Дебра Уэбб – Не доверяй никому (страница 38)

– Конечно, не в порядке. Ты что, с ума сошел?

Кит устало выдохнул и показал жестом на стулья перед своим столом.

– Пожалуйста, садитесь. Давайте поговорим о том, что происходит.

Еле сдерживаясь, Эбботт пересек комнату и сел. Кит тоже сел и ждал, когда старик заговорит. Он никогда еще не чувствовал себя таким усталым.

– Сегодня ко мне в дом снова приходила полиция.

Кит сжал губы и коротко кивнул.

– Они так и будут появляться время от времени, пока не закроют дело. Они отвечают за то, чтобы найти Селу и человека, убившего Бена и ее мать. Как бы это ни было неприятно, иногда полезно перепроверять информацию по нескольку раз. Мы все хотим справедливости для Бена и скорейшего возвращения Селы.

Он должен был знать, что это случится. Он что, думал, что законы на него не распространяются? Что шаги, которые необходимо предпринять для успешного расследования, к нему не относятся? Кита охватила ярость, но он погасил ее. Он не мог себе позволить потерять контроль.

– Не пори чушь, Бельмонт. Мы оба знаем, что они в итоге обнаружат. И скоро. Они знают про сестру.

Страх пересилил гнев. Кит был так же виновен во всем этом, как и сидящий перед ним старик. Черт!

– Это нехорошо, но…

– А ты думал, они не раскопают? – взревел Эбботт, не дав ему договорить. – Ради бога, этим и должно было кончиться, если бы все пошло наперекосяк, а все пошло наперекосяк, и еще как!

– Мистер Эбботт, – заговорил Кит, – я хочу, чтобы вы сохраняли спокойствие и отстраненность по поводу этого аспекта ситуации. Я со всем справлюсь.

– Ты справишься? – вскричал Эбботт. – Так же, как ты справился со всем остальным? Мой сын мертв, идиот. Моя внучка бог знает где с этой безумной женщиной. Мы понятия не имеем, что она собирается делать дальше. Как ты предлагаешь справиться с этим?

С того момента, как Кит узнал о смерти Бена, он чувствовал, что, скорее всего, этим все кончится. Он также знал, что, раз начав, не сможет остановиться.

– Боюсь, единственное, что мы можем сейчас сделать, это минимизировать ущерб. Постараться контролировать последствия.

– Я с самого начала должен был лично взять все под контроль, но я положился на тебя. Очевидно, зря. – Эбботт встал. – И помни – это ты допустил, чтобы все это случилось.

И старик так же стремительно вышел из кабинета, как незадолго до этого стремительно ворвался в него.

Бессмысленно говорить ему то, что Кит знал наверняка.

Это только начало.

28

19:30

Департамент полиции Бирмингема

Первая авеню, Cевер

Специальный отдел особо важных расследований

– Сегодня воскресенье, и уже поздно, Девлин.

Керри готова была прибить Фалько, если он еще раз напомнит ей про время и про то, что сегодня воскресенье.

– Я знаю, какой сегодня день и сколько сейчас времени, Фалько. Что с тобой? У тебя свидание, что ли? Если да, иди, конечно!

Он откинулся в кресле.

– У меня нет свидания, но у тебя есть дочь.

Вот теперь он ее по-настоящему разозлил.

– Хочешь рассказать мне, как быть хорошим родителем?

Он поднял руки вверх.

– Успокойся, Девлин. Я не хочу ссориться. Я просто говорю, что мы ходим кругами. Пока профессор не расскажет нам чего-нибудь нового или кто-то из имеющихся игроков не начнет говорить правду, мы так и будем биться головой об стену.

– Чтобы ты знал, – сказала Керри, – сегодня Тори ужинает у Дианы – моей сестры. Поэтому я совершенно свободна.

– Ну что ж, отлично, напарница, – отозвался Фалько. – Продолжим.

Керри широко ему улыбнулась.

– Спасибо. Как я уже сказала, есть кое-что, в чем мы можем быть уверены. Дело не в деньгах. – Керри много думала о том, что Села выиграла бы гораздо больше, находясь в браке. – Дело в мести.

– Я согласен, – сказал Фалько. – Она пыталась отомстить за смерть сестры – если считать, что ее сестра мертва. Так что она нашла себе хорошего мальчика из Алабамы. Точнее, из Бирмингема – прямо с места преступления.

– Не просто хорошего мальчика, – возразила Керри.

– Да, да, конечно. Богача, чья семья связана с Томпсонами.

– Села влилась здесь в жизнь элиты общества, причем все эти люди – друзья семьи Эбботтов. Она сделала себе имя в фандрайзинге – этим занимаются все, кто зарабатывает большие деньги или наслаждается старым семейным состоянием. Это улучшает их самочувствие – способность жертвовать деньги тем, кому повезло меньше.

– Но кто является ее мишенью, Девлин? Логично было бы подумать, что это старик Томпсон, поскольку сестра работала на него, но мы можем и ошибаться. Очевидно, это должен быть кто-то, наделенный деньгами и властью, иначе Села не стала бы заморачиваться и соблазнять Бена Эбботта. Но в Бирмингеме полно богачей. Откуда мы знаем, кто именно из них является ее мишенью? Мне кажется, мы можем с уверенностью отмести мужа, поскольку как раз тогда, когда пропала Джанель Стивенс, Бен получал свои ученые степени вдали от дома.

Керри смотрела на фотографии причастных к делу людей – живых и мертвых, – прикрепленные к информационной доске.

– Отчасти понимание того, кто еще замешан, будет зависеть от результатов экспертизы. Если мы правы и кровь на кровати принадлежит матери, то можно будет утверждать, что Села подстроила по крайней мере часть преступления и купила машину. Чтобы сбежать на ней? – Керри пожала плечами. – Возможно. Логично. Я не вижу другой причины. Если она хотела пожертвовать эту машину кому-то или на какое-то благое дело, она бы купила что-нибудь получше за те десять тысяч, которые за нее заплатила. Жертвовать мусор не в ее стиле.

– По-моему, мы можем считать, что машину она купила для личного пользования. – Фалько сложил руки на затылке, откинулся в кресле и положил ноги на стол. – Проблема в том, что в старом деле Джанель Стивенс не так уж много информации. Оба детектива, которые работали над этим делом, уже умерли. Мы знаем только, где она работала и где жила. Но поскольку она жила в многоквартирном доме, которого больше нет – там теперь торговый центр, – мы не можем найти соседей, чтобы опросить их. У нас ничего нет, кроме факта, что она работала на Томпсонов, которые связаны с Эбботтами.

Керри проверила телефон.

– Бельмонт так и не перезвонил.

Они звонили ему, как только вышли от Эбботтов. Его машины не было возле офиса, когда они проезжали мимо, так что они отправились к нему домой. Его жена сказала, что он на работе. Может, работа была сегодня у клиента дома. А может, он поумнел и просто спрятал свою машину.

– Он придумывает свою версию, – сказал Фалько. – Так делают все адвокаты. Старик Эбботт, без сомнения, уже позвонил ему и рассказал про наш визит. И теперь они вдвоем, возможно, пытаются сочинить версию, прикрывающую их задницы за молчание о сестре. Так поступают люди, которым есть что скрывать. Верь мне. Я знаю это по личному опыту.

Она пообещала себе не вдаваться в подробности, но сдержать обещание не могла. Фалько прав. Уже поздно. Воскресенье. Давно пора домой. Керри вдруг стало тошно ворошить разрозненные фрагменты информации, из которых они безуспешно пытались сложить логическую картину преступления.

– Почему ты от всего отказался, Фалько?

Он молча смотрел на нее три секунды… пять… десять. Когда он наконец заговорил, Керри уже решила, что он не станет отвечать.

– Потому что не подходил для того, чтобы быть частью их жизни.

Его самоотверженность тронула ее. Керри захотелось узнать больше. Похоже, она действительно устала.

– Почему не подходил? Потому что отец тебя бил?

– Отчасти. – Он на секунду закрыл глаза. – Я долгое время работал под прикрытием. Это было мое. У меня действительно получалось. Но я погружался все глубже и глубже, чтобы добывать необходимую информацию. – Он пожал плечами. – И опустился слишком низко. Наркотики стали частью меня. Я… – Он выдохнул. – Я стал таким же, как они. Я жил, дышал, убивал… как они.

Удивление, сожаление и сочувствие разом наполнили ее сердце, так что оно забилось быстрее.

– Но ты смог выбраться оттуда. – В этом Керри была уверена. Иначе он не сидел бы здесь сейчас. – Так ведь?

– Ну да, ну да. Мои приоритеты всегда были неизменны. Проблема заключалась в том, что я был одержим делать то, чего никто еще не делал. Идти туда, куда никто еще не ходил. Я хотел во что бы то ни стало сокрушить легенду. Стать лучшим полицейским, чем мой отец. Я чуть не погиб. И лишился всего, что в этом мире хоть что-нибудь для меня значило. Кроме работы. Работа – это все, что у меня есть. Работа – это я.

Легенда. Перед глазами у Керри замелькали заголовки.

– О господи. Ты говоришь о деле Байярдов. В Мобиле. Ты ведь там работал перед тем, как перейти к нам?

Это дело в течение нескольких недель обсуждалось ведущими новостными программами страны. Братья Байярд, Курт и Салливан, управляли крупнейшей сетью наркоторговли в районе. И никто – а пробовали многие – не мог связать их ни с чем, кроме торговли недвижимостью. Большой недвижимостью – по всему юго-востоку. Братья создали себе практически непроницаемое прикрытие.

– Расследование длилось годами, – сказала она скорее себе, чем ему. – Вау. – Керри с уважением, по-новому взглянула на напарника. – Я не представляю, как ты все это провернул.

– Нам нельзя об этом говорить, Девлин.