Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 333)
Стуки двинулся дальше, снова перешел мост и прошел несколько метров по набережной канала. Он сел на ступеньки позади газетного киоска. Внезапные легкие порывы ветра доносили сюда обрывки фраз, строки из песен и время от времени – запах еды, причем настолько явственный, что можно было различить отдельные специи.
В одном из окон на верхнем этаже зажегся свет. Кастрюля, растительное масло, луковые слезы – представил себе инспектор Стуки. Сегодня ночью у него по плану Скарпа, и, будто этого было мало, в Тревизо его ждало дело убитой китаянки – прекрасная перспектива! Стуки недоумевал: как он здесь оказался? Наверное, все дело в том, подумал инспектор, что Скарпа принадлежал к тому узкому кругу людей, которым лично он, Стуки, был не в состоянии сказать «нет». Он мог потянуть с ответом и заставить себя поупрашивать, но был не в силах отказать своему другу. Для этого инспектор был слишком к нему привязан.
Непростое это дело – привязанность. Наверное, это каким-то образом связано с нашими прошлыми воплощениями, с ДНК или с расположением планет, а может быть, и с хаотичным движением невидимых вооруженному взгляду частиц. Или причина кроется в чувстве ответственности за другого человека, в желании его защитить? Конечно – и Стуки это прекрасно осознавал, – примером честности и порядочности Скарпа никогда не был. Ему не раз и не два приходилось прохаживаться дубинкой по бокам неспокойных фанатов, в те времена, когда они дежурили на стадионах во время футбольных матчей. Если смотреть вглубь и не вестись на его честный взгляд, в Скарпе всегда было нечто неопределенное, некая склонность к розыгрышам, желание замутить воду и стремление все запутать. Стуки многое знал о личной жизни друга: жена, заместительница жены, многочисленные сердечные подруги и под конец очередное возвращение в семью и клятвы в верности у какого-нибудь алтаря, может быть, даже в церкви Святого Марка. Кто знает, возможно, именно эта кошка, царство ей небесное, каким-то образом способствовала сохранению зыбкого равновесия в неустойчивом браке его коллеги? Когда Скарпа выказывал любовь к животным? Он любил их разве что в виде жаркого.
Стуки вытянул ноги и уселся поудобнее. Ему пришел на ум Ландрулли. Как он там справляется на заправочных станциях вдоль автомагистрали?
«Да ладно, ему это пойдет на пользу», – подумал инспектор.
Потом он позвонил Скарпе.
– Я уже у твоего дома, за газетным киоском.
– Тебя кто-нибудь видел?
– Кто-нибудь – это кто?
– Из окон.
– Не думаю.
– Я спускаюсь.
Шаги Скарпы были слышны на расстоянии многих метров, никак нельзя было сказать, что он тихо крадется по камням. Скарпа уселся рядом с другом.
– Стуки, зачем ты сюда пришел? Мы разве не договаривались встретиться на Кампо-Санта-Маргерита?
– Ты боишься, что нас с тобой кто-нибудь увидит? Этот грек живет здесь неподалеку?
– Нет, но лучше все-равно держаться подальше друг от друга. Было бы лучше…
– Я тебя скомпрометировал?
– Кто знает? – проговорил Скарпа. – Пойдем лучше что-нибудь выпьем.
– Ты назначил время для начала операции?
– Стуки! Как много ты задаешь вопросов!
– В одиннадцать? В полночь? Потому что, знаешь ли, я завтра работаю.
– Прижимайся поближе к стене, – предупредил его Скарпа, – а то водой обольют.
Друзья прошли по набережной канала и завернули в темную подворотню. Арки, двери, латунные дверные ручки, каменные стены, окружавшие нарядные внутренние дворики с ухоженными старыми деревьями, которые, судя по коре, вполне могли помнить эпоху футуристов, а может, и что-то более древнее.
Бар находился на другой стороне моста. Тот из клиентов, кто был недостаточно внимателен, имел все шансы после последней ступеньки оказаться сразу у барной стойки. Пиво, ликеры, темные стулья, высокие и неудобные. Каждый столик не больше шахматной доски и посетителей как сельдей в бочке.
Друзья протиснулись сквозь толпу клиентов заведения, главным образом англичан, и устроились за столиком в углу.
– Чем ты сейчас занят?
– Старыми делами.
– Какими именно?
– Разными…
Скарпа схватил с подноса официанта два бокала темного пива.
– Стуки, ты замечал, что каждый раз садишься спиной к стене? Не изменяешь старой привычке?
– Как и ты – привычке накачивать пузо пивом.
– Да я так… всего один бокальчик.
– Значит, сейчас ты расследуешь смерть туриста из Норвегии и другие похожие случаи?
– А, так ты все-таки прочитал материалы, которые я тебе выслал!
– Если честно, только пролистал. В последние дни на меня столько всего навалилось! Ты подозреваешь, что их всех убили?
– Прежде всего, я считаю, что эти случаи как-то между собой связаны. Все остальные в полицейском управлении полагают, что у меня не все дома.
– И они правы.
– И ты туда же? Пять смертей с девяносто седьмого года, последняя чуть меньше года назад. Все туристы, и все утонули в лагуне.
– Антимама! Кое-что из сводки новостей я припоминаю. Я тогда еще жил в Венеции, а не среди виноградников. Ты забыл?
– Нет, конечно.
– И, если я правильно помню, никаких улик, по крайней мере, в первых двух случаях, не нашли. Разве они не утонули?
– Теоретически речь идет об утоплении, ведь в их легких обнаружили воду.
– Значит, есть вероятность, что утопили всех пятерых?
– В некотором роде.
– Как это понимать? Или… Вот уж правду говорят: если ты дурак – сиди дома!
– Шутишь? Естественно, у двоих был довольно высокий процент алкоголя в крови.
– А пьяному легко потерять равновесие.
– У третьего был довольно обширный ушиб головы.
– Упал, ударился головой и скатился в воду.
– Четвертый, без сомнения, просто утонул. Но пятого точно убили, я в этом уверен на сто процентов!
– И откуда эта уверенность?
– У нас есть показания свидетелей, которые слышали ночью крики, именно в том месте, где утром было найдено тело. Пятая жертва закричала, прежде чем оказаться в воде: «Пульчинелла, Пульчинелла», или что-то в этом роде.
– Антимама! Ты пошел в обратном направлении: начал с единственного случая, который, судя по всему, был настоящим убийством, и пытаешься найти связь этого преступления с другими происшествиями, которые вполне могли случиться по неосторожности. Несчастные путешественники, окончившие свою жизнь в соленой воде.
– А тебе, видимо, эта связь кажется совсем неправдоподобной? Что говорит твоя интуиция? Не могло такого произойти?
– Скарпа, давай не будем себя обманывать! Вероятность убийства низка. Статистически риск погибнуть от огнестрельного или холодного оружия весьма невысок. А такой способ убийства, как удержание своей жертвы под водой в течение некоторого времени, – ну какой убийца в наши дни его выберет? Это слишком большая редкость. Знаешь, что бы сказал мой друг Дарвин?
– Опять этот Дарвин! – проворчал Скарпа.
– Он бы выразился так: если ты прогуливаешься пьяным вдоль каналов, значит, ты совсем не заинтересован в том, чтобы выиграть в доме престарелых кубок долгожителя.
– И что теперь? – Скарпа в два глотка допил пиво, и Стуки последовал его примеру. – Не забывай, что есть еще норвежец. Случай совсем свежий, произошел всего несколько дней назад.
– Он тоже утонул?
– Умер, естественно, в воде. Но есть нюансы, о которых я сейчас не могу тебе рассказать, и они подтверждают мои гипотезы.
– Гипотезы? И как давно ты развиваешь эти… гипотезы?
– Уже довольно давно.
– Это не в твоем стиле.
– Я изучал эти дела более двух лет. Загадочные смерти, которые были идентифицированы как несчастные случаи. А когда ты серьезно над чем-то работаешь, то кое-что замечаешь.