Демьян Копьёв – Отпрыск рода Орловых. Том 4 (страница 2)

Подольская Стелла Яковлевна собственной персоной величественно начала спускаться вниз, глядя прямо на представителей законопорядка.

Я, честно говоря, даже открыл рот, не в состоянии сдержать удивление. Каким образом у нее получилось встать на ноги? Как женщина вообще смогла подняться с постели, не говоря уже про все остальное?

Даже не представляю, чего ей стоило подобное представление, и сколько сил потребовалось, чтобы не выдать свою слабость.

Заметил, как подрагивала ее рука, которой женщина держалась за перила и как побелели пальцы от крепкой хватки на мореном дубе.

Малюков с Василием инстинктивно попятились назад.

– Артемий, не ожидала тебя увидеть, – обратилась проректор к главному в паре нюхачей, – Опять химер ловишь?

«Волевая женщина. Даже голос не дрогнул», – восхитился я.

– Стелла, ты здесь какими судьбами? – в голосе нюхача сквозила растерянность, мужчина сглотнул и напряженно уставился на Подольскую.

– В гости приехала. Шел бы ты отсюда, Темушка, нечего приличных людей под плаху подводить.

– Так, зомби… Сама понимаешь, вызов… Протокол обязывает.

– Засунь свой протокол куда подальше или подотрись им, – рявкнула Подольская, – Сказала же, тут некромантов нет! Могу присягнуть, если потребуется. Не веришь? – в голосе Стеллы Яковлевны прозвучала сталь.

Артемий почесал затылок и усмехнулся.

– Ну, нет – так нет. Малюков, уходим.

– Что? Как вы можете? Это все он! Он виноват! Арестуйте его! – завопил Василий, указывая на меня.

– Хватит! – рявкнула Стелла, – Я не потерплю подобного отношения к моим друзьям, – Лукьянов, забирай этого идиота, иначе я за себя не отвечаю, – взгляд женщины не сулил ничего хорошего.

Даже я передернулся. Да ну нах, спорить с такой женщиной себе дороже.

Нюхач видимо решил также, поэтому подтолкнул служивого в спину, направив в сторону двери.

Я бы еще пинок дал для ускорения, жаль, что нельзя.

Перед самым выходом Артемий обернулся, и внимательно посмотрев на Подольскую, нахмурился, словно о чем-то вспомнил, а затем хлопнул себя по лбу и изумленно вытаращил глаза.

– Стелла, где твое кресло? Ты снова ходишь?

– А-ха-ха, только заметил?

– Да как-то… Ох… Что-то я… Очень рад за тебя, – наконец выговорил он слаженную фразу.

– Тема, давай не сейчас. Позвони мне через пару дней. Есть информация.

Нюхач посерьезнел и утвердительно кивнул.

– Сделаю. Ты… Это… Береги себя.

– Обязательно. Ты тоже не лезь на рожон.

Как только за Артемием и его коллегами закрылась дверь, Стелла начала съезжать по перилам.

Я предполагал нечто подобное, поэтому сразу оказался рядом с женщиной, успев подхватить на руки.

Долго она продержалась. Я не переставал удивляться, как она сумела подняться с постели и встать на ноги, не говоря уже о ходьбе и удержании себя в вертикальном положении столь длительное время.

– Макс, чем могу помочь? – поинтересовался Антон Ивлеев.

– Съезди за Рабашским, если не сложно. Чувствую, половина лечения, которое вчера провели – насмарку. Нельзя ей было вставать.

– Понял. Уже еду.

– Олеся, Надежда, – обратился к женщинам, – Если появится Саврасов, пусть ждет в моем кабинете, у меня к нему накопилось очень много вопросов.

– Сделаем.

– Где мальчишки?

– С Шурой.

– Надеюсь, она догадалась вывести их через черный ход. Найдите их. Сергея тоже в мой кабинет. Будет в меня серьезный разговор с этими двумя, если воспитатель и воспитанник ничего не поняли с первого раза, придется повторить. Не хотят по-хорошему, будет по-плохому.

Удивительно, но Стелла очнулась еще до того, как я успел донести ее до постели.

– Максим?

– Лежите, – проворчал я, не зная, то ли отругать женщину за своеволие, то ли поблагодарить за спасение.

А ведь она реально сегодня нас спасла. Если бы не присутствие Подольской, боюсь предположить, чем все закончилось.

– Спасибо вам, Стелла Яковлевна, – произнес я, поправляя одеяло.

– Не стоит. Это я должна вас благодарить. Вы проделали невероятное. Я впервые за очень долгое время сумела встать на ноги, – на глазах женщины выступили слезы, – Максим, ты не представляешь, что это для меня значит, – Подольская сбивалась с «вы» на «ты». Не в силах определиться.

– Можно не выкать, не в академии, но вставать все же не стоило, как-нибудь сами бы справились. Половину наших с Семеном Семеновичем трудов в унитаз смыли, – покачав головой и пуская диагност, проворчал я, – Рано вам еще бегать. Постельный режим и никакого своеволия.

– Суровый, – усмехнулась Покровская, – Как прогнозы? – поинтересовалась женщина после того, как я закончил обследование.

– Положительные. Не переживайте, сказал же – вылечим, значит так и будет.

Стелла Яковлевна искреннее улыбнулась. Если при нашем предыдущем разговоре она была полна скептицизма, то теперь не сомневалась ни капли в моих словах.

– Максим, – нахмурилась женщина, словно вспомнила что-то неприятное, – Последнее, что я помню, это как пыталась остановить Илью, а потом полный провал. Что произошло в парке после того, как я потеряла сознание?

– Оо-оо, это было феерично, – ответил с улыбкой, внутренне отпуская напряжение, ведь точно не знал, что именно запомнила проректор о нашем бое с «бессмертным».

Я подозрительно посмотрел на Подольскую.

Точно не помнит?

На первый взгляд, после столкновения с ублюдком, женщина находилась в беспамятстве, но чем Смерть не шутит, вдруг смогла прийти в себя на какое-то время и увидеть происходящее.

А посмотреть было на что…

Особенно на то, как мое тело рассыпалось прахом, а затем вновь собиралось вместе; да и практически отрубленная голова Ильи Генриховича, за считанные секунды приросшая на место – не тема для обсуждения, во всяком случае в данный момент.

Конечно, можно было бы все свалить на галлюцинации в результате истощения организма и полученную травму головы, но вряд ли Подольская купилась бы на подобную чушь – слишком умна.

Прежде чем ответить, выяснил, что Надежда с Олесей рассказали Стелле, как мы с Рабашским почти целый день занимались ее лечением и смогли добиться прогресса.

Больше всего меня удивило, что Подольская пошла, хотя, по сути, не должна была этого сделать. Видимо, влитая в нее жизненная сила дала свои плоды, да и выправленные энергетические потоки подсобили. Судя по диагностике, которую я только что провел, организм начал циркулировать в два раза усиленное, по-своему пытаясь справиться с травмами. С одной стороны – это было очень хорошо, а вот с другой – довольно скверно, потому как процесс восстановления необходимо было направлять, иначе последствия могли стать плачевными, вплоть до выгорания ядра или же мгновенной смерти от разрыва органов. Придется ставить блок, чтобы усмирить разбушевавшуюся энергию внутри организма и затормозить процесс, двигая его мелкими шажками.

– Максим, ты так и не ответил на мой вопрос. Что там произошло?

– Ничего особенного. Подоспела помощь, но этот ублюдок все равно ушел, – я скрипнул зубами, – Не вышло завалить гада.

– Это он виноват в том, в каком состоянии я нахожусь. Илья медленно меня убивал, – глухо, с горечью, произнесла женщина, – А ведь я считала его другом.

– Да, – не стал подслащать пилюлю.

– Как тебе вообще удалось продержаться так долго против него? Это просто невозможно для студента твоего уровня.

– Так ведь я не один был, вы помогали.

– Не делай из меня дуру, Максим. Не хочешь, говорить, так и скажи.

– Секрет рода, – пробормотал я, радуясь, что есть такая прекрасная отмазка, – Давайте мы со всеми тайнами разберемся, когда вы будете лучше себя чувствовать. Между прочим, у вас, я так подозреваю, секретов не меньше, чем у меня. К примеру, вы прекрасно знакомы с Артемием.