Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 882)

– Ханне причинили телесные повреждения, доктор Майерс, – вставила Эмили. – Вы посмотрите на ее лицо. Это ни в какие ворота не лезет. И это лишь часть устрашающего поведения в отношении Ханны.

– Дамы, погодите, – поднял руку доктор Майерс. – Что не так с вашим лицом, Ханна?

Она неохотно отодвинула волосы, прикрывавшие оцарапанную щеку, и наклонилась ближе к свету. Доктор Майерс молча осмотрел отметины и скрестил руки на груди.

– Ясно. Расскажите все по порядку. Вы перелезли через стену? Почему?

– Я не… – Ханна замолчала. Она хотела сказать: «Я не хотела, чтобы Невилл увидел меня из служебки», но тогда стало бы понятно, что она еще до этого затаила обиду на Невилла. – Я решила сократить дорогу. Ворота у корпуса «Клоудс» были заперты.

– Так, вы перелезали через стену. Что было потом?

– Я спускалась с нее, когда кто-то схватил меня за лодыжку.

– Кто-то? Вы не сразу поняли, что это был Невилл?

– Да, я сначала не узнала его. Там было темно. Я испугалась, дернула ногой и убежала.

– И он стал вас догонять?

– Да, он крикнул «стой» или «остановитесь». Я точно не помню.

– А потом?

– Он догнал меня возле галерей. – Язык был как деревянный. В ушах стоял топот настигающего преследователя, Ханна вновь ощутила резкий рывок сзади. – Он схватил меня за пальто, дал подсечку, и я упала. Навалился на меня всем телом. Надавил сзади рукой на шею. Мне… – Она часто-часто задышала, сердце едва не вырывалось из груди. – Мне не хватало воздуха, перед глазами поплыли звезды.

– А потом?

– А потом кто-то подошел и спросил: «Что тут происходит?» Невилл встал, а я… я убежала. Я очень испугалась.

– Но вы его узнали?

– Да, узнала, когда он сделал мне подсечку. – У Ханны задрожал голос. Уголки глаз защипало от подступающих слез. – Я совершенно уверена, что это был он. Я узнала его голос и… – Она запнулась, не в силах сказать «его запах». – Там кто-то еще появился. Другой мужчина. Кто-то из персонала колледжа. Этот человек подтвердит мои показания, он тоже видел, что меня сбил с ног Невилл. Пострадало не только лицо. Вот, смотрите. – Ханна встала со стула, подняла край футболки, показывая алые ссадины на туловище, быстро превращавшиеся в фиолетовые синяки. – Я не придумываю.

Эмили охнула, увидев синяки на ребрах. Ханна опустила футболку и села на стул, чувствуя, как пылают щеки.

– В первую очередь позвольте сказать, что я совершенно не пытаюсь бросить тень сомнения на ваши показания, – медленно произнес доктор Майерс. Он встал и прошелся до окна и обратно, словно хотел получше обдумать ответ. – История… крайне неприятная, и я не удивлен, что вы испытали шок. Однако мне нужно также понять причину таких действий со стороны Невилла. Вы сами сказали, что не узнали его, пока он не сбил вас с ног.

– И что? – удивленно откликнулась Ханна. Она судорожно вздохнула, заметив, что ее голос стал резче и в нем прозвучал упрек. – Именно так, – продолжила она более спокойным тоном. – Это правда. Не узнала.

– А значит, вполне вероятно, что Невилл тоже вас не узнал. Он просто увидел, что кто-то проник на территорию колледжа, и, как положено, крикнул «стой», а когда нарушитель не остановился, побежал за ним.

– Доктор Майерс, вы видели ее раны? – вскочила с места Эмили, едва сдерживая негодование. – А лицо Ханны видели? Он не просто за ней погнался, он навалился всем телом на беззащитную студентку и вдавил ее лицом в землю так, что она и слова не могла сказать. И что еще важнее, он преследует Ханну не впервые, он…

– С этим я и пытаюсь разобраться, – прервал ее доктор Майерс. – Потому что, если вы утверждаете, мисс…

– Эмили Липман.

– …мисс Липман, что это лишь один из эпизодов недостойного поведения, то вы делаете очень серьезное заявление. Однако я не вижу здесь связи. Со слов самой Ханны, там было очень темно, и она не узнала Невилла, пока тот не повалил ее на землю. Тогда возникает вопрос, каким образом Невилл мог выслеживать конкретно Ханну. Очевидно, он пытался остановить предполагаемого нарушителя. Да, возможно, применив лишнюю силу, тем не менее…

– Он без спроса зашел в мою комнату, – выпалила Ханна, – когда меня там не было…

– И сделал что-либо предосудительное?

– На хер предосудительность, ему вообще не положено находиться в женском общежитии! – взорвалась Эмили.

Доктор Майерс, изменившись в лице, предупреждающе вскинул руку.

– Мисс Липман, извините, вынужден просить вас умерить тон, а если вы еще раз выругаетесь, я попрошу вас покинуть мой кабинет. Показания дает Ханна, именно их я и хочу выслушать. Ханна, что-нибудь случилось, когда он вошел в вашу квартиру?

– Он сказал, что принес посылку. – У Ханны пересохло в горле. Она больше не смотрела на доктора Майерса и отвернулась к окну. В глазах опять защипало, она несколько раз моргнула, отгоняя готовые пролиться слезы. Нельзя позволить себе разреветься. – А когда я попросила отдать ее мне, он не отдал.

– Посылка была у него с собой?

Ханна молча кивнула, закрыв глаза.

– Ну что ж, – несколько приободрившись, произнес доктор Майерс тоном, дающим понять, что беседа закончена. – Я очень сожалею, что вы пережили неприятный инцидент, но могу разве что посоветовать не лазить через стены колледжа и ходить, как все остальные, через ворота. Я побеседую с мистером Невиллом о…

– Что? – в ужасе воскликнула Ханна. – Нет! Прошу, не говорите ему, что я была у вас.

– Ну, я не могу разобраться с этими… утверждениями, не выслушав версию событий от мистера Невилла. – Лицо доктора Майерса приняло раздраженное выражение, симпатия таяла на глазах. Повернувшись к девушкам спиной, он отошел к окну, затем вернулся, присел на край стола и понимающе улыбнулся. – Послушайте, Ханна, если хотите, я передам вашу жалобу по инстанции. Но я обязан сначала выслушать версию событий мистера Невилла. Как мы поступим?

Ханна оглянулась на Эмили. Та сложила руки на груди, с явным трудом сдерживая ярость, однако молчала и только приподняла плечи – мол, тебе решать.

Черт!

Доктор Майерс демонстративно посмотрел на часы.

– Можно я подумаю? – спросила Ханна упавшим голосом.

– Разумеется. – Доктор Майерс соскочил со стола – вновь сплошное радушие и дружелюбие. – Не торопитесь. – Он направился к двери, подавая знак, что разговор окончен. – А теперь извините, у меня в десять встреча. Ханна, увидимся через неделю на практическом занятии. Рад был познакомиться, мисс Липман.

Выходя в коридор, Ханна с угнетающей определенностью поняла одно: она не вернется на практическое занятие к доктору Майерсу на следующей неделе. Она не желала его видеть до конца своей жизни.

После

Сидя в поезде, идущем в Эдинбург, и глядя в окно, Ханна прокручивает в уме слова Райана. Неужели все-таки розыгрыш?

Положительный тест на беременность.

Она не узнала ничего нового в дополнение к разговору с Джерайнтом, но услышать подтверждение из уст самого Райана…

Неужели все это правда?

Результаты теста, насколько ей было известно, невозможно подделать с помощью фломастера.

Черт. Черт! Ханна трет лицо. Ей очень хочется стереть из памяти разговор с Райаном и все ядовитые подозрения, которые он всколыхнул. Вот только не получится. Даже если бы можно было, словно по волшебству, забыть слова друга, это ничего бы не изменило. Просто махнуть рукой не выйдет. Неважно, была Эйприл действительно беременна или, как неисправимая юмористка, устроила Райану невероятно пошлый розыгрыш, у Ханны неожиданно появилась в руках частица пазла, разрушившая всю прежнюю конструкцию.

Положительный тест на беременность – неважно, настоящий или ложный, – тот самый элемент, который мог стать решающим в деле Невилла. За ним скрывался мотив, который ставил под подозрение Райана, Уилла и всех других, кто спал с Эйприл.

Ханна в который раз вспоминает шум, доносившийся из-за двери комнаты Эйприл утром после премьеры. Жаль, что она не открыла дверь, не увидела лицо тайного гостя.

Теперь она уверена – это был не Райан. Не потому, что вечером после премьеры тот отстранился от Эйприл, словно не желал к ней прикасаться, а из-за одного упоминания в разговоре. На следующее утро после премьеры Эйприл прислала Райану эсэмэску. Если она была в постели с Райаном, с какой стати ей выжидать целый час, прежде чем сообщить ему такую важную новость? Переход от беспечного шумного секса к заявлению о беременности? Райан не повелся бы, удивившись, что Эйприл ничего не сказала часом раньше.

Но если у нее был не Райан, то кто тогда?

Уилл – второй очевидный кандидат. Однако насчет него тоже нет уверенности. В тот вечер на премьере между ними произошла размолвка, возникло напряжение, если не враждебность, которая плохо соотносится со звуками за стеной на следующее утро. И хотя эта мысль заставляет Ханну покраснеть, она прекрасно знает, как Уилл ведет себя во время секса, и знала это уже тогда. Невидяще глядя на проплывающие за окном сельские пейзажи, Ханна мысленно представляет мужа, нависшего над ней на руках, глядящего в глаза, двигающегося беззвучно, сосредоточенно, внимательно. Уилл не охает, не стонет и не устраивает шумных спектаклей на манер героев порнофильмов.

Ну почему, почему она выскочила из квартиры в то утро? Почему не устроилась поудобнее в кресле и не дождалась, кто выйдет из спальни Эйприл?

Почему не рассказала о происшествии своей соседке по квартире?