Делия Росси – Законный брак (страница 8)
– А какой у него взгляд! – в тон подруге протянула Бетси. – Не будь я замужем…
Кузина не договорила, но так вздохнула, что все и без слов поняли, о чем идет речь. А я почувствовала, как щеки обдало жаром. И платье вдруг стало тесным, мешая вздохнуть.
– Мне кажется, он смотрит в нашу сторону, – пискнула Триш и покраснела.
– Точно, – с придыханием подтвердила Мелинда. – О, Боже! Он идет к нам. Патрисия, перестань на него так глядеть! И не вздумай принимать приглашение на танец, – грозным шепотом предупредила она кузину.
– Но почему?
– Потому что незамужней девушке нельзя танцевать с лордом Кейном, если она не хочет попрощаться со своей репутацией.
– Так и есть, – серьезно сказала Оливия Керн. – Лорд Кейн – известный повеса, одиноким леди лучше держаться от него подальше.
– А замужним? – наивно спросила Триш.
– А замужних общество не осудит, – в голосе женщины прозвучала едва заметная ирония. – Если только не произойдет ничего предосудительного.
Я грустно усмехнулась. Оливия очень точно отобразила мораль уэстенских дам. Если ты одинока и за тебя некому заступиться, ты легко можешь стать предметом пересудов. Тебе не простят ни чуть более теплую улыбку, ни оживленный разговор с мужчиной, ни, уж тем более, отданный признанному сердцееду первый танец.
Взгляд невольно обратился к пирату. Кейн шел прямо на нас, и люди расступались перед ним, словно море во время отлива. Он ничего для этого не делал, казалось, даже не замечал окружающих, просто двигался вперед – уверенно и неторопливо, но все тут же освобождали ему дорогу. Будто по неслышному сигналу.
Я смотрела на породистое лицо, на усмехающиеся губы, на красиво падающие на ворот фрака темные волосы и чувствовала, как быстро бьется сердце. Проклятье! Незачем ему так биться. И не отчего. Особенно в свете того, на что я решилась.
– Дамы, – остановившись рядом с Бетси, коротко поклонился Кейн.
Взгляд его пробежал по восторженным лицам, дольше положенного задержался на Бет и замер на мне.
Как и все подруги кузины, я присела в реверансе и поднялась, стараясь не засматриваться на лорда. В последние годы я положила за правило держаться подальше от таких вот самовлюбленных красавцев. Мне хватило и мужа, который был невероятно красив и так же невероятно любвеобилен. Причем, его любовь, как выяснилось однажды, доставалась не только мне, но и еще нескольким уэстенским дамам. Ах, как же искренне Бобби каялся, когда я узнавала о его изменах, с каким пылом уверял меня, что больше никогда… А потом мне становилось известно об очередной интрижке, и все повторялось сначала: покаяние, заверения, вымаливание прощения… Правильно говорят: красивый мужчина – чужой мужчина. Нет, увольте. Больше я ошибок прошлого не повторю, и пусть лорд Кейн хоть трижды красавец, меня это никаким образом не касается.
– Госпожа Дерт, – Кейн сделал шаг и оказался непозволительно близко. Так близко, что я ощутила тонкий, едва уловимый аромат его туалетной воды. – Оставьте за мной первый танец, – слегка склонившись ко мне, негромко сказал он.
Это не было просьбой. Это не было вопросом. Это не было общепринятым приглашением. Кейн просто ставил меня в известность о своем намерении потанцевать. Пришел, увидел, захотел и присвоил. Настоящий флибустьер… Только я не собиралась превращаться в судно, которое он с легкостью возьмет на абордаж. Первый танец, еще чего! Да это же все равно, что объявить перед всеми, что мы с Кейном едва ли не любовники!
– Простите, лорд Кейн, но я уже отдала первый танец другому, – посмотрела в холодные серые глаза.
Вот так. Не хватало еще попасть в сети очередного отъявленного бабника. Нет уж. Хватит с меня Бобби.
– Да что вы говорите? Другому? – в голосе лорда прозвучала такая явная насмешка, что я невольно выше вскинула голову. – Тогда – второй.
– К сожалению, второй тоже занят. И третий. Если вас устроит четвертый или пятый…
Договорить я не успела.
– Не утруждайтесь перечислением танцевальных позиций, госпожа Дерт, – уголки чувственных губ чуть приподнялись, что должно было означать улыбку, но мне почему-то показалось, что Кейн не улыбается. Глаза, в отличие от губ, не лгали. Они были ледяными и смертельно-опасными, как дуло пистолета. – Дамы, кто из вас желает оставить за мной полонез? – повернулся он к затаившим дыхание «кумушкам».
И сказал это так, будто предлагал не танец, а нечто большее. Мне тотчас же представилась темнота роскошной спальни, отблеск свечей на обнаженных телах, смятые шелковые простыни…
В груди стало тесно, дыхание сбилось, щеки опалило жаром. Боже! Как ему это удается? Кажется, ничего предосудительного не сделал, а в голову лезут всякие непристойности! Или это все потому, что я слишком давно одна? Или из-за проклятого прошлого, в котором я уже имела глупость подпасть под обаяние пирата?
– Моя бальная книжка еще не заполнена, – пролепетала Мелинда, с надеждой глядя на Кейна.
Ее полные щеки пошли некрасивыми пятнами, а на лбу выступили мелкие бисеринки пота.
– Ах, я, конечно, не испытываю недостатка в кавалерах, но первый танец пока никому не отдала, – легко коснувшись веером правой щеки, улыбнулась Бетси.
То, что она сделала это левой рукой, означало согласие. И мне почему-то показалось, что это согласие касалось не только танца.
– Вы мне подходите, – небрежно бросил Кейн. – Впишите меня в свою книжицу.
Он окинул Бет медленным, почти раздевающим взглядом и, коротко поклонившись, пошел прочь. Кто-то кланялся ему, кто-то пытался заговорить, но Кейн не останавливался. Он неторопливо пересекал пространство переполненной гостями залы, и я снова видела тот же эффект морского отлива. Кейн был похож на скалу, о которую разбивалось и людское любопытство, и попытка привлечь внимание, и досужие разговоры.
Я проследила, как он остановился рядом с леди Четем, и отвернулась, раздумывая над тем, где найти кавалера на первый танец. Да и на все последующие тоже. Угораздило же солгать этому несносному Кейну!
«Успокойся, Кэри! – внушала я себе. – Помни о том, зачем пришла на бал. Тебе нужно найти подходящего мужчину, и это – вовсе не Кейн, который если однажды и женится, то непременно на деньгах».
Я сжала веер и обвела глазами зал. Как назло, взгляд зацепился за широкую спину «флибустьера». Удивительно, как идет ему фрак. Одежда, в которой большинство мужчин, в зависимости от комплекции, выглядят похожими либо на пингвинов, либо на лакеев, на Кейне сидела идеально. Хотя, мне кажется, на нем все, что угодно, сидело бы идеально.
Крепкое тренированное тело, длинные ноги, гордая посадка головы… Что ж, его не зря называют главным сердцеедом Уэстена. Ни одна дама не способна равнодушно смотреть на самоуверенного красавчика и не испытывать желания узнать, каково это, когда тебя целуют его твердые губы, или обнимают крупные и сильные руки…
Я так задумалась, что не заметила, как поблизости появился какой-то господин.
– Госпожа Дерт, вы окажете мне честь станцевать с вами полонез? – послышался смутно знакомый голос.
Я посмотрела на стоящего передо мной мужчину и попыталась понять, где могла его видеть. Черные волосы, бледная кожа, слегка раскосые карие глаза…
– Я Найджел Броун, нас познакомил полковник Рент, – пояснил тот, догадавшись, по моему лицу, что я затрудняюсь его вспомнить.
– Ах да, конечно, полковник Рент.
В памяти возникла размытая картинка: большая темная гостиная в старинном особняке полковника, Бертиль, играющая гаммы, и двое мужчин, вошедших в комнату. Точно. Найджел Броун, стряпчий из Лариделла, как представил его мой наниматель.
– Вы снова в Уэстене по делам? – улыбнулась я, благодаря небеса за быстрый ответ на мою мольбу.
– Да, – кивнул Броун. – У нашей фирмы появился еще один клиент, и я приехал, чтобы заключить с ним договор. Господин Уэллс собирается застраховать свою жизнь на весьма неплохую сумму, а еще я уговорил его вписать в страховку жену и детей, так что… – Броун не договорил. – Простите, вам, наверное, это совсем не интересно, – немного смущенно заметил он.
– Вы что-то говорили о полонезе?
Я не стала отвечать на последнее замечание Броуна и перевела разговор на танцы. Сейчас это было для меня гораздо важнее, чем договора и прочая «юриспруденция». К тому же, мне не хотелось смущать Найджела еще больше.
– Да, если позволите, я был бы счастлив вас пригласить.
В темных глазах появилась надежда.
– Я польщена, господин Броун, – ответила я. – И…
Договорить я не успела.
– Ну конечно! Простите, видимо, я был слишком самонадеян, – сокрушенно сказал Броун. Он сложил руки за спиной и слегка склонил голову, словно признавая вину. – О чем я только думал? Разве у такой красивой леди может остаться незанятым первый танец?
– Вы удивитесь, но я еще никого не успела вписать в свою бальную книжку, так что полонез – ваш, – успокоила собеседника.
– Поразительная удача! – тут же просиял Найджел.
Он широко улыбнулся, отчего стал похож на большого доброго пса, и заглянул мне в глаза с почти собачьей преданностью.
Мне даже не по себе стало. Я давно уже отвыкла от такого искреннего проявления чувств. Уэстен был основан на месте одного из первых поселений варийских колонистов, перебравшихся на материк из Эрдерона, и современные жители мало чем отличались от своих предков. Здесь не признавали слабости и не одобряли тех, кто не умел «держать лицо». Может, это и неплохо, но как же иногда хотелось простого человеческого участия и честности вместо привычной игры под названием «благодарю, у меня все прекрасно!»