопу.)
Ах, Пенелопа, ты ли это?
За этот вид тебя бы Пьетро точно разлюбил,
Такое впечатленье, что ты носилась где-то.
Ты растрепалась, что с тобой?
Ты мне всегда казалась аккуратной.
Пенелопа:
Да… я…
Диана:
(Перебивая.)
Ах, Пенелопа!
Помнишь ли, кто танцевал со мной?
Пенелопа:
(Недовольно.)
Да, помню. Высокий, стройный,
В… красной шапочке такой.
Диана:
(Мечтательно.)
