Дэн Отто – История без хэппи-энда. Правда о том, что бывает после. (страница 4)

Что я не делал (и горжусь этим).

За всё это время я ни разу не пытался вернуть бывшую. Ни разу. Даже в самые хреновые дни, когда я сидел и смотрел на дверь, думая: «А вдруг сейчас откроется и она войдёт?» Не вошла. И не войдёт.

Я не умолял. Не писал ей в мессенджеры «давай попробуем ещё раз». Не следил за её соцсетями, выискивая намёки на нового мужчину (хотя, если честно, пару раз пальцы сами тянулись к поиску — останавливал себя мыслью «а нафига?»).

Но признаюсь: бывало такое, что я выходил гулять в истериках. Просто шёл. Без цели. И вдруг оказывался у её дома. Стоял, смотрел на окна, представлял, как она там ужинает, смотрит телик, может, тоже одна. А потом резко разворачивался и уходил, чувствуя себя конченым идиотом.

Сейчас вспоминаю это с дикостью. Как будто смотрю фильм про чужого дурака. Но тогда, в тот момент, это было нормально. Это было частью процесса. Ты идёшь к её дому не потому, что хочешь вернуть. А потому, что внутри всё ещё есть привычка быть рядом. И ломать её — как отвыкать курить. Тяжело, мерзко, но надо.

Первые мысли о свиданиях: мозг потихоньку просыпается.

И вот, спустя почти три месяца, начали появляться первые ростки. Нет, не любви. Осторожные, робкие мысли в духе: «А не познакомиться ли с кем-нибудь? Чай попить, фильм обсудить, не плакать при этом».

Я заметил, что стал чаще смотреть на женщин. В метро, на улице, в магазине. Не как маньяк, а как биолог, который открыл новый вид. «Интересно, а эта что скажет, если я подойду? Вероятность — 30%, что пошлёт. 20% — что засмеётся. 50% — что просто отвернётся к кассе и будет делать вид, что занята».

Мозг потихоньку приходил в себя. Как после долгой комы. Сначала пальцы шевельнулись, потом открыл глаза, потом захотелось есть, а потом — бац! — мысль о свидании.

Я не торопился. Я знал, что первый блин может быть комом, а первый развод уже был. Но сам факт, что я думаю о будущем, а не пережёвываю прошлое, был огромной победой. Победой, о которой никто не узнает, кроме меня и, возможно, этого текста.

Как я развелся. Часть 8: «Непристойное предложение» и врач на БМВ.

Итак, общение началось. Переписка, как это обычно бывает, сначала вяленькая: «привет», «как дела?», «нормально, а у тебя?», «тоже нормально». Стандартный набор роботов, которые пытаются имитировать человеческое общение.

Но потом понеслось.

Кто эта женщина?

Из переписки я выяснил следующее (готовьте блокноты, тут есть на чём остановиться):

Она заведующая отделением. В больнице. Серьёзно, эта женщина командует людьми в белых халатах. Представляете? Я еле командую собой, чтобы по утрам чистить зубы, а она там принимает стратегические решения, вероятно, кому какую дозу и когда выписать.

Ездит на БМВ. Не совсем новенькой, но на БМВ, Карл!.

Живёт в маленькой студии. Микроскопической. Такая, что если чихнуть, можно вылететь из окна. Тоже в ипотеку. Видимо, любовь к недвижимости у нас общая — я свою однушку снимаю, она свою студию выкупает.

Жёстко выгорает на работе. Как все врачи, особенно завы. Я думал, что я выгорел после развода, а она выгорает каждый день, спасая чужие жизни. У нас были разные пельмени в холодильнике, но дно — оно общее.

Мы общались. Много. По-настоящему много. Не эти «привет-нормально-пока», а живые, настоящие диалоги, где я вспоминал, что умею шутить, а она — смеяться.

Громкая связь: возвращение в женский мир.

И в один из вечеров она позвонила. По громкой связи. Прямо по пути с работы до дома.

Я и забыл, как девушки умеют много и бессмысленно говорить. Нет, это не оскорбление. Это констатация факта, который одновременно бесит и умиляет. Они могут рассказывать про начальника, который достал, про коллегу, которая странно посмотрела, про кота, который не ест новый корм, и про то, что на неделе нужно купить какую-то хрень для дома — всё это одним потоком, без пауз, на одном дыхании.

Я сидел, слушал, иногда вставлял «ага», «угу», «вот дура» и чувствовал себя так, будто вернулся из космической пустоты на Землю. Туда, где есть жизнь, голоса, эмоции. И где женщина по ту сторону трубки не пытается тебя убить или ограбить, а просто делится своим днём.

Это было… странно. И приятно. Как первый глоток тёплого чая после долгой прогулки по морозу.

Предложение встречи: почему паб?

Через несколько дней я решил: хватит переписок, пора в реальность. Предложил встретиться. В пабе.

Почему в пабе? О, тут у меня целая философия, выработанная методом тыка и двух неудачных походов в музеи.

Я не упоминал раньше, но я ходил на «правильные» свидания после развода. В парки, в музеи, в кафе с белыми скатертями. С цветами (да, представляете, я даже нёс букет, как герой дешёвого сериала). И знаете что? Это было скучно и бесперспективно. Абсолютно. Люди сидят, притворяются, боятся испачкаться, боятся ляпнуть лишнее, боятся, что не так посмотрят. Итог: два часа напряжённой вежливости, и ты выходишь оттуда более опустошённым, чем до свидания.

А паб — это другое. Там шумно, там можно есть еду руками, там несколько бокалов развязывают язык, и через час ты понимаешь: этот человек смешной или этот человек зануда. И если не получится, то хотя бы весело проведёшь время. С пивом и картошкой фри. Это уже победа.

Она согласилась сразу. Без кокетливого «ой, ну не знаю, может, в следующую пятницу?». Сразу: «Да, во вторник. Во сколько?».

Я чуть не поперхнулся. Женщина, которая знает, чего хочет? В моём разведённом расписании? Быть того не может.

Свидание: весело, странно и пугающе.

Мы встретились. Я пришёл без цветов (сознательно, пусть сразу знает, что я практичный). Она пришла… с улыбкой. Обычной, не натянутой, не дежурной. Я подумал: «Кажется, это уже хороший знак».

И мы провели время просто отлично. Серьёзно. Смеялись. Шутили. Она рассказывала про пациентов, которые приходят с тем, что «у меня болит здесь», а «здесь» оказывается просто газ. Я рассказывал про бизнес, про брата, про китайского дракона. Она не закатывала глаза, когда я говорил про Chery. Уже лайк.

Вечер пролетел. Мы вышли из паба, и я понял, что совсем не устал. Обычно после свиданий я выходил с ощущением, что отработал смену на заводе. А тут — бодрый, весёлый, даже захотелось пройтись.

Поцелуев не было. Ни в тот вечер, ни в следующий, ни через два. Мы просто встречались, болтали, ели, смеялись. Я боялся форсировать. Она, кажется, тоже. И это было нормально.

Звонок с корпоратива: «Забери меня».

И тут в один прекрасный (или не очень) вечер раздаётся звонок.

— Привет, ты занят?

— Э-э-э, нет. Картошку жарю.

— Забери меня с корпоратива. Пожалуйста. Я тут… устала.

Я понял всё. Корпоративы — это то место, где врачи после смены пытаются расслабиться и обычно перебирают. Она была на взводе. Я бросил картошку (она, кстати, подгорела, RIP), сел в китайского дракона и поехал.

Приезжаю. Стоит наша героиня, слегка нетвёрдая, но с королевской осанкой. Садится в машину. По дороге молчит, только иногда хихикает.

— Ты чего? — спрашиваю.

— Ничего, — хихикает. — Езжай ко мне.

Окей, едем к ней. Поднимаемся. Маленькая студия, уютный хаос, пахнет чем-то домашним. Она снимает пальто, поворачивается ко мне и буквально на пороге, глядя прямо в глаза, произносит фразу, от которой у меня отвисла челюсть и остановилось сердце:

— Я сейчас сделаю тебе непристойное предложение.

Я замер. В голове — белый шум. Непристойное? Какое? Она хочет украсть мою почку? Попросить денег в долг на ипотеку? Предложить полететь на Бали прямо сейчас?

— Какое? — выдавил я.

— Останься на ночь. У меня. Прямо сейчас. Без вариантов.

Шок и «непристойность» на пороге.

Я не знал, куда девать глаза. Потому что, понимаете, до этого момента у нас были идеальные, почти платонические встречи. Мы даже руки не держали, если честно. А тут — бац! — «непристойное предложение».

Я сначала подумал, что она шутит. Ну правда, не бывает такого. Чтобы женщина сама, так прямо, без намёков, расшаркиваний и «ой, уже поздно, оставайся на чай». Нет, она сказала: «Останься на ночь». И лицо у неё при этом было такое… как у командира на задании.

— Ты серьёзно? — спросил я, надеясь, что она рассмеётся и скажет «да прикалываюсь, дурачок».

— Серьёзнее некуда, — ответила она, и её взгляд не дрогнул.

Что я сделал? Правильно. Остался. Потому что, знаете, когда жизнь в четвёртый раз стучится в дверь с таким предложением, уже неудобно отказывать. Тем более она была красивая, смелая и немного пьяная. Это гремучая смесь, которая сносит любые барьеры, включая мои.

Утро было… особенным.

Утро и «прости, мне так стыдно».

Я проснулся первым. Она спала, раскинувшись на кровати, и выглядела как ангел, который вчера совершил незначительное хулиганство. Я лежал, смотрел в потолок её студии, слушал, как где-то за стенкой соседи собираются на работу, и думал: «Что сейчас будет?»

Она проснулась. Посмотрела на меня. Потом глаза расширились, щёки залились краской, и она, натянув одеяло до подбородка, сказала:

— О господи. Я вчера… это… прости. Мне так стыдно.

— За что? — спросил я, хотя прекрасно понял, за что.

— Я никогда так не делаю. Правда. Это корпоратив. И вообще.