Дем Михайлов – Жирдяй-2: Экспансия! (страница 8)

Мила тут же отправилась за дедом Федором. О подобном происшествии докладывать надо немедленно. Иначе у нас не структура, а просто шарашкина контора. Девочку она забрала с собой. И ребенка все еще трясло, судорожно и страшно, хотя кричать она перестала и даже немного успокоилась.

А мы дружно принялись разгружать прицеп, производя сию операцию посреди городской площади. Еще по дороге я с Туффи на пару изрядно покопался в прицепе и салоне, отобрав «налог», отведя под эту часть львиную долю найденных боеприпасов и абсолютно все части от оружия. Будь то стволы, затворы, непонятные пружины и прочие штуковины – все уходило в пользу поселения, на продажу ничего. Так же часть провизии, часть элементов одежды, пара кусков брезента, несколько резиновых ковриков, одна двухъярусная армейская кровать. И еще разной мелочевки. Я с юмором называл эту систему «оброк». Можно еще назвать десятиной. И отдавал я часть находок с радостью. Пока меня нет в городе организованная недавно каста Воинов зорко следит за окрестностями. Они оберегают покой моей девушки и моих детей. А к семье я отношусь предельно серьезно. И поэтому мне не жаль отдавать оружейные части и боеприпасы.

Помимо вещей практически полезных я отложил в «оброчную» кучу несколько золотых безделушек, обрывков цепочек, зубов из серебра и золота. Остальное золото отдал Арту и Туффи, разделив большую часть между ними.

Себе оставил только мелочевку обладающую чем-то интересным. Мне досталось два предмета. Чуть изогнутая овальная золотая пластинка с надписью «пластина черепная „век-тек“ 37.1». Второй предмет представлял собой головоломку, где надо разъединить непонятно как сцепленные проволоки. Головоломка выполненная из того же вечного дорого металла – золота. Хотя меня больше интересовала непонятная «век-тек» – что это за фирма такая, производящая продукцию от черепных пластин до распыляющего бетон оружия с атомной батареей в качестве источника питания. Удивительнейшая компания… Или корпорация? В общем, слово «век-тек» надолго запало в мою голову.

Когда мы разделили между собой и остальные находки, я оставил Арта сторожить наше добро прикрытое пластиком и брезентом. А сам жирной мухой метнулся к родному дому, унося на спине туго-туго набитый рюкзак, а подмышками таща по завернутому в полиэтилен здоровенном куску мяса. Мужик это продвинутая система доставки домой разных вещей, вкусностей и прочего. Выходить из этой роли я не собирался – мне она жутко нравится. И с недавних пор я начал себя считать настоящим мужиком.

Дома меня ждали.

Какое классное словосочетание: «дома меня ждали»! Ну, в том случае если речь о волнующейся за тебя женщине и вечно голодных детях.

Разгрузившись на кухне, я чмокнул Лесю в губы, похлопал ладонью по притащенному мясу:

– Сегодня не помрем.

– Мы вообще не помрем! – заявила моя спутница жизни – Милый, я хочу сделать тушенку. Стеклянные банки у нас были, нормальные крышки для закатывания я выменяла у соседки. Отдала ей за десять крышек кастрюльку, три ложки и пяток вилок. Саму «закатывалку» одолжу у Бутыляхи, угощу ее потом тарелкой рагу. «Крутилка» кстати раритетная – сделано в СССР. Прочная как камень и тяжелая как танк. Работает!

– Погоди. У кого, у кого одолжишь?

– Ну девушка из бутылки – фыркнула смешливо Леся, прикрывая губы ладошкой – Ну! Забыли про подводную красавицу? Про Таню. Художницу.

– Такое не забудешь – вернул я смешок, усилив его раза в три – О! Держи.

Порывшись в рюкзаке, я ссыпал в ладони Леси несколько карандашных огрызков, красный фломастер, одну чернильную ручку и одну «пасту» из шариковой ручки.

– Если она не польстится на рагу, то подольстись карандашами и фломастерами.

– Нет уж! – отрезала подруга – А детям рисовать чем? Углем на камне?

– Ну…

– Нет уж! Бумажные обрывки и карандаши – детям! Пора браться за их учебу всерьез, а то вырастут олухами!

– Вырастут – вздохнул я – Мда… Этот вопрос надо изучить.

– Думаешь, не вырастут? – резко погрустнела Леся – Вечные дети с разумом тысячелетних старцев? Румяные мудрецы в шортиках и верхом на игрушечных лошадках?

– Я так не думаю – покачал я головой – Лесь, создатели сей вселенной все же не дураки были. Это потом все под откос пошло. И раз детей мира реального оцифровывали – значит, есть возможность их взросления. Но учитывая текущий бардак, я уверен, что бесплатно «аппарат взросления» или «книгу зрелости» нам не подарят.

– Ты у меня такой серьезный…

– Я скорее скрытный – вновь хохотнул я и понизил голос – Лесик, я тебе сейчас скину целую кучу листков из своего Свода. Но я не хочу, чтобы ты ими делилась хоть с кем-нибудь. Вообще ни с кем, кроме нашего «ядра».

– Ясно. Вот и военные тайны начались, да?

– Мальчишкам без боевого штаба и военных тайн никак нельзя обойтись – засмеялся я и чмокнул ее в нос – Качай инфу.

– Качаю.

Процесс передачи данных закончился быстро. Лесе ушла куча разномастных обрывков. Я их сам еще не смотрел, но обязательно займусь этим сегодня вечером, сразу после тарелки гуляша. Или иной вкусности приготовленной Лесей. Короче говоря – сразу после семейного ужина.

– И вот это держи – на этот раз я ссыпал на стол груду всякой ерунды – ну, во всяком случае, на первый взгляд – Спрячь в сейф, ладушки?

– Агась. Ты побежал? А обед?

– Копание закончилось. Пора торговать, юлить, набивать цену и втюхивать хлам простакам – тяжко выдохнул я – Иначе никак. Потом приду. Скорей всего вместе с Артом и Туффи. Может и двух охотников прихвачу – это они мясом поделились. Так что готовься к большей толпе за столом.

– Чем больше едоков – тем больше радости хозяйке. Беги, милый. Людей сильно не обманывай и сам сильно не обманывайся.

– Вот это напутствие! – крякнул я и, вновь зажужжав жирной мухой, направил стопы обратно к площади. Хотя какая это площадь? Просто большой открытый участок земли ограниченный четырьмя глубоченными бороздами. Влад прочертил с помощью самодельного плуга и машины.

Леся же сгребла себе в подол юбки принесенной добро и понесла к «сейфу». Заполучил я тут на днях большой железный ящик.

У каждого мужика должен быть либо большой сейф, либо дубовый сундук. На худой конец просторный деревянный ящик с крышкой. Для своих личных сокровищ, которые жена посчитает за хлам, от которого надо срочно избавиться. Но мужикам подобные штуки дороги сердцу – ржавые фиговины, сломанные хреновины, согнутые пустяковины. Это наши сокровища.

И вот я завел в Ковчеге такой вот «сундук сокровищ» доступ к коему только у меня и у Леси. Замка пока нет, но Леся бдит зорко – когда меня дома нет. Внутри ящика почти пусто. Но с каждым днем я стараюсь забросить туда разной мелочевки. «Левак». На черный день коплю. Я свой запутанный разум фрилансера знаю – придет время и что-нибудь из этой мешанины получится. Ох! Чуть не забыл!

Ругнувшись, я вернулся к Лесе и тихо сказал:

– Слушай, если к тебе придет кто-нибудь с какой-нибудь сломанной чепухой, сразу не отказывайся. Посмотри нет ли там где клейма с надписью «век-тек». Если такое есть – забирай штуку. Потом мне покажешь. И забирай в любом случае – даже если это огрызок карандаша или согнутая ложка.

– Век-тек? – повторила Леся.

– Угу. Но! Если попадется вот такая вот батарейка – я споро вытащил из пистолета батарею и показал девушке – Будь осторожна. Это атомная батарея. Видишь знак радиации?

– Ого…

– И других хозяек-соседок предупреди о таких вот опасных штуках. Не хватало еще внутри поселения радиацию завести. Блин, нам срочно нужны счетчики радиации. Все, я снова убежал.

– Снова беги….

За время моего отсутствия на площади ничего не изменилось. Разве что охотники завершали сбыт набитого продовольствия жителям.

Аккуратно протолкавшись сквозь группу людей – пятерых я вообще видел в первый раз – добрался до старшего из охотников и тихо сказал:

– Чуть позже мы снова отправимся искать и копать. Если хотите с нами – сразу забивайте места. На тех же условиях.

– Понял, шеф! – подпрыгнул тот – Мы с вами без разговоров! Только добытое до дома отнесем и вернемся.

– Не торопитесь. Спокойно все продавайте. Мы тем же займемся. А как расторгуемся, то догуляем до меня. Моя хозяйка обед уж сготовила, только нас ждет.

- От такого кто ж откажется! Будем ждать!

Вот и поговорили.

И так ведь веско, спокойно, «по-взрослому». Неужто в старину вот так вот торговые люди и крестьяне вели дела, затем полдничали, принимали чуток винца на грудь, вели неспешные беседы об урожаях и нынешних нравах. Эх! Лепота! У меня аж улыбка засияла на лице.

– Приступаем? – ко мне подошел Туффи, от найденных вещей махал руками Арт – Начальник, я тебе сразу скажу – найденное тряпье влет уйдет. И ко мне только что Гламуренок подходил.

– Кто-кто?

– Да парнишка. Весь из себя такой томный, что аж не по себе. Но дело свое знает. Короче, он предложил пять патронов к дробовику в обмен на сто пуговиц. А пуговиц мы нашли много… Особенно армейских.

– Это по двадцать пуговиц за патрон… - посчитал я – По рукам! Если патроны хорошие. И на меня запиши эти сто пуговиц – буду их вам должен, парни.

– Да не, ты чего, начальник. Мы ж понимаем.

– Не-не – замотал я головой – Дружба дружбой, но дела так вести нельзя. И спроси у этого Гламуренка невзначай – может еще какие патроны завалились в его просторных гламурных карманах?