Ден Истен – Маги и люди (страница 10)

Женщина откинула капюшон своей куртки. Улыбнулась кассиру, протянула паспорт и деньги.

– Один билет до Странногорска, пожалуйста.

Через несколько минут она уже выходила на платформу, сжимая в руке билет на имя Ирины Нильсен. А через полчаса тряслась в купейном вагоне и общалась с попутчиками, едущими к морю: женщиной и ее малолетним сыном.

Мальчик тихонько покашливал, затем вдруг задохнулся в приступе удушья. Отвернулся к стенке, засунув в рот ингалятор. Мать удрученно смотрела на соседку по купе.

– Астма, – пояснила она. – Врачи сказали – климат менять, вот едем к морю. Пусть подышит морским воздухом, хоть какое-то облегчение. У нас там сплошные заводы… Заодно присмотримся к ценам, если на домик какой хватит, пусть даже развалюху, то и совсем переедем.

Судя по чистой, но весьма скромной одежде матери и сына, на домик у моря, пусть даже и развалюху, им точно не хватит. Она горестно махнула рукой, повернулась к сыну. Мальчик обессиленно откинулся на стенку, прикрыв глаза. Узенькая грудь часто вздымалась, на лбу выступили капельки пота.

– Мам, а мы долго на море будем? – прохрипел он с закрытыми глазами.

– Недельку побудем, – мать ласково погладила по его светлым, аккуратно стриженым волосам.

Снова посмотрела на соседку.

– А вас как зовут? Меня Дарьей, а это мой Санечка, – она приобняла сына.

– Ира, – представилась женщина.

Подмигнула мальчишке, тот, уже почти оправившись от приступа, подмигнул в ответ. Женщины засмеялись.

Они еще долго говорили, точнее – говорила Дарья, изливая душу. Попутчица внимательно слушала, сочувственно кивая. Губы ее слегка шевелились, будто она что-то проговаривала про себя, а длинные пальцы подрагивали. Но ни мальчик, ни мать этого не замечали. Затем Ирина, извинившись, вышла из купе, прошла по длинному проходу в тамбур. Захлопнув дверь, раскрыла плотно сжатый кулак – на ладони клубилась серо-черная дымка, до сей поры уютно сидевшая в бронхах маленького Сани и съедавшая их изнутри. Дымка вдруг стремительно закрутилась в маленькую змейку, стала извиваться и биться о невидимые границы, словно пытаясь пробить их и выскользнуть за пределы узкой ладони. Ирина слегка подула на нее, змейка вспыхнула ярким пламенем и забилась в предсмертных конвульсиях. Через пару секунд она осыпалась сквозь пальцы черной пылью, смешиваясь с сигаретным пеплом на полу. Ирина отряхнула ладони и вышла из грохочущего тамбура.

Всю ночь маленький Саня безмятежно спал под мерный стук колес на своей верхней полке. Мать вставала несколько раз, поправляла одеяло и напряженно вслушивалась в его ровное дыхание. В недоумении всматривалась в темноте в улыбающееся лицо сына, которому наверняка снилось море. Синее, ласковое и теплое.

А утром симпатичная попутчица, тепло попрощавшись, вышла на вокзале Странногорска. Закинула дорожную сумку на плечо и помахала своим ночным попутчикам.

***

Ева проснулась от табачного дыма, щекочущего ноздри. Открыла глаза и увидела Асю, сидящую на столе. Она мрачно смотрела на нее и дымила сигаретой.

– Просыпайся! – недовольно сказала девочка. – Уже утро!

Ева натянула шелковое одеяло до самого горла.

– Доброе утро, Ася! – приветливо пожелала Ева.

Ася не ответила, спрыгнула со стола. Подкинула недокуренную сигарету, щелчком растворяя ее в воздухе.

– Ждем тебя в обеденном зале! – бросила она на ходу, толкая красивую витражную дверь. Ева встала и поплелась в ванную, отделанную темным мрамором. Посвежевшая вернулась в комнату. На заправленной широкой кровати аккуратной стопкой лежала ее одежда – выстиранная и выглаженная. У кровати стояли высушенные кроссовки. Ева быстро оделась, натянула кроссовки и вышла из комнаты. Спустилась по широкой лестнице, с трудом распахнула тяжелые двери обеденного зала.

За столом сидели трое: Лори, Ася и Йети. Ася широкими движениями намазывала на тост джем, Йети, изящно оттопырив мизинец, прихлебывал из чашечки, которая, и без того миниатюрная, в его руке выглядела словно из игрушечного набора Барби. Кстати, Йети выглядел довольно презентабельно: гладко выбрит и даже облачен в новую рубашку, щегольскую ковбойскую жилетку и джинсы. Во внешнем виде Лори каких-то кардинальных изменений не наблюдалось, единственное – свободный балахон был уже не синего цвета, а травянисто-зеленого. Ася была такой же, как и вчера, – в джинсовом комбезе и с хмурым выражением на детском лице.

– Присаживайся, Ева! – Лори показала на стул с высокой резной спинкой.

Ева присела, из-за колонны вышла служанка в бордовом платье с глухим воротничком. Взяла кофейник и наполнила чашку Евы.

– Спасибо, я сама, – смутилась девушка.

Она хоть и росла в обеспеченной семье, но к прислуге не привыкла. Всем хозяйством в их большой квартире занималась мать… точнее, приемная мать.

Служанка слегка поклонилась и отошла в сторону. Ева взяла хрустящий поджаренный тост.

– И что решила? Остаешься с нами? – спросила Лори, поигрывая ложкой.

– Ну, это было бы интересно, если честно, – Ева вгрызлась зубами в аппетитную корочку.

Лори одобрительно кивнула. Йети сжал кулак и торжественно потряс над головой, Ася скривилась и отвернулась.

– А процесс посвящения – это как? – спросила Ева.

– Очень просто! – язвительно отозвалась Ася. – Сначала ты пробежишь стометровку через падающие с неба топоры, затем прыгнешь через огненное кольцо прямо в котел с кипящим оливковым маслом, затем, если выживешь, снова пробежишь стометровку, но уже босиком и по острию ножей, затем разорвешь грудью стальную финишную ленту и, наконец, преклонишь колено и прочитаешь клятву на арамейском. И вот тогда мы еще подумаем, брать тебя к себе или купить обратный билет до Москвы.

Йети громогласно заржал, глядя на растерянное выражение лица Евы. Протянул девочке огромную ладонь. Ася, хихикая, шлепнула по ней маленькой ладошкой.

Лори покачала своей крупной головой. Властно ударила кулаком по столу. Смех оборвался.

– Устроили тут балаган! – прикрикнула она, затем повернулась к гостье. – Сама скоро узнаешь.

– Ладно, – ответила Ева, кинув на девочку быстрый взгляд.

Ася скорчила рожу и высунула язык. Ребенок ребенком, даже не скажешь, что эта семилетка – маг, и, видно, далеко не слабый. Интересно, а сколько ей лет? Наверное, можно смело прибавить пару сотен к ее семи. Ядовитого цинизма девчонка накопила немало…

– Хотела еще спросить: а почему вы не любите волшебников? – спросила она, глядя на Лори, всем своим видом давая понять, что вопрос адресован хозяйке, а не злобной малолетке и ее закадычному дружку-оборотню.

– А кто тебе такое сказал? – удивилась карлица. Мельком взглянула на притихших Асю и Йети. – Понятно. Скажем так: терпимо к ним относимся. Волшебники – это низшая каста среди магов.

– Почему? – удивилась девушка. – Они же творят чудеса!

– Эти, как ты выразилась, чудеса они творят с помощью всяких атрибутов. Волшебных палочек, амулетов, посохов и прочего.

Глядя на ее недоумевающее лицо, Лори снисходительно улыбнулась.

– Волшебники – очень слабые маги, их способностей хватит разве что на какую-нибудь бытовую мелочь. Они на протяжении многих лет по капле вливают силу в какой-нибудь предмет, в ту же самую палочку, например, и потом используют ее для своих чудес. Отбери у такого волшебника его игрушку – и все, он сразу же заплачет и потребует вернуть ее обратно. Без нее он – практически обычный человек.

– Они накапливают в них свою магию… – задумалась Ева. – А если в эту самую палочку зальет силу какой-нибудь другой маг, посильнее?

Лори переглянулась со своими помощниками, все трое засмеялись. Ева окончательно смутилась.

– Случилось это года два назад. Был такой маг, звали его Прохором. Крепкий середнячок в магии, но немного больной на голову, – сказала карлица. – Не смотри так, Ева, вопрос распределения магических способностей – для нас тоже загадка. Так вот, пришло как-то в светлую голову Прошеньки собрать вокруг себя армию волшебников, и пообещал он каждому по красивой волшебной палочке. Желающих среди слабеньких магов оказалось много. Надо сказать, что все эти атрибуты не могут быть магического происхождения, они должны быть исключительно рукотворными, либо сделаны механическим способом, то есть без малейшего воздействия Силы. Поэтому Прошенька заказал их в Китае.

Лори покачала головой.

– Так вот, значит, – продолжала она. – Наши предприимчивые китайские друзья наклепали ему этих палочек в количестве ста штук, по доллару каждая. Упаковали, отправили, присвоили трек-номер – все как полагается. Из Китая посылка ушла без проблем, а вот на территории России потерялась. Три месяца ждал наш Прошенька посылочку – нет ее! Магическим путем отследить пытался, но «Почта России» оказалась самыми настоящими Бермудами, там те еще кудесники работают, поэтому посылку он не дождался.

Лори прикрыла лицо и затряслась от смеха.

– Ася, продолжай! – провыла она.

– Прошка совсем обозлился и спалил к чертям местное почтовое отделение, куда он, как на работу, ходил каждый день, – подхватила Ася. – Силы вложил немеряно, пылало так, что пожарные тушили шесть часов. Сгорело все: посылки, деньги пенсионные, оборудование, само здание выгорело полностью. К несчастью, никто не пострадал, так как пожар он устроил ночью. Об этом узнали другие маги и обязали его восстановить все, как было. А у Прошки силенок на это оказалось маловато – все, что он смог восстановить, так это… если я не ошибаюсь, табличку с расписанием работы и вывеску. И тогда подался Прохор в бега. Искать его не стали, сами все восстановили и строго-настрого запретили сильным магам заряжать всю эту фигню для волшебников – пусть сами справляются, своими силами. А ты говоришь – «волшебники»!