Дебра Уэбб – Не доверяй никому (страница 85)

– Этот человек силой вытащил меня из дома и привез в коттедж в лесу. Связал и оставил там. – Она подняла руки, демонстрируя забинтованные запястья. – Раз в день появлялся какой-то другой человек и приносил мне еду и воду. Время от времени он опустошал ведро, которое мне пришлось использовать вместо туалета.

– Вы узнали кого-то из этих двоих? – спросил Фалько.

Села кивнула.

– Я не уверена насчет первого. Но человека, который приносил мне еду, – да, я узнала. Его зовут Льюис Йорк.

У Керри все похолодело внутри.

– С того момента, как преступник проник в ваш дом, видели ли вы кого-нибудь еще, помимо этих двоих?

Села посмотрела на Керри.

– Нет. Но сегодня ранним утром, перед тем как мне удалось сбежать, я слышала какие-то голоса и звуки борьбы. В какой-то момент мне показалось, я услышала выстрел. Очень громкий. После выстрела все снова стало тихо, тогда мне и удалось сбежать. Все это время я старалась перетереть веревки на руках и ногах.

Как удобно. Керри рассмеялась бы, если бы не опасалась, что в словах Селы, возможно, есть доля правды. Она должна была там быть. Если она на самом деле не слышала ни голосов, ни звуков борьбы, ни выстрела… откуда она могла об этом узнать?

– После того как вам удалось освободиться, – осторожно спросила Керри, – вы видели еще кого-нибудь? Чью-то машину? Что угодно?

Села покачала головой.

– В доме было тихо. Словно человек, державший меня в заложниках, вдруг неожиданно исчез. Я успела дойти до перекрестка Каньон-лейн и Шейдс-Крест, прежде чем кто-то остановился, чтобы мне помочь.

Керри стало жутко. Без сомнения, Села имела в виду лесной коттедж Йорка… тот самый, где Керри его застрелила.

– А что насчет того, другого? – спросил Фалько. – Тот, который увез вас из вашего дома?

– Я не знаю, как его зовут, но мне приходилось видеть его раньше. – Она посмотрела на Бельмонта. – В вашем офисе. Это был тот сыщик, который, как вы говорили, мог нам помочь докопаться до правды. А еще он использовал мою подругу, Амелию Своннер.

Услышав имя племянницы, Керри почувствовала новую боль в сердце.

Было видно, что Бельмонт пришел в ужас от слов Селы, но сохранял молчание.

– Как вы с Амелией стали подругами? – спросила Керри. Ей нужно было знать все.

– Когда мистер Бельмонт согласился помочь нам с Беном выяснить, что же на самом деле произошло с моей сестрой, я была ему так благодарна. Этот сыщик предположил, что, возможно, Амелия сможет нам помочь, поскольку она работала на Йорка. Я привлекла ее в качестве помощницы на одно из моих благотворительных мероприятий, и мы подружились. В какой-то момент я рассказала ей свою историю, и она захотела помочь. Она была так взволнована. – По щеке Селы потекла слеза. – Я не должна была ее втягивать…

Керри сжала губы, чтобы не выплеснуть всю злость, которая клокотала у нее внутри.

Поскольку адвокат до сих пор так и не сказал ни слова, Керри повернулась к нему, сгорая от ярости.

– Это правда, мистер Бельмонт?

– Насколько вы знаете, я не был посвящен во все дела мистера Рамси.

Ответ уклончивый, ни да, ни нет. Керри хотелось его ударить. Ведь у него у самого есть дети! Как он мог так поступить с чужим ребенком?!

– Видимо, он работал на кого-то еще, помимо вас, – сказала Села. – Вы любили Бена как родного брата. – Глаза ее снова наполнились слезами. – Этот человек, он… он застрелил моего мужа. Звук выстрела разбудил меня. Затем он ударил и застрелил мою подругу. – Села закрыла лицо руками. – Она пыталась мне помочь. Прибежала в нашу спальню. Он выстрелил в нее сначала там.

Это могло быть правдой, подумала Керри, если женщина подошла достаточно близко к кровати.

– Я закричала, чтобы она бежала оттуда, она попыталась, но он погнался за ней. – Она закрыла на мгновенье глаза. – Вот тогда и мне следовало убежать, но все, что я могла в тот момент, – пытаться разбудить Бена. Когда я поняла, что убийца возвращается, я начала звонить в девять-один-один. Он отобрал у меня телефон и ударил так сильно, что я потеряла сознание.

Фалько задал еще несколько вопросов. Керри задала свои. Но, что бы они у нее ни спрашивали, Села Эбботт ни разу не сбилась, не отошла от своей истории. В ней были пробелы. Как, например, отсутствие кровавого следа, подтверждающего, что женщина, которую застрелили в доме, раненая, бежала из хозяйской спальни в детскую. Села подтвердила, что приобрела пистолет, заявив, что несколько раз перед этим замечала за собой слежку. Она спрятала пистолет в колыбели, именно поэтому ее подруга так стремилась туда попасть, когда за ней гнался Рамси. Она утверждала, что машина, которую она купила у Китона, нужна была ей для того, чтобы помешать преследователю быть в курсе всех ее перемещений. Села признала, что, конечно, ей следовало бы рассказать об этом мужу.

Керри была потрясена тем, как тщательно она спланировала каждый шаг – как легко могла объяснить каждую мелочь. Невероятно.

После того как они разобрали историю Селы как минимум три раза, Бельмонт закончил допрос.

Оказавшись в коридоре, Керри сказала ему:

– У нас будут еще вопросы к вам обоим.

Он пожал плечами.

– Я хотел бы быть в состоянии ответить на все ваши вопросы, но я пребываю в таком же неведении. Я понятия не имел, что Рамси… – он покачал головой, – а я ведь был готов доверить ему жизни собственных детей.

– Ваше счастье, что не доверили, – огрызнулась Керри, не считая больше нужным скрывать ярость.

Когда адвокат ушел, она повернулась к напарнику.

– Нам надо сейчас поехать в этот коттедж – до того, как набегут криминалисты.

– Ты читаешь мои мысли, Девлин.

Коттедж Йорка

Каньон-лейн

Разумеется, в спальне стояло пятигаллонное ведро с мочой и экскрементами. От кровати тянулась веревка. Ручка от ящика в прикроватной тумбочке отсутствовала, а декоративная металлическая пластина, к которой крепилась ручка, очевидно, была использована вместо ножа, чтобы разрезать веревку. Но поскольку, в отличие от ножа, пластина тупая, на это ушло несколько дней.

Именно в это они и должны поверить, по мысли Селы.

На полу стоял поднос с остатками еды.

Осматривая кровать, Керри обнаружила темный волос, скорее всего, принадлежащий Селе.

– А она молодец, ничего не скажешь, – заметил Фалько.

Именно так говорил и ее профессор.

Керри вздохнула.

– Надо выйти из дома и вызвать наконец криминалистов.

Оттягивать дальше этот момент – только возбудить подозрения.

Они еще раз обошли гостиную, чтобы убедиться, что никаких следов борьбы Керри с Йорком не осталось. Тот, кто привел в порядок комнату и избавился от тела, отменно поработал.

Во дворе Керри повернулась к напарнику.

– Фалько, тянуть больше нельзя. Неужели мы действительно надеемся выскочить сухими из воды? Мы оба знаем, что она лжет. Ее не было в доме, когда я приехала. Но откуда-то она знает, что я здесь появлялась.

Фалько почесал подбородок.

– Камеры. Может, она поняла, как получить к ним доступ.

Не говоря больше ни слова, они вернулись в дом и проверили компьютер, стоявший на маленьком письменном столе в углу гостиной. Логина не было, что Керри показалось странным. Еще страннее – она не помнила, чтобы утром там вообще стоял компьютер, когда она пыталась рассмотреть в окно, чем занят Йорк.

Она вдруг ясно вспомнила, как он поймал ее с поличным. Керри зажмурилась, чтобы отогнать это воспоминание. Если компьютер стоял на месте, почему же она его не заметила? Видимо, она целиком сосредоточилась на том, чтобы заставить сказать правду человека, который попросту не умел этого делать.

– Я не вижу никаких признаков того, что у него тут есть какие-то программы слежения, – пробормотал Фалько, продолжая стучать по клавишам.

– Возможно, в компе ничего и нет. Он мог хранить всю информацию где-нибудь в облаке.

– Мы не можем рисковать. – Фалько вытащил телефон и набрал номер.

Керри слушала, как он просил Кросс привести своих спецов.

Даже теперь, когда все причастные к преступлению (и живые, и мертвые) были им известны, это дело становилось все сложнее и сложнее.

Спустя полчаса прибыла Кросс с приятелем. Выглядел он как бездомный алкоголик, которого она подобрала где-то под мостом. У Керри сжалось сердце. Это совершенно напрасная трата времени. Надо просто позвонить лейтенанту и сделать то, что должно.

Фалько выдал Кросс и ее дружку перчатки и бахилы. Керри мерила шагами комнату, а парень, пришедший с Кросс, тем временем сел к компьютеру и приступил к работе.

Керри думала о Тори и том, что с ней будет, когда все это выльется наружу. Сможет ли она заявить о временном помешательстве? Станет ли Ник – с появлением нового ребенка – еще больше игнорировать Тори? Если Керри отправят в тюрьму, Тори придется жить с отцом.

Черт.