Дэн Абнетт – Не ведая страха. Битва за Калт (страница 46)
Кранк вздыхает. Он сползает вниз рядом с Рейном.
— Это была не твоя жена, парень. Я бы это знал, даже если бы ты не показывал мне пикты. У твоей жены ведь были глаза, так? И рогов не было. Я не знаю, что это было, Рейн, но в нем не было ничего хорошего. Какая-то ксенотварь. Какой-то чертов демон.
Зловонный ветер колышет туман на разгромленной улице. Вдалеке сгустком пламени взрывается городской дом, и грохот его падения длится три или четыре минуты. Бухает артиллерия. Что-то гремит наверху, на орбите.
Бейл Рейн со слезами на глазах и соплей на губе шепчет имя своей жены.
Кранк слышит торопливые шаги.
— Вставай, вставай, — говорит он, вздергивая Рейна за рукава. Он заталкивает его в укрытие.
Мимо них по улице пробегают двое людей из Армии, а затем третий. Они в грязи и лохмотьях, и они бегут от чего-то. Один из них хнычет, словно ребенок.
Они удирают. Вот что они делают.
Кранк вжимает Рейна в стену, когда в поле зрения вбегают преследователи. Они тоже из Армии, но не из той же самой. Это такие же оборванные, закутанные в черное культисты братства, как те, что расправились с подразделением Кранка. Их двое. Один смеется, вскидывает автоматическую винтовку и сбивает отставшего солдата выстрелом в спину.
Двое других беглецов тормозят и замирают. На их пути появились еще два культиста.
Загнанные люди пятятся. Культисты шествуют к ним из тумана. Те, кто вел погоню, переходят на неторопливый шаг, приближаясь сзади.
— Пожалуйста! — слышит Кранк просьбу одного из людей. — Пожалуйста!
В ответ на вежливую просьбу он получает выстрел в голову и падает, будто манекен.
Второй пытается убежать, но культисты хватают его. Они вчетвером прижимают его к земле, запрокидывают голову за волосы и перерезают открытое горло ритуальным ножом. Кровь образует темно-красное зеркало в водосточном желобе под его телом.
Рейн издает звук. Непроизвольный всхлип.
Четверо Братьев Ножа отворачиваются от своей жертвы. Их глаза — впалые тени. В полумраке лица похожи на черепа.
Кранк возится с винтовкой. Он не успевает вовремя прицелиться. Один из убийц видит его и стреляет. Заряд с визгом попадает в кирпичную кладку рядом с ними и осыпает их песком с грязью. Кранк стреляет в ответ, однако его подталкивает Рейн, и прицел сбивается. Выстрелы проходят мимо.
Братья Ножа мчатся к ним.
Кранк в упор попадает одному точно в грудь и опрокидывает на спину. А затем получает удар прикладом в лицо и падает, его нос и рот превращаются в кровавое месиво. Два других культиста хватают Рейна и выкручивают ему руки. Один за волосы запрокидывает голову Рейна назад.
— Этого первым, — произносит тот, кто ударил Кранка прикладом. Он наклоняется над выбранной жертвой, вытащив кинжал. Кранк стонет, держась за нос. Человек поворачивает голову Кранка за подбородок и нацеливает острие кинжала в расширенный левый глаз.
Рейн впадает в бешенство. Он пинает по яйцам одного из тех, кто его держит, а другого бьет кулаком в горло. Оба отшатываются назад, а Рейн очертя голову бросается на ублюдка с ножом и оттаскивает его от Кранка.
Они катаются, сцепившись. Извиваются. У Рейна явно недостаточно сил. Он будто ребенок. Культист крупный и мускулистый, стройный и крепкий. У него длинные конечности, и он вынослив, как дикое животное.
Двое других с проклятьями спешат ему на помощь. Кранк тянется к своей винтовке, но его сбивают ударом ноги. Один из них приставляет к его голове пистолет.
Выстрел. Кранк ощущает на удивление мало боли, если учесть, что ему прострелили лоб. По лицу струится кровь. Она горячая. Но боли нет. Даже никакой отдачи.
Человек с пистолетом падает. Это его кровь разукрасила Кранку лицо. У культиста отстрелена боковая часть черепа. Выстрел в голову. По-настоящему точный выстрел в голову. Уровень снайпера.
Кранк моргает. Откуда взялся этот парень? Он из Армии. Кранк не в состоянии определить, из какого подразделения. Стрелок спрыгивает на мостовую, чтобы присоединиться к ним.
Рейн и другой культист уже не дерутся. Рейн сталкивает мертвого культиста с себя. У большого мускулистого урода в сердце загнан кинжал. Каким-то образом в исступлении Рейну удалось проткнуть ублюдка его же собственным ножом.
— Наверное, несчастный случай, — говорит Рейн, садясь и произнося то, о чем думал Кранк. Кранк смеется, невзирая на то обстоятельство, что в мире нет совершенно ни хрена смешного.
Они смотрят на стрелка.
— Спасибо, — говорит Кранк.
— Вам была нужна помощь, — говорит человек. Это ветеран. Его лицо покрыто морщинами, экипировка выцвела. В волосах седина.
— Сегодня нам всем нужна помощь, дружище, — отвечает Кранк.
— Верно сказано, — говорит человек, протягивая руку. Он вздергивает Кранка на ноги.
— Я Кранк. Этот парень — Рейн. Бейл Рейн. Мы из Нуминского Шестьдесят первого. Ну, были. Если это что-нибудь значит.
— Олланий Перссон, отставник, — произносит человек. — Я пытаюсь пробиться из этой задницы. Хотите пойти со мной, ребята?
Кранк кивает.
— Вместе безопаснее, — говорит он.
— Или умрем в компании, — откликается старик. — Впрочем, сойдет и то и другое. Хватайте свои пушки.
Перссон глядит на Бейла Рейна.
— Ты в порядке, сынок? — спрашивает он.
— Да, — отзывается Рейн.
— У него было потрясение, — говорит Кранк. — Он думал, что видел свою невесту. Свою маленькую жену. Но это была не она. Это был не человек.
— Я ее видел, — настаивает Рейн.
— Сегодня ничто не выглядит так, как ожидаешь, — произносит Перссон. — Нельзя верить своим глазам. Варп действует, и он проклинает всех нас.
— Но… — начинает Рейн.
— Твой друг прав, — говорит Перссон. — Это была не твоя жена.
— Откуда ты столько об этом знаешь? — интересуется Рейн.
— Я стар, — отвечает Перссон. — Я многое повидал.
— Ты не такой уж старый, — говорит Рейн.
— Смотря с кем сравнивать, — замечает Перссон.
Он приседает и выдергивает из пропитавшейся кровью груди культиста ритуальный нож. Это самодельный клинок из черного камня, рукоять которого вручную обмотана проволокой. Атам. Он о чем-то напоминает Оллу Перссону, но это лишние воспоминания. Тот отбрасывает проклятый предмет прочь.
— Пойдемте к остальным, — обращается он к двум солдатам.
— Остальным? — спрашивает Кранк.
5
К Лептию Нумину приближается враг. Из-за отвратительной видимости трудно оценить численность, однако Вентан прикинул, что не меньше шести тысяч. Ядром войска являются вспомогательные подразделения Армии при Семнадцатом, так называемые братства. Вентану они кажутся больше похожими на ритуальных фанатиков, чем на солдат, — очень типично для фанатичного Семнадцатого. Вентан убежден, что именно в этом и находится корень многих бед сегодняшнего дня — в фанатизме Несущих Слово. Они всегда пребывали на грани и были нестабильны, всегда склонны к религиозности. Они поклонялись Империуму как вероучению, а Императору — как богу. Вот почему они в первую очередь получили выговор. Вот почему Император воспользовался для этого дела Тринадцатым — безусловно, самыми рациональными своими воинами.
Этого должно было быть достаточно. Это должно было положить конец своенравным мыслям Несущих Слово и вернуть их и их отвергнутого примарха в общий круг.
Очевидно, этого не произошло.
С того самого дня Несущие Слово стали рассадником инакомыслия. Придя к своеобразному кризису веры, эпистемологическому перепутью, они свернули. Они обратились против Императора, перед которым когда-то преклонялись.
«Но ради чего? — гадает Вентан. — Чем они заменили свое представление о боге?»
Вентан опасается, что Калтское Объединение было той возможностью, которой Несущие Слово воспользовались, чтобы продемонстрировать свой новый курс. Выбор Калта не мог быть случайностью. Это был шанс уязвить и опозорить легион, который подверг их наказанию столько лет назад. Будучи инструментом жестокого взыскания в Монархии сорока четырьмя годами ранее, Ультрамарин стал целью. Они сделали своей целью все Пятьсот Миров Ультрамара.
Вентан чувствовал себя неуютно — уж слишком много вопросов оставалось. Какая сила или концепция сменила Императора во всепоглощающей идее Несущих Слово? Чего, кроме злобной мести, они надеются достичь в Веридийской системе? Каков будет их следующий шаг, если они сокрушат Ультрамарин на Калте?
Сколько их там, в тумане?
Вражеские предводители гонят перед собой большое количество культистов. Закутанные в черное воины братства поют, и Вентан слышит еще и барабанный бой. Несущие Слово держатся позади, направляя культистов в земляной ров и к воротам в качестве пушечного мяса.
Орудийные расчеты Спарзи палят по вражескому строю уже около двадцати минут. Они нанесли серьезный ущерб, принимая во внимание сравнительную легкость полевых орудий. Земля по ту сторону рва испещрена воронками и усыпана трупами. Наводчики во дворце указывают стрелкам цели в движущейся массе. Снаряды попадают в далекие ряды, вскидывая изорванные тела в воздух во взрывах пылающих обломков.