Дэниел Хэндлер – Почему мы расстались (страница 7)

– Они почти не открывают рта, – ответил ты. – Обычно разговор веду я.

– Про баскетбол. Про лэй-апы.

– Не только, но в целом да. Про тренировки, про тренера и про то, выиграем ли мы на следующей неделе.

Эд, ты был чертовски красив в тот день, как и – от этого я, сидя в пикапе, чуть не плачу – в любой другой. Сколько выходных и сколько будних дней я провела, глядя на тебя, когда ты уже знал об этом и пока ты еще не подозревал о моем существовании. Ты был красив даже с сияющими звездочками вокруг головы.

– Баскетбол – скучная игра, – сказала я.

– Вау, – отозвался ты.

– Еще одна особенность?

– Она мне не нравится, – ответил ты. – Спорим, ты ни разу не была на матче?

– Это когда парни бьют мяч об пол и бросают его по кругу, да? – спросила я.

– А в старых фильмах сплошная тоска и сопли, – сказал ты.

– Тебе понравилась «Грета на воле»! Я это точно знаю!

И я это точно знала.

– У меня в пятницу игра, – сказал ты.

– А я буду сидеть на трибунах, смотреть, как ты побеждаешь, слушать, как в твою честь кричат чирлидерши, а потом ждать тебя у раздевалки и стоять в углу на вечеринке, где будет полно незнакомцев?

– Я позабочусь о тебе, – сказал ты тихим голосом и, протянув руку, провел ладонью по моим волосам и уху.

– Потому что я приду на вечеринку, – сказала я, – в качестве твоей, ну… приятельницы.

– Если ты останешься со мной после игры, ты будешь выглядеть скорее как моя девушка.

– Девушка, – повторила я. Словно примеряла новые туфли.

– Именно так все подумают и станут обсуждать.

– Все будут думать, что Эд Слатертон притащил с собой выпендрежницу.

– Я вице-капитан, – произнес ты, как будто кто-то мог этого не знать. – Они будут называть тебя так, как я им скажу.

– И что же ты им скажешь? Называть меня выпендрежницей?

– Умной.

– Просто умной?

Ты покачал головой.

– Все это время, – произнес ты, – я пытаюсь сказать, что ты не такая, как все, а ты спрашиваешь меня про других девушек, но я не могу о них думать, потому что рядом со мной ты.

Я подошла еще ближе к тебе:

– Повтори это еще раз.

Ты улыбнулся:

– Но у меня по-дурацки вышло.

Каждая девушка хочет услышать это от парня.

– Повтори, – сказала я, – чтобы мне было ясно, о чем ты.

– Покупайте что-нибудь, – проворчала одна из старух, – или проваливайте из моего магазина.

– Мы присматриваемся, – ответил ты, притворившись, что разглядываешь контейнер.

– Даю вам пять минут, голубки.

Опомнившись, я посмотрела на дверь «Мечты Маяковского».

– Мы не упустили Лотти?

– Нет, – сказал ты. – Я за ней приглядывал.

– Спорим, это еще одна моя особенность и ты таким никогда не занимался?

Ты усмехнулся:

– Да нет, я почти каждые выходные выслеживаю престарелых кинозвезд.

– Мне просто хочется узнать, где она живет, – сказала я. Я чувствовала, как у меня в сумочке искрится дата рождения Лотти Карсон, выведенная на обороте постера, и как у меня в голове зарождается тайный план.

– Не волнуйся, – сказал ты. – Это даже весело. Но что мы будем делать, когда дойдем до ее дома?

– Что-нибудь придумаем, – ответила я. – Может, все будет как в «Отчете из Стамбула», когда Жюль Гелсен находит в подвале комнату, в которой полно…

– Что с тобой не так, когда дело доходит до старых фильмов?

– О чем ты?

– Как это о чем я? Ты ко всему приплетаешь старые фильмы. Ты и сейчас думаешь об одном из них, я уверен.

Ты был прав: я вспоминала последний общий план из «Запретной жизни Розы», еще одной картины с Гелсеном в главной роли.

– Ну и что, я хочу стать режиссером.

– Правда? Вау. Как Брэд Хекертон?

– Нет, я хочу быть хорошим режиссером, – ответила я. – А ты думал, я хочу другую профессию?

– Не то чтобы я об этом думал, – признался ты.

– А ты кем хочешь стать?

Ты моргнул.

– Надеюсь, у меня получится выиграть в финале кубка штата.

– А потом?

– Потом будет большая вечеринка, потом буду учиться там, куда возьмут, а потом что-нибудь придумаю.

– У вас две минуты!

– Ладно, ладно, – ты деловито пошарил рукой в ведерке с резиновыми змеями. – Я тебе что-нибудь куплю.

Я нахмурилась:

– Здесь все слишком уродское.

– Мы что-нибудь найдем, убьем время. Что может пригодиться режиссеру?

Мы шли мимо полок, и ты расспрашивал меня. Маски для актеров? Нет. Вертушки для заднего плана? Нет. Пошлые настольные игры, чтобы было чем заняться на вечеринках после церемоний награждения? Заткнись.

– А вот и камера, – сказал ты. – То, что нужно.

– Это пинхол-камера.