Дебора Леви – Заплыв домой (страница 16)

Живность

— Не надо лить на себя столько солнцезащитного крема, Митчелл.

Китти Финч была явно не в духе. Раздевшись догола, она стояла на краю бассейна, словно находилась одна.

— Из-за всех этих жиров сбивается химический баланс воды.

Митчелл застонал, прижав руку к своему необъятному животу.

— Вода совсем МУТНАЯ. — Голос Китти звенел от ярости. Она обошла бассейн по кругу, приглядываясь к воде со всех сторон. — Юрген опять напортачил с химической обработкой. — Она топнула босой ногой по горячему камню. — Зачем было пихать во флотатор таблетки хлора?! Теперь концентрация хлорки на глубоком конце превышает все мыслимые пределы.

Митчелл вновь счел своим долгом послать ее куда подальше. Почему бы ей не сделать себе сэндвич с сыром и не заблудиться в лесу? Если бы она дала ему денег, чтобы заправить «мерс», он сам отвез бы ее поглубже в чащу.

— Тебя так легко напугать, Митчелл.

Китти приблизилась к нему двумя длинными грациозными прыжками, словно изображала газель или оленя и дразнила: мол, попробуй-ка на меня поохотиться. Ее ребра выпирали из-под кожи, как скобы мышеловки, которую Митчелл купил, чтобы поймать крысу.

— Хорошо, что Лора такая высокая, да? Когда ты стреляешь в животных, она может смотреть поверх твоей головы и не видеть, как они корчатся, раненые, на земле.

Зажав пальцами нос, Китти прыгнула в мутную воду. Митчелл резко выпрямился в кресле, и у него закружилась голова. На солнце ему всегда становилось плохо. На будущий год он предложит жене снять коттедж на краю ледяного фьорда в Норвегии, подальше от Джейкобса и его сумасшедшего семейства. Будет охотиться на тюленей и охаживать себя березовым веником в бане, а потом выбегать голым на снег и орать дурным голосом, пока Лора оттачивает произношение на йоруба и мечтает об Африке.

— ВОДА СОВЕРШЕННО ПОГАНАЯ.

Что на нее нашло? Поправляя большой зонт от солнца над своей красной лысиной, Митчелл увидел, как Джо ковыляет к задней калитке сада. Нина с красным ведерком и удочкой шла следом.

— Привет, Джо.

Китти выскочила из бассейна и принялась вытряхивать воду из рыжих локонов. Джо кивнул ей, довольный, что, несмотря на размолвку в кафе, она вроде бы искренне ему рада. Показал на ведро, которое Нина с некоторым усилием затащила на бортик бассейна:

— Смотрите, что мы нашли в реке.

Они все сгрудились вокруг ведра, наполовину заполненного грязной, мутной водой. В воде плавали водоросли, на которых сидело какое-то серое склизкое существо с красной полосой вдоль спины. Существо толщиной с большой палец Митчелла то сворачивалось в тугой шар, то опять распрямлялось. Медленно и печально.

— Что это? — Митчелл искренне не понимал, зачем было вылавливать из реки эту жуть и тащить ее на виллу.

— Это живность, — ухмыльнулся Джо.

Митчелл застонал и попятился.

— Какая гадость!

— Папа всегда находит какую-нибудь мерзопакость.

Нина смотрела поверх плеча Китти, стараясь даже случайно не скользнуть взглядом по ее голой груди, нависающей над ведром. Ей не хотелось смотреть на голую Китти Финч и на папу, стоящего так близко к ней. Слишком близко. При желании Нина могла сосчитать Киттины позвонки, выпирающие из-под кожи, словно бусины. Китти сознательно морила себя голодом. У нее в комнате повсюду валялась гниющая еда, запрятанная по углам. Нина подумала, что ей приятнее смотреть на комки пережеванной жвачки на лондонской мостовой, чем на папу и Китти Финч.

Китти потянулась за полотенцем. Подхватила его — сплошные корявые пальцы и руки-крюки, — уронила и подхватила опять. В конце концов Джо отобрал у нее полотенце и помог обернуть вокруг талии.

— И все-таки что это? — спросила Китти, глядя в ведро.

— Что-то ползучее и плавучее, — объявил Джо. — На сегодняшний день — моя лучшая находка.

Нина подумала, что это, наверное, сороконожка. У существа было множество крошечных ножек, которые лихорадочно шевелились, ища дополнительную опору.

— Что именно ты хочешь найти, когда идешь на рыбалку? — Китти понизила голос, будто живность в ведре могла ее услышать. — Ты всегда находишь, что ищешь?

— Что за бред? — фыркнул Митчелл, как школьный учитель, раздраженный тупостью учеников.

— Не смей говорить с ней в таком тоне. — Джо обнял Китти за талию, обхватив двумя руками, и придерживал полотенце с таким усердием, словно от этого зависела его жизнь. — Она спрашивает, почему я не ищу серебряных рыбок и красивые ракушки. Мой ответ: «А чего их искать? Их там есть».

Произнося эту тираду, он накручивал на палец прядь мокрых Киттиных волос. Нина увидела маму и Лору; они входили во двор через главные ворота. Папа быстро отпустил полотенце, Китти густо покраснела. С несчастным видом Нина вглядывалась в траву под кипарисами, притворяясь, что ищет ежика, который — она точно знала — живет в саду. Джо прилег на пластиковый шезлонг. Он взглянул на жену, склонившуюся над ведром. У нее в волосах запутались листья, к ногам прилипли травинки. Она казалась чужой и далекой, словно жила в совершенно другом измерении, где Джо не было и в помине. В ней появилась какая-то новая сила. Как будто ее решимость его разлюбить придала ей энергии.

Митчелл с опаской разглядывал живность, пытавшуюся заползти вверх по внутренней стенке ведра. Красная полоса у нее на спине идеально сливалась с красным пластмассовым фоном.

— И что ты собираешься делать с этим своим слизняком?

Все посмотрели на Джо.

— Да, — сказал он. — Никому не нравится моя живность. Давайте посадим ее на дерево в саду.

— Нет, — поморщилась Лора. — Оно опять приползет сюда.

— Или заберется в бассейн. — Митчелл по-настоящему взволновался.

Лора поежилась и вдруг закричала:

— Оно выбирается! Уже почти выбралось!

Она подбежала к ведру и набросила на него полотенце.

— Сделай что-нибудь, Джо.

Джо дохромал до ведра, убрал полотенце и щелчком отправил слизняка обратно в воду.

— Он маленький и безобидный на самом деле, — зевнул Джо. — Что он вам сделает?

В его кустистой брови запутался кусочек речных водорослей. Вокруг все затихло. Даже цикады в высокой траве умолкли. Когда он снова открыл глаза, оказалось, что все, кроме Лоры, ушли в дом. Лору легонько трясло, но ее голос звучал спокойно, даже небрежно.

— Послушай, я знаю, что Изабель пригласила Китти пожить на вилле. — Она на секунду умолкла. — Но тебе вовсе не обязательно это делать. В смысле, зачем? Тебе оно надо? Зачем ты так делаешь?

Джо сжал кулаки, пряча руки в карманах.

— А что я делаю?

Среда

Электрические тела

Юрген и Клод курили гашиш, которым Юрген разжился у аккордеониста на пляже в Ницце. Обычно он покупал дурь у шофера, который развозит уборщиков-иммигрантов по туристическим виллам, но уборщики объявили забастовку. Кроме того, вчера вечером в новостях передали штормовое предупреждение, и деревня всю ночь готовилась к буре. Коттедж, в котором жил Юрген, принадлежал Рите Дуайтер, но стоял пока «без ремонта», и Юрген делал все, чтобы тот таковым и остался. Например, кидал в стены тяжелые предметы в надежде, что дом перейдет в категорию «не подлежащий ремонту» и сохранит в семействе Ритиной недвижимости свое положение недееспособного уродца.

Сейчас Юрген возился с мобильным телефоном Клода. Клод записал на диктофон коровье мычание. Он сам не знал почему, но что-то ему подсказало: так надо. Надо выйти на поле и поднести телефон ко рту ближайшей коровы, подобравшись к ней настолько близко, насколько хватило смелости. Каждый раз, когда Юрген нажимал на кнопку воспроизведения, телефон громко мычал. Мычание в записи было знакомым, но при этом пугающе странным. Каждый раз, когда в телефоне мычала корова, они оба давились истерическим смехом, потому что корова наступила Клоду на ногу, и теперь у него сходил ноготь на большом пальце.

Мадам Дуайтер велела Юргену ждать ее звонка. Юрген был только рад. Ждать звонка все-таки лучше, чем носиться по вызову постояльцев и менять лампочки на виллах в «прованском стиле», которые он только обслуживает и никогда не сумеет купить. У стены были свалены в кучу плакаты с репродукциями Пикассо, которые он приобрел на блошином рынке. Ему самому больше нравился резиновый инопланетянин, купленный в подарок Клоду. Рита Дуайтер велела ему вставить «Пикассо» в рамки и развесить на стенах — везде, где есть место, — в трех принадлежащих ей виллах, но ему было лень. Гораздо интереснее слушать коровье мычание в мобильнике Клода.

Телефон зазвонил, когда Юрген только начал сворачивать второй косяк. Клод указал пальцем на телефон, валявшийся на полу. Юрген сморщился, ущипнул себя за нос и нехотя взял трубку.

Клоду пришлось зажимать себе рот, чтобы не ржать слишком громко. Юрген не хочет быть сторожем. Мадам Дуайтер вечно выспрашивает его, что у него на уме, но об этом Юрген рассказывает только Клоду и больше никому. У него на уме всегда только одно.

Китти Финч. Если на него надавить, он добавит: секс, наркотики, буддизм как средство достичь единения с жизнью, Китти Финч, категорическое нет прививкам, категорическое нет алкоголю, Китти Финч, чистота тела и духа, лечение травами, слайд-гитара, Китти Финч, стремление стать тем, кого Джек Керуак называл святыми блаженными детьми природы. Клод слушает, как его друг говорит мадам Дуайтер, что да, на вилле все тихо и благостно. Да, знаменитый английский поэт и его близкие наслаждаются отдыхом. Сказать по правде, у них сейчас гостит мадемуазель Финч. Она поселилась в гостевой комнате и очаровала их всех. Да, она держится молодцом, ее душевное равновесие не вызывает сомнений, и она написала стихи и уже показала поэту.