Дэн Поблоки – Тебе не спрятаться (страница 22)
– Дилан! – подняв голову, крикнул Дэш. – Я знаю, что ты меня слышишь! Сражайся. Что бы это ни было, сражайся. Ты сильнее, чем оно!
Но Дилан только откинул голову назад и истерично расхохотался. Матильда, по-прежнему глядя на Поппи и Дэша, жалостливо покачала головой.
– Пожалуйста, – сказала Поппи, ее голос едва можно было различить за воем ветра. – Мы хотим помочь вам. Так же, как помогли Рэндольфу. И Эсме. Вы тоже сможете освободиться!
Поппи подумала о том, как в тот раз, у лифта, впервые стащила маску с Матильды, о том, какое неподдельное удивление отразилось в глазах девочки в тот миг. Она вспомнила, как говорила с ней в музыкальной комнате, когда впервые начала догадываться, что этот дом не такой непобедимый, как кажется, и что должен быть способ одолеть обитавшее в нем зло. Но потом маска Матильды появилась вновь, и она убежала прочь, чтобы опять стать марионеткой Сайруса – или Ларкспура.
Из кармана передника Матильда вытащила одну из своих чудовищных кукол и помахала ею в воздухе. В керамической голове красовалась пробитая дыра с неровными краями. Кукла была лысой, без одежды и, судя по всему, тяжелой. Матильда вытянула руку и разжала пальцы, выпустив изуродованную игрушку.
Та быстро полетела вниз и ударила Поппи в плечо, отчего девочка потеряла равновесие. Поппи взмахнула руками, словно надеялась вспорхнуть обратно, но уже поняла, что соскальзывает с выступа.
Дэш попытался ухватить ее за футболку, но только слегка коснулся ткани в тот момент, когда Поппи соскользнула с выступа. И этого импульса оказалось достаточно, чтобы его тоже повлекло вниз.
Покатая крыша стремительно приближалась.
Глава 31
ДЭШ УПАЛ НА СПИНУ. В груди вспыхнула такая боль, какой он никогда раньше не испытывал. Когда он попытался восстановить дыхание, ему показалось, что легкие обратились в дым. Медленно-медленно воздух сочился по трахее, и эта прохлада вернула мальчику ощущение жизни.
Что ж, по крайней мере он жив. Ведь так? Сейчас он уже ни в чем не мог быть уверен.
Поппи упала рядом с ним. Она вся сжалась от боли, спрятав лицо в ладонях.
Сверху на них смотрели звезды. На небе тут и там мерцали созвездия, но Дэш не узнавал их, несмотря на учебники, которые им с Диланом приходилось читать на съемках. Он почувствовал, как покатая крыша движется под ним, и понял, что оба, и он и Поппи, скатываются вниз.
Все быстрее и быстрее они съезжали к острому краю крыши. Поппи завопила и замахала руками и ногами, надеясь зацепиться за что-нибудь, но ей удалось ухватиться только за футболку Дэша. Пытаясь замедлиться, он прижал ладони к крыше, но поверхность была скользкая, и с каждой секундой они все быстрее приближались к малахитового цвета желобу.
– Держись, Поппи! – закричал он. – Я попробую зацепиться…
И вдруг что-то резко дернуло его за воротник, вместе с Поппи они проехались по дуге, миновав обрыв. Она вытянулась как струна и обхватила его за талию. Движение замедлилось, и вскоре они остановились. У Дэша перехватило дыхание – воротник футболки врезался в горло. И тут кто-то схватил его за руки и потащил вверх. Подняв глаза, он увидел Азуми: ее лицо покраснело от натуги – она удерживала его на весу. Маркус сидел на корточках на краю стрельчатого окна и держал в кулаке воротник футболки Дэша.
– Не могу… дышать, – просипел Дэш.
– Извини! – сказал Маркус, чуть ослабив хватку.
– Держи Дэша, – сказала ему Азуми. – А я подхвачу Поппи.
Маркус помог Дэшу залезть наверх, а Азуми втащила Поппи.
Особые по-прежнему стояли на башне и следили за ними. Дэш подумал о том, сколько еще они там пробудут.
– Ты ушиблась? – спросила Азуми.
– По-моему, нет, – сказала Поппи, устроившись на выступе над покатой крышей. Каким-то чудом переброшенная через плечо розовая сумка была по-прежнему при ней.
Ладони Дэша горели – он начисто содрал кожу, когда ехал по скату. Руки и лодыжка по-прежнему болели. Спина в том месте, где Дилан ударил его, продолжала пульсировать.
– Я буду жить, – прошептал он, голос все еще плохо слушался его.
– Куда мы пойдем? – спросила Азуми.
Маркус кивнул на край крыши в нескольких ярдах от них:
– Может, нам удастся спуститься отсюда.
– Под нами минимум три этажа, – возразила Поппи. – Что, если мы снова поскользнемся и поедем вниз?
Азуми указала в другую сторону, где гребень крыши уходил во тьму.
– Думаю, там крыша уходит вниз. Мы будем ближе к земле.
– Да, – сказала Поппи. – И потом мы побежим к дороге. Тропа ведет через лес к воротам.
– Ребята! – крикнул Дэш. – Надо уходить отсюда! Сейчас же!
Он указал на башню.
Они обернулись как раз в тот момент, когда четверо Особых спрыгнули с выступа.
Особые приземлились неподалеку от шпиля у башенной стены и, скользнув на другую сторону, исчезли из виду. Несколько черепичных плиток откололись, со звяканьем проехали несколько футов вниз и перевалились через край крыши.
Дэш, Поппи, Азуми и Маркус вскочили на ноги. Взявшись за руки, они медленно пошли вверх по скату, стремясь оказаться как можно дальше от башни и Особых. Уже на гребне крыши Дэш оглянулся назад. Особые и его брат были всего в нескольких десятках футов позади, неестественно и кривобоко они поднимались на ноги. Все четверо обернулись к ребятам, как будто ощутили его взгляд.
– Идем-идем-идем! – завопил Дэш. Он подталкивал остальных вперед, хромая за ними так быстро, как только мог.
Азуми оказалась права. С другой стороны крыша была ступенчатой. Лишь несколько метров отделяло их от края крыши, который был на высоте всего одного этажа над землей. Позади слышался стук скатывающихся плиток, но никто не смел обернуться.
Дэш хромал вперед, его рука безвольно лежала на плече Поппи, а ум в это время лихорадочно работал, в памяти мелькали страницы прошлого. Он думал о своем брате, о несчастном случае, о грузе вины, который пронес с собой через всю страну сюда. Дэш заставлял себя идти быстрее, не обращая внимания на пронзавшую лодыжку боль, – не из-за страха, что Особые их догоняют – а они догоняли, – а потому, что он наконец понял, что Дилана, наверное, уже не вернуть.
Остальные тоже спешили со всех ног. Теперь от края крыши их отделяла какая-то сотня футов. Особые завыли и завизжали, сдавленные голоса звучали все громче по мере того, как они приближались. Дэшу показалось, будто по его позвоночнику скользнул острый ноготь, и пронзительный вопль вырвался из его горла.
И тут случилось нечто странное. Шаги позади замерли. Крики Особых смолкли.
Все замедлили шаг. В тот же миг крыша под их ногами пошла трещинами и заскрипела, как лед на замерзшем пруду.
Азуми и Маркус, шедшие впереди, резко остановились. Дэш и Поппи тоже.
– Что они делают? – спросила Поппи.
Дэш обернулся. Четверо детей в масках неподвижно стояли у них за спиной. В том месте, где они застыли, крыша выглядела как-то странно. И тут Дэш понял, почему они остановились. Наверху крыша по-прежнему была серой. Но дальше, там, где теперь стояли Дэш, Поппи, Азуми и Маркус, крыша отражала сияющие над их головами звезды. Крохотные точки белого света мерцали у их ног, словно ребята, невесомые, плыли в небе.
– О нет, – прошептала Поппи, глядя вниз. Снизу на нее мрачно смотрело собственное лицо. – Мы что, стоим на стекле?
В какой-то миг отражение внизу почему-то помутилось. Теперь казалось, будто рядом с Поппи стоит другая девочка, и она дрожит, дергается и трясется точно сумасшедшая.
– Конни? – спросила она неестественно тонким голосом. – Это ты?
Дэш взглянул на Азуми. Стеклянная поверхность задрожала и заскрипела.
– Теплица! – вскрикнули оба как раз в тот момент, когда крыша разлетелась на куски и дом поглотил их.
Глава 32
БИТОЕ СТЕКЛО ЗАПОРОШИЛО все вокруг, везде все было усеяно крупными осколками, похожими на огромные грозные сосульки, а маленькие блестящие кристаллики покрыли землю точно полотно.
Азуми повисла на верхней ветке корявого дерева – руки болтались с одной стороны, а ноги с другой. Чувствовала она себя так, будто кто-то со всей силы ударил ее кулаком прямо в живот. Она еле шевелилась, почти не могла думать, не говоря уж о том, чтобы позвать на помощь или узнать, как там остальные.
Стараясь не шуметь, Азуми села на ветку. Оглядевшись, она заметила в нескольких футах над головой в потолке круглую дыру, в которой виднелось усыпанное звездами небо. У края дыры большой кусок стекла – больше, чем камни внизу, – опасно покачивался на тонком погнутом металлическом стержне. Она поглядела вниз, но остальных не было видно.
«Если они не умерли от падения, – подумала она, – то осколки стекла…»
Она вспомнила, что в кармане джинсовой куртки лежит телефон, вытащила его, включила фонарик и направила луч света вниз. Цепляясь за ветви у самого ствола, она стала постепенно спускаться. С каждым шагом крона расступалась и внизу открывалась лесная подстилка – сероватая, каменистая, с островками зеленого мха, который будто светился странным светом, когда на него падал луч фонарика.
Азуми замерла на месте. Внизу лежало тело! Оно распростерлось на земле прямо под ней, в углублении под корнем дерева. Рыжие волосы. Штаны цвета хаки. Маркус! Она хотела позвать его, но вспомнила, что живет в теплице, и сдержала крик. Она быстро спустилась с дерева и поспешила к нему.
– Маркус, – прошептала она, коснувшись его щеки кончиками пальцев. Он вздрогнул, и Азуми вскрикнула одновременно от неожиданности и от облегчения, ее голос коротким эхом разнесся по лесу. – Ты в порядке, – сказала она, хотя понимала, что разговаривает скорее сама с собой. – Ты в порядке. С тобой все будет в порядке.