Дэниел Хэндлер – Превратности судьбы (страница 35)

– Вообразите, как тут все выглядит, когда в палатке сверкает молния, – сказала Вайолет. – Такого рода фокусы и одурачивают людей, и заставляют верить в гадание.

– Значит, Мадам Лулу – обманщица, – сказал Клаус.

Вайолет щелкнула обоими выключателями, свет зажегся, а механизм отключился.

– Конечно обманщица, – подтвердила она. – Не сомневаюсь, что хрустальный шар – простое стекло. Она обманом заставила Графа Олафа поверить, будто она гадалка, чтобы он покупал ей всякие вещи – вроде львов и новых тюрбанов.

– Чезро? – Солнышко подняла лицо и вопросительно поглядела на брата и сестру. Под словом «чезро» она подразумевала «Но если она обманщица, то откуда она знает, что кто-то из наших родителей жив?», и старшие даже не сразу решились ответить ей.

– Она и не знает, – наконец тихо проговорила Вайолет. – Сведения Мадам Лулу такие же фальшивые, как и магическая молния.

Солнышко издала короткий тихий вздох, который старшие еле расслышали из-за бороды, окутывавшей личико девочки, и покрепче обняла ноги Вайолет и Клауса. Тельце ее задрожало от огорчения. Наступила ее очередь нести тяжесть их общего горя. Но долго ей не пришлось этого делать, поскольку Клаус вспомнил кое-что, отчего Бодлеры сумели взять себя в руки.

– Постойте-ка, – сказал он, – Мадам Лулу, может, и обманщица, но ее информация, очевидно, бывает настоящей. Ведь она всегда сообщала Олафу, где мы находимся, и всегда говорила правильно.

– Это верно, – спохватилась Вайолет. – Я и забыла.

– В конце концов, – Клаус с трудом добрался до кармана собственных брюк, – мы ведь тоже поверили, что кто-то из наших родителей жив, когда прочли вот это. – Он развернул листок бумаги, и сестры узнали тринадцатую страницу сникетовского досье. К странице была прикреплена фотография: на ней стояли Бодлеры-родители, рядом с ними – мужчина, которого дети мельком встречали в Городе Почитателей Ворон, и еще один человек, незнакомый детям, а под фотографией была написана фраза, которую Клаус выучил уже наизусть, и ему не требовались очки, чтобы прочесть ее. «Основываясь на фактах, обсуждаемых на странице девять, эксперты подозревают, что в пожаре, скорее всего, уцелел один человек, однако местонахождение оставшегося в живых неизвестно», – процитировал Клаус. – Может, Мадам Лулу об этом знает?

– Откуда? – усомнилась Вайолет.

– Так, давайте подумаем, – ответил Клаус. – Граф Олаф сказал, что после появления магической молнии Мадам Лулу велела ему закрыть глаза, чтобы дать ей сосредоточиться.

– Там! – Солнышко показала на стол с хрустальным шаром.

– Нет, Солнышко, – возразила Вайолет. – Шар не мог ей ничего сказать. Он не магический, ты же помнишь?

– Там! – продолжала настаивать Солнышко и пошла к столу.

Вайолет и Клаус неуклюжей походкой поковыляли за ней и увидели, на что она показывает. Внизу из-под скатерти что-то белело. Они с трудом встали на колени в своих общих штанах и увидели край бумаги.

– Как удачно, что ты ближе к полу, чем мы, Солнышко, – сказал Клаус. – Мы бы не заметили.

– Что же это? – Вайолет потянула за белый уголок.

Клаус опять с трудом добрался до кармана, достал очки и водрузил их на нос.

– Так я больше чувствую себя самим собой, а не уродом. – Он улыбнулся и принялся читать вслух: «Милейшая герцогиня, Ваш бал-маскарад обещает быть изумительным, я с нетерпением жду…» – Голос Клауса замер, и дальнейшее он пробежал глазами. – Просто записка о каком-то званом вечере, – проговорил он.

– А почему она под столом? – с недоумением сказала Вайолет.

– Мне она не кажется важной, – ответил Клаус, – но, очевидно, ее сочла важной Лулу, раз спрятала ее здесь.

– Давайте посмотрим, что еще она там прячет. – Вайолет приподняла край скатерти – и все трое Бодлеров ахнули.

Читателю может показаться странным, что под столом у Мадам Лулу скрывалась целая библиотека, но, как уже знали бодлеровские сироты, библиотек бывает почти столько же видов, сколько и читателей. Детям уже встречалась личная библиотека – в доме судьи Штраус, – которой им очень не хватало; научная библиотека в доме Дяди Монти, которого им больше никогда уже не увидеть. Они побывали в учебной библиотеке в Пруфрокской подготовительной школе, видели библиотеку на лесопилке «Счастливые запахи», которая, правда, была недоукомплектована, что в данном случае означает «состояла всего из трех книг». Существуют на свете публичные библиотеки и медицинские библиотеки, тайные и запрещенные, библиотеки пластинок и аукционных каталогов, а также архивные библиотеки, или, правильнее говоря, хранилища досье и документов. Такие архивы обычно имеются в университетах, музеях и в разных других тихих местах – под столом, например. В архивы люди могут всегда зайти и просмотреть любые документы и газеты, для того чтобы получить нужные сведения. Глядя на стопки бумаг, запиханные под стол, бодлеровские сироты поняли, что библиотека Мадам Лулу вполне может содержать информацию, которую они ищут.

– Вы только посмотрите, – сказала Вайолет. – Тут и газетные статьи, и журналы, и письма, и досье, и фотографии – все виды документов. Мадам Лулу велит людям закрыть глаза и сосредоточиться, а сама роется в бумагах и находит ответы.

– А шуршания бумаг никто не слышит, – подхватил Клаус, – из-за гудения механизма для молнии.

– Это похоже на сдачу экзамена, – добавила Вайолет, – когда шпаргалки с ответами на все вопросы у тебя в парте.

– Жулик! – выпалила Солнышко.

– Да, она обманщица, – подтвердил Клаус, – но нам это может все пригодиться.

– Смотрите, тут статья из «Дейли пунктилио»: «Город Почитателей Ворон примет участие в новой опекунской программе», – прочла вслух Вайолет, глядя через плечо Клауса на заголовок.

– «Совет Старейшин вчера объявил, что возьмет на себя заботу о трудных бодлеровских сиротах, – прочел Клаус, – в порядке участия городской администрации в новой программе, вдохновленной афоризмом „Чтобы вырастить ребенка, целый город нужен“».

– Вот каким образом Граф Олаф разыскал нас! – вскричала Вайолет. – Мадам Лулу сделала вид, что хрустальный шар сообщил ей, где мы, а на самом деле она просто прочла про нас в газете!

Клаус продолжал рыться в бумагах, пока не наткнулся на фамилию Бодлер.

– Смотрите, список новых учащихся в Пруфрокской подготовительной школе. Каким-то образом он попал в руки Мадам Лулу, и она сообщила об этом Олафу.

– Мы! – Солнышко показала своим старшим на какую-то фотографию.

Те взглянули и поняли, что младшая сестра права: на маленьком неясном снимке трое Бодлеров сидели на краю Дамокловой пристани, куда только что приехали, чтобы поселиться у Тети Жозефины. На заднем фоне виднелся мистер По, который поднимал руку, подзывая такси. Вайолет мрачно заглядывала в бумажный пакет.

– Мятные лепешки. Нам их дал мистер По, – тихо сказала Вайолет. – Я и забыла про них совсем.

– Но кто сделал снимок? – произнес Клаус. – Кто за нами следил в тот день?

– Сзади, – сказала Солнышко и перевернула фотографию. На обороте стояла неразборчивая надпись.

– По-моему, тут написано «Отсюда может выйти волк», – пробормотал Клаус.

– Или «толк», – поправила Вайолет. – Да, по-моему, скорее, «может выйти толк». И подписано одной буквой – не то «Л», не то «М». Но кому понадобилась наша фотография?

– Прямо дрожь берет, когда я думаю: кто-то нас снимал, а мы и не знали, – проговорил Клаус. – Значит, нас вообще в любой момент кто-то может сфотографировать.

Бодлеры торопливо огляделись – не прячется ли фотограф в углах палатки, но никого не заметили.

– Давайте успокоимся, – посоветовала Вайолет. – Помните, как родители ушли куда-то вечером, а мы смотрели жуткий фильм? Мы потом всю ночь нервничали, вздрагивали от любого шороха. Нам казалось, что сейчас в дом проникнут вампиры и утащат нас.

– А может, кто-то и проникал в дом, чтобы нас утащить. – Клаус показал на снимок. – Бывает же, что-то происходит у тебя под самым носом, а ты об этом и не подозреваешь.

– Мурашки, – произнесла Солнышко. Она хотела сказать нечто вроде «Давайте скорее уйдем отсюда. У меня прямо мороз по коже».

– У меня тоже, – сказала Вайолет. – Но надо забрать с собой все бумаги. Возможно, мы ухитримся их где-нибудь просмотреть. Вдруг да найдем нужную информацию.

– Не можем мы забрать с собой все материалы, – возразил Клаус. – Тут кипы бумаг и газет, это все равно что проглядеть все до одной книги в библиотеке, чтобы найти единственную, которая тебе нужна.

– Набьем их в карманы, – предложила Вайолет.

– У меня и так карманы битком набиты, – отозвался Клаус. – Там тринадцатая страница из сникетовского досье, обрывки страничек из квегмайровских записных книжек. Их я не могу выбросить, а больше в карманы ничего не влезет. Бумаг тут столько, как будто в них заключены все тайны всего света, но откуда нам знать, какие брать с собой?

– Может, все-таки быстро просмотрим бумаги прямо здесь, – предложила Вайолет, – и возьмем с собой только те, где упоминаются наши имена.

– Не лучший метод исследования, – заметил Клаус, – но, пожалуй, другого способа не остается. Ну-ка помоги мне приподнять скатерть, чтобы виднее было.

Вайолет с Клаусом начали сообща приподнимать скатерть, что в их маскарадном наряде было непросто. Так же как и поедать кукурузу, поднимать скатерть, находясь в общей рубахе, оказалось делом более сложным, чем можно было думать. Пока старшие Бодлеры сражались со скатертью, она ерзала туда-сюда, а как вы наверняка знаете, если дергать скатерть туда-сюда, то предметы, находящиеся на ней, тоже будут ерзать вместе с ней. И поэтому хрустальный шар Мадам Лулу все ближе и ближе подвигался к краю стола.