Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 511)
– Да, можете на улице подождать машину, если хотите.
Ищу взглядом зеленый пакет и надеюсь, что дежурная не сдала его на проверку.
– Так можно забрать мой…
Она наконец отрывается от компьютера.
– Ну что вам?
А вот и он. Валяется у ее ног.
– Хочу забрать свой пакет.
Дежурная смотрит на пол. Похоже, она пакет просто не заметила.
– Хм-м. Надо было отправить на проверку.
Сердце пропускает удар.
– Минуточку, – дежурная берет трубку стационарного телефона, и я едва не бросаюсь ей на стол.
– Кстати, отличный комбинезон, – щебечу я, показывая на экран. – Только с «Зарой» надо поосторожнее. Когда кладете вещи в корзину, вы их не резервируете. Я так на прошлой неделе упустила обалденное платье мини. Кто-то налетел и выкупил последнее прямо у меня под носом.
– Правда? – глаза за толстыми стеклами очков округляются.
Яростно киваю.
– Забирайте, пока можете. Серьезно. Я подожду.
Дежурная неуверенно улыбается, быстренько возвращается на домашнюю страницу и завершает покупку.
– Ну вот, – радостно выдыхает она, когда появляется уведомление об оплате. – Спасибо.
Вновь тянется к телефону, а потом вдруг меняет решение и на миг исчезает под столом.
– Этот? – она достает зеленый пакет.
Киваю. Сердце колотится так громко – даже ей, наверное, слышно.
Дежурная двигает ко мне видавшую виды коричневую папку с зажимом. К нему же на нитку привязана дешевая ручка.
– Оставьте подпись под строчкой о возврате вещей.
Поспешно царапаю свое имя, с трудом удерживаясь от улыбки.
– Ну вот, – глаза дежурной вновь прилипают к экрану. – Постарайтесь больше не прорываться через кордон.
Полчаса спустя Дженни подъезжает к полицейскому участку Барнса на новенькой блестящей «тесле».
Рывком открываю дверцу, и Дженни смотрит на меня в замешательстве.
– Подожди, тебя ведь арестовали? Неужели просто так отпустили?
– Ошибка вышла, – я беззаботно отмахиваюсь. – Поехали.
Дженни хмурится. Хотя у нее близнецы, в салоне ничто на это не указывает. Нет ни крошек, ни игрушек, ни отпечатков жирных рук. Опускаюсь на мягкое сиденье из искусственной кожи и наконец могу расслабиться.
– Так что случилось? – спрашивает Дженни.
Разглядываю в окно парковку полицейского участка. Утренняя морось сменилась ясным зимним солнцем. Жаль, нет с собой темных очков.
– Ничего особенного. Просто ошибка.
У Дженни глаза вылезают из орбит.
– Слушай, я не такси. Ты просила помочь по юридической части. У тебя есть друзья? Пусть они за тобой заезжают.
Разглядываю ногти и делаю вид, что изучаю дизайн Линь.
– Вообще-то, нет.
Дженни удивленно хохочет.
– М-да. Ладно, если начистоту, у меня тоже. Даже легче на душе стало, когда призналась.
Она заводит машину, и мы выезжаем с парковки на Мортлейк-стрит.
– Ну, Флоренс, кем работаешь?
Цепенею. Она хочет меня проверить. Наверняка гуглила мое имя, нашла видео времен «Девичника» и посмеялась над нашими нелепыми движениями и моими розовыми колготками в сеточку.
– Ну-у, я немного пела в женской группе. Сейчас начала свое дело.
– Круто!
Она… не притворяется? Может, и не гуглила меня.
– Да, весело было. Я ушла до того, как группа прославилась. А ты чем занимаешься?
Дженни излагает свою биографию: родители – иммигранты из Кореи, детство у залива Сан-Франциско, учеба в Стэнфорде, юридическое образование в Гарварде, работа в престижной фирме, а теперь она какой-то специалист по страхованию предпринимательских рисков, бла-бла-бла. Говорит непринужденно, будто пересказывает сюжет знакомого фильма.
– Ого, – наконец отвечаю я. – Очень… серьезно.
Она пожимает плечами.
– Да. Страховое дело – не совсем то, чем я мечтала заниматься. Но как выяснилось, получается у меня хорошо.
По правую сторону видна унылая серая Темза. Я щурюсь в попытке что-нибудь разглядеть под мутной поверхностью и думаю об Алфи, его разбухшем в воде теле.
Дженни бросает взгляд на реку и цокает языком, словно читая мои мысли.
– Я слышала, полиция даже не прочесала этот участок с собаками. Мол, в заповеднике нельзя. Представляешь?
– Да, кошмар, – выдавливаю я.
Дженни роется в бардачке и достает вейп.
– А что? – спрашивает она, заметив мой взгляд.
– Ничего. Я думала, ты из тех, кто пьет зеленый смузи.
– Ну, неделя была кошмарная…
– Я не осуждаю.
Она хорошенько затягивается.
– Что тебе сказал Дилан?
Стискиваю зубы.
– Толком ничего. Конечно, он очень расстроился, – поспешно добавляю я.
– Конечно, – Дженни выпускает в окно дым, или пар, или что там в этих вейпах.
– А что сказали, м-м-м…
– Макс и Чарли? Они здесь учатся сколько, недели три? По-моему, они его даже не знают. Бедная мать, – добавляет она после недолгого молчания. – Представляешь, каково ей?