Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 48)

Воодушевленный мыслью, что Кэтрин может быть где-то в этом комплексе зданий, Лэнгдон внимательно осмотрел переполненный холл, пытаясь разглядеть её густые темные волосы. Не увидев её, он поспешил к кассе, чтобы купить полный билет. Кассирша, кажется, на мгновение пристально его разглядела — почти с подозрением, — но без вопросов выдала пропуск. Лэнгдон прикрепил его к свитеру и поспешил вперёд, следуя через ряд роскошно украшенных коридоров к цели.

Особая выставка

Кодекс Гигас

(Библия Дьявола)

У входа в величественную библиотеку его остановил служитель. Проверив пропуск Лэнгдона, он прикрепил к нему красную наклейку.

— У вас есть час, сэр, — сказал служитель. — Приятного просмотра.

Лэнгдон и забыл, что доступ в Барочную библиотеку ограничен часовыми интервалами. Если Кэтрин отправила письмо изнутри… её отведённое время давно истекло. Пожалуйста, будь всё ещё здесь… где-нибудь.

Лэнгдон быстро шагнул внутрь, в то, что писатель Хорхе Луис Борхес однажды назвал "прекраснейшей библиотекой Европы".

Даже в своём нынешнем тревожном состоянии он не мог не застыть в немом восхищении перед этим залом. Это было длинное, узкое помещение, чьи потолочные фрески изображали божественно исполненные, светло-голубые просторы сияющего неба с херувимами, казавшимися невесомо парящими в вышине. Тромплёй создавал впечатление, будто сквозь саму конструкцию струится солнечный свет.

Поддерживая фрески, стены библиотеки представляли собой тридцатифутовые книжные полки с более чем двадцатью тысячами изданий, датированными веками. Несравненный аромат пергамента доносился с верхнего яруса библиотеки — из самых старых изданий с белыми корешками и красными пометками, доступ к которым можно было получить, лишь поднявшись по тайной лестнице на опоясывающую библиотеку галерею. Деревянный паркет с искусным узором не уступал по сложности любому, что Лэнгдон видел раньше, включая полы Большой галереи Лувра.

Лэнгдон остановился, сделав несколько шагов в тишину, и окинул скопление людей в поисках хоть малейшего намёка на Кэтрин. Ничего. Он двинулся дальше в роскошный зал, обходя выставленные по центральному проходу массивные старинные глобусы, тянувшиеся до самого дальнего конца зала. Между ними стояли таблички с символом, столь же однозначным, сколько его только можно себе представить.

Кто же зажигает спичку в помещении, полном древних книг?!

По мере продвижения вглубь библиотеки открылся вид на главный экспонат, окружённый посетителями.

Библия Дьявола.

Гигантский фолиант был помещён в прозрачный кубический футляр из плексигласа настолько большой, что он скореe напоминал зал для курения в аэропорту, чем защитный контейнер. Вокруг него толпились шепчущиеся туристы, фотографируясь и любуясь таинственным кодексом, раскрытым на знаменитой странице с изображением демона в набедренной повязке из горностаевого меха. Когда Лэнгдон прибыл, он едва взглянул на кодекс, вместо этого изучая лица в толпе.

Ты здесь, Кэтрин?

Многие посетители всё ещё кутались в одежду, некоторые согревали дыханием руки. В Клементинуме библиотеку держали исключительно холодной — большинство сказало бы, что некомфортно холодной, как отметила вчера Кэтрин. Лэнгдон объяснил, что кураторы часто охлаждают самые многолюдные выставочные залы, чтобы туристы не задерживались — это обеспечивает быстрый поток посетителей, — приём управления толпой, заметил он, который позже переняли рестораны быстрого питания.Быстро заходи и выходи.

— Кэтрин? — осторожно позвал Лэнгдон в тишину толпы.

Несколько посетителей обернулись и с любопытством посмотрели на него. Парочка даже вгляделась пристальнее, будто узнала его. В остальном... никакой реакции.

Может, она уже пришла и ушла?

Он окинул взглядом толпу, затем поднял глаза на пустую верхнюю галерею.

"Кэтрин Соломон?" — снова позвал он, теперь громче.

Смотритель подошел и с поднятым к губам пальцем зашикал на Лэнгдона. Это была все-таки библиотека. Лэнгдон понимающе кивнул и продолжил внимательно осматривать роскошный зал. После двух полных кругов он нигде не обнаружил и следа Кэтрин.

Его сердце сжалось при мысли о размерах города и скудных подсказках, которые он имел.

Если тебя здесь нет, то где же ты?

Никто не спугнет его громким стукотнем сирен,— подумал Павел, резко останавливаясь у здания Клементинума. Его "синий" запрос по Лэнгдону уже дал четыре разных наводки.

Водитель трамвая возле Национального театра сообщил, что Лэнгдон двигался на север вдоль реки.

Таксист на Площади Девы Марии заметил, как он вошел в Клементинум.

Хитрое укрытие,— отметил Павел, зная, насколько хорошо этот историк, вероятно, знаком со зданием.Но это не имеет значения. У меня везде глаза.

Павел поспешил внутрь музея и показал фотографию Лэнгдона женщине в билетной кассе, которая сообщила не только о том, что этот человек купил билет… но и точное место, где он сейчас, скорее всего, находится.

Он мой, — подумал Павел, незаметно проверив, заряжено ли оружие, и бросился в музей.

"Barokní knihovna!" — крикнул он служке в главном коридоре. "Библиотека в стиле барокко! Где она?!"

ГЛАВА 62

Ночной сторож Марк Дол знал практически всех, у кого был ключ-карта для доступа в Башню Random House, но двое мужчин, которые только что пропустили себя в просторное лобби, были ему незнакомы.

Само их появление среди ночи, сразу после драматичного визита Фокмана, было странным, но вид их черной военной экипировки вызвал у Дола тревогу.

— Господа! — воскликнул Дол, вскакивая на ноги. — Чем могу помочь? И как, черт возьми, вы открыли мою дверь?!

— У вас чрезвычайная ситуация, — твердым голосом произнес мускулистый мужчина, быстро направляясь к стойке охраны. В руках он нес объемистый рюкзак. —Демпфер колебаний вашего здания подал сигнал тревоги в городские службы — возможен обрушение конструкции.

Долу потребовалось мгновение, чтобы осознать сказанное. Действительно, большинство небоскребов Манхэттена оснащено "демпфером колебаний" — массивным устройством на верхних этажах, которое стабилизирует здание, предотвращая раскачивание при сильном ветре или землетрясениях. В Башне Random House таким демпфером служил восьмисот тонный резервуар с водой, подвешенный на пятидесятом этаже.

Неисправность конструкции? Почему на стойке нет тревоги?

— Вам нужно эвакуироваться, а мне — подняться наверх, — настаивал мужчина, подойдя к стойке.

— Но я непони...

Мелькнуло движение, и кулак обрушился на грудь Дола, вышибая воздух из легких. Охранник тяжело рухнул на спину, задыхаясь на полу, скрывшись за стойкой. Мгновением позже крупный мужчина опустился рядом, приставив ствол пистолета к его груди.

— Ни звука, — прошептал нападавший, выуживая мастер-карту из кармана формы Дола и перебрасывая ее через стойку второму.

Дол лежал неподвижно на полу, уставившись в потолок лобби. Он слышал быстро удаляющиеся шаги и знакомые звуки биперов — второй злоумышленник использовал карту, чтобы пройти через турникет и вызвать лифт.

— Просто лежи тихо, — шепнул человек над ним, — и с тобой все будет в порядке.

— Он стянул запястья Дола пластиковыми наручниками, подобрал каску охраны, надел её сам и спокойно занял место сторожа за стойкой, положив пистолет наколени.

В груди Дола жгло, пока он пытался отдышаться. Кто бы ни были эти люди, им потребовалось менее десяти секунд, чтобы захватить его пост и украсть карту доступа ко всему зданию.

На четвёртом этаже Джонас Фокман вышел из лифта и направился к стальной двери с надписью ЦЕНТР ЗАЩИТЫ ДАННЫХ. Для неё требовалась специальная карта, и он громко барабанил в неё, пока дверь не открылась, и не появилось знакомое лицо.

Алекс Конон выглядел так, будто только вышел из боя. — Слава богу, — сказал техник. "Ты вернулся."

"Что-нибудь известно о Лэнгдоне и Кэтрин?" — настаивал Фокман, все еще не оправившись от слов техника во время того тревожного звонка: Хакеры, стершие вашу рукопись... Кажется, они убили одного из ваших авторов.

"Я всё объясню, — сказал Алекс, — но это хорошие новости. Никто не погиб. Я ошибался".

Фокман почувствовал волну облегчения, накатившую насквозь, и согнулся, опустив ладони на колени, делая глубокие вдохи. Слава Богу.

"Лэнгдон — это тот, кого я принял за... мертвого, — продолжил Алекс, проводя Фокмана в центр безопасности. — Но я только что говорил с менеджером Four Seasons. Ситуация сложная, но он подтвердил, что Роберт Лэнгдон жив... хотя, похоже, у него неприятности с местными властями".

Какие неприятности?— промелькнуло у Фокмана, хотя любопытство затмило глубочайшее облегчение от того, что Лэнгдон в порядке.

Ободренный хорошими новостями, он последовал за Алексом через лабиринт компьютерных стоек от пола до потолка, все они гудели. Они вышли в открытое пространство с просторным рабочим местом, уставленным мониторами, расставленными в виде полукруга. Перед экранами стояло несколько комфортных кресел с высокой спинкой. Фокману показалось, будто он попал в миниатюрный центр управления полетами.

На стене над рабочим местом висела большая иллюстрация: терпящий бедствие океанский лайнер... тонущий в море из единиц и нулей. Подпись гласила: УТЕКШИЕ БИТЫ ТОПЯТ КОРАБЛИ. Эта пародия на знаменитый лозунг Второй мировой напоминала о необходимости защищать данные на базовом уровне.