Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 353)

Стуки прилег на кровать. Лежа на спине, инспектор смотрел в крохотное оконце, стекло которого казалось ему тонкой пленкой между ним и венецианским небом. Стуки надеялся, что его не станут одолевать воспоминания. Мужчина знал, что этот город имеет над ним восхитительную и в то же время пугающую власть. Мысли скользили как капли воды по стеклу, когда на нем конденсируется пар: трогательные оконные слезы, радостно бегущие по гладкой прозрачной поверхности.

Сидя на кровати, Стуки пролистал еще несколько бумаг, кое-что перечитал, отметил важные места и записал свои размышления на полях какого-то рапорта: крошечные астериски, стрелки, вопросительные знаки. Запомнить бы самому, что они означают.

Инспектор не заметил, как задремал. Когда через некоторое время Стуки резко вынырнул из сна, попав в водоворот мыслей, он обнаружил, что бумаги в беспорядке валяются вокруг кровати, а в комнате работает разведгруппа синьоры Елены. Инспектор шикнул на усатых шпионов, не обративших на него ни малейшего внимания. Животные пристально вглядывались в пространство и созерцали невидимые человеку сущности. В ногах кровати сидел большой белый кот, но Стуки не заметил, чтобы он добродушно улыбался, как должен поступать в полночь любой уважающий себя представитель семейства кошачьих. Инспектор сложил в порядке все бумаги, аккуратно уложил их в папки и, стараясь не скрипеть лестницей, спустился вниз, намереваясь незаметно выйти на улицу.

Но не успел Стуки открыть дверь и выйти на лестничную площадку, как услышал за спиной голос синьоры Елены:

– Держитесь подальше от темных переулков и безлюдных мест. В этот час по городу ходит Полуночный человек.

– Как? Полуночный?

– Он не любит чужаков.

– Но я ведь не чужой!

– Все так говорят. Но Полуночного человека не обманешь.

Через несколько минут появился вапоретто, курсирующий между островом Джудекка и набережной Дзаттере. В это время суток он был практически пуст, если не считать одного парня, явно перебравшего с алкоголем. Он во что бы то ни стало хотел надраить палубу невесть откуда взявшейся у него шваброй. Довольно энергичный на вид матрос убеждал молодого человека оставить палубу в покое. В воздухе ощущался запах потасовки. Парень замахнулся на матроса шваброй, но тот с невозмутимым видом схватил нарушителя порядка за руку и повалил. Потом как ни в чем не бывало матрос отшвартовал концы.

– Часто такое случается? – спросил Стуки.

– Что? – матрос был непроницаем, как гранит.

– Проблемы с пассажирами.

– Каждый день. Причем самые разные.

– Какие, например?

– Хулиганы. К вечеру они активизируются. Попадаются и такие, которые ведут себя неадекватно. Но мы, матросы, знаем, как с ними обходиться.

Стуки зашагал по деревянному причалу. «Какие чудесные эти пирсы, – сказал он себе, – твердые, крепкие и надежные, настоящие порталы странствий: для ожидания, для обдумывания мыслей, для неподвижного любования деталями». Стуки представлял себя мореплавателем и покорителем островов. Его всегда привлекала эта иллюзия перемещения между мирами: острова – как планеты, мосты – как туннели между временем и пространством для мгновенного перехода на неизвестные орбиты и в новые измерения при помощи какой-нибудь антигравитационной катапульты.

Стуки медленно шел, дотрагиваясь до стен, с особой нежностью прикасаясь к самым старым и разрушенным эрозией камням, которые, как ему представлялось, больше всего нуждались в защите. То, что он прочитал в материалах дела смешивалось у него в голове с информацией, которую он добыл от Моргана. Инспектор и сам не заметил, как оказался у книжного магазина, где Морган встретил господина Жюппе, француза, смерть которого наверняка была насильственной.

Стуки вдруг понял, что пришел сюда, плутая по самым темным переулкам города. В этот час вокруг не было ни души. Конечно, в других, центральных, районах в это время еще вовсю бурлила ночная жизнь: прогулки, встречи, разговоры, открытые увеселительные заведения с посетителями всех сортов. Потрясающее биологическое разнообразие Венеции.

Но были в городе и другие уголки, похожие на темные катакомбы, трущобы с тем характерным запахом плесени и зыбким, как морской туман, воздухом, по которому Полуночный человек мог бы запросто перемещаться, никем не замеченный. Да и разве можно верить своим глазам ночью в Венеции?

Дорогая редакция!

Не знаю, как у вас, а лично у меня все начинает чесаться, когда я слышу, как туристы, любуясь на собор Святого Марка, говорят, что он почти такой же, как на фотографии. Возможно, немного более бледный.

Вообще я предлагаю не признаваться туристам, что мы в Венеции. Если они будут настаивать, можно сообщить им, что мэр города принимает по любым вопросам каждый вторник в ночное время, по предварительной записи, разумеется.

Если вы скажете им правду – все, конец!

Где Сан-Марко? Как пройти к Сан-Марко? Мне так и хочется расколоть эту пустую тыкву, которая у них вместо головы, чтобы нейроны, которые я там найду, выложить один за другим от железнодорожной станции до площади Святого Марка. Потом я пущу по ним слабый электрический ток, и загорится яркая стрелка, показывающая направление движения. Так они не заблудятся.

Или я вытащу их кишки, общая длина которых у человека, как известно, составляет почти десять метров. Пусть за эту импровизированную веревку возьмутся несколько сотен туристов, и я буду водить их по Венеции и показывать достопримечательности, чтобы они не истязали барабанные перепонки местных жителей: а где это и где то?

Вы действительно хотите, чтобы мы, несчастные жители Венеции, все наше свободное время посвящали, снабжая информацией вас, туристов? Будто мы не люди, а листик с инструкцией, вложенный в коробку с игрой под названием «Посети Венецию».

«– Дорогая, ты уже открыла коробку? Нашла детали, чтобы собрать венецианца? Правда легко? Отлично! Ты спросила у него, как он работает?

– Нет, дорогой, одну минуточку, сейчас я его допрошу. Пусть он мне покажет самую короткую дорогу от станции Санта-Лючия до площади Святого Марка и оттуда на острова Торчелло, Сан-Франческо-дель-Дезерто и Сан-Клементе. А еще я спрошу его, как попасть на регату Вогалонга[178], где можно увидеть Бучинторо[179], где покупают проездной до театра “Ла Фениче” и включены ли в него десять чашечек кофе в кафе “Флориан”[180].

– Какая умница! Кстати, поинтересуйся, нет ли здесь поблизости гостиницы с парковкой и бассейном. И, раз уж будешь спрашивать, узнай, есть ли подземный переход под каналом Гранде, где находится дом Ромео и Джульетты и возможно ли взять напрокат велосипеды, чтобы поехать полюбоваться палладианскими виллами в Виченце [181] . Еще спроси, как нам посетить какую-нибудь, неважно какую, верфь, где строят гондолы. А, чуть не забыл: в каких магазинах продают корм для голубей, я хочу тебя сфотографировать в облаке из этих дивных птиц…»

Ну почему биоинженеры еще не додумались спроектировать голубей-биороботов, извергающих коррозирующие вещества прямо на головы туристов, которых роботы в состоянии идентифицировать при помощи биочувствительных сенсорных элементов и в мгновение ока поражать прицельным выстрелом. Почему? Существуют ведь генетически модифицированные соя и кукуруза, рис, обогащенный витамином А. Нам бы такого голубя, Аттилу международного туризма, который избавил бы нас, венецианцев, от этой чумы.

24 июля

Четверг

С моста Конзафельци инспектор Стуки смотрел на развилку, дававшую начало двум небольших каналам: слева Сан-Джованни-ин-Латерано и справа – Рио-делла-Тетта, того самого, из которого выловили труп француза. Стуки перешел мост и двинулся по улице Брагадин – узкой каменной кишке, ведущей на более широкую Санта-Мария-Формоза. Стуки дошел до набережной Каваньис, где, как утверждал Морган, он нашел тело в мешке для мусора. И дальше по улочке Делла Мадонета до Колле-Ларга-Сан-Лоренцо.

По правую руку, в глубине улицы, виднелась колокольня греческой церкви. Утонувший француз жил в следующем за ней доме. Стуки вернулся на мост и снова прошел той же дорогой. На этот раз инспектор засек время, которое ему на это понадобилось. Стуки задумался: был ли месье Жюппе убит поблизости от своего дома? Но почему тогда убийца не воспользовался ближайшим каналом Сан-Лоренцо, довольно широким и достаточно глубоким, который, по мнению Стуки, весьма подходил для сокрытия следов преступления.

Возможно, злоумышленник предпочел избавиться от тела в более укромном месте, ведь нужно было еще привязать к мешку груз. Встреча с Морганом стала для убийцы полной неожиданностью. Найти подходящий груз по дороге было не так просто: инспектору не встретилось ни одной таверны или бара, рядом с которыми можно было позаимствовать цементную подставку для зонта. Ближайшее подходящее место – кондитерская на площади Дзаниполо. Стуки проверил, но там все было на своих местах.

Потом инспектор Стуки направился к книжному магазину, расположенному на маленькой площади Тинтори с видом на набережную Лунга-Санта-Мария-Формоза. Смоковница у входа уже многое говорила об экстравагантности его владельца, так же как и написанная кривыми буквами приколотая на двери записка, предупреждавшая посетителей о присутствии довольно агрессивных мам-кошек. Но главной достопримечательностью книжного магазина была полная книг гондола, стоявшая в самом центре длинного помещения. Стуки подумал, что по ценности она могла приближаться к убранству церкви Сан-Заккариа.