Дебора Блейк – Безумно очаровательна (ЛП) (страница 11)

— Вуаля? Ты уверена? Они даже не пахнут.

— Они и не должны, — ответила Барбара. — Разве ты не знаешь, что это?

— Я дракон, а не ботаник, — негодующе гавкнул он.

— Точно, — подавила усмешку Барбара. Чудо-Юдо, как и большинство других бессмертных, ненавидел, когда кто-то моложе его знал что-то, чего не знал он. — Извини. Я не удивлена, что ты не узнал его; они довольно редки, и растут только в Иноземье. Это растение называют Бич Мага. Единственный цветок, способный нейтрализовать магические заклинания.

— Круто! — сказал Чудо-Юдо, но осмыслив сказанное, быстро попятился. — Погоди-ка, а ты не боишься, что они нейтрализует магическое заклинание, удерживающее Эйрстрим в нынешнем виде или меня в моем?

Она рассмеялась.

— Не паникуй. Они не действуют на естественную магию, на такую, что используем мы с тобой. Магия Баб Яг врожденная — их можно научить ее использовать, но все же она должна быть дана от рождения, так нас выбирают для работы. И вся магия, с которой работает Баба Яга, в том числе создание зачарованной избушки и затем превращение ее в зачарованный трейлер, основывается на ее собственной внутренней силе. То же самое с драконами. Бич Мага не имеет никакого влияния на этот вид магии.

— Тогда что в них хорошего? — поинтересовался Чудо-Юдо, нарочито возмущенно, пытаясь замаскировать свое недавнее беспокойство.

— Они названы Бич Мага, потому что нейтрализуют магию, которой пользуются волшебники, маги и колдуны. Все они черпают магию извне — через заклинания или амулеты. Многие из них учатся на протяжении всей своей жизни и могут быть очень могущественными, но все же их магия исходит не изнутри. Бич Мага нейтрализует эти заклинания, делая их бесполезными и мгновенно ликвидирует их последствия, отсюда и название.

— И ты полагаешь, что медальон Джонатана Беллингвуда был создан магами Шелки или Меров, и поэтому эти цветы смогут его нейтрализовать, — оскалил собачью пасть Чудо-Юдо, сверкая белыми зубами. — Превосходно.

— Могу предположить, что мистер Беллингвуд с тобой не согласится, — ухмыльнулась в ответ Барбара, вертя безобидно выглядящие цветы в сильных пальцах. — Особенно с учетом того, что цветы должны быть активированы с помощью крови применяющего магию.

— Мило, — Чудо-Юдо по-птичьи склонил голову набок, вопросительно посмотрев на Барбару. — Если эти штуки такие редкие, как ты узнала, где их найти?

Иноземье имело склонность постоянно меняться в мгновение ока. Только дворец Королевы и прилегающие в нему земли оставались неизменными, удерживаемые на месте ее могучей силой воли и ее правом долговременного правителя (наряду с Королем-консортом (супруг правящей королевы, который сам не имеет никакой власти, не имеет статуса короля и не имеет права наследовать трон — это приоритет только их общих, совместно нажитых детей — прим. пер.)).

— А это не я, — призналась Барбара, — Иноземье вывело меня к Белле, а она привела меня к цветам. Правда в том, что до сегодняшнего дня я никогда их не видела.

Она пожала плечами, выражая лицом нечто среднее между облегчением и самодовольством.

— Ты же знаешь, что такое Иноземье. Может и помочь, а может и по лбу дать. Мне просто повезло.

Чудо-Юдо покачал головой.

— Я думаю, Иноземье неравнодушно к Бабам Ягам. Это не везение — это результат всех тех лет, пока твои предшественницы в нужном сочетании то подлизывались к нему, то периодически запугивали.

— Ну, что бы это ни было, я нашла, что искала и мне этого достаточно.

Пока они разговаривали, Барбара переоделась обратно в одежду старушки, пришпилив слегка увядший букетик цветов к сшитому на заказ жакету бриллиантовой булавкой, которую она одолжила у одной из фрейлин королевского двора. Драгоценных камней там было в избытке, и они ценились только за свою сверкающую красоту. Придворные дамы были падки на все блестящее.

— Мне надо найти таксофон и позвонить Ивану. Потом, думается, я прикину, смогу ли внести изменения в приглашение к ужину на ранчо. Я подозреваю, что для моей задумки наиболее эффективно будет собрать всех в одной комнате.

Барбара хищно улыбнулась Чуду-Юду.

— Не жди меня. Я не знаю, сколько времени это займет.

Дверь за ней захлопнулась, а Чудо-Юдо с самодовольной ухмылкой взгромоздился на любимое кресло Барбары и сказал маленькой ящерице на ковре:

— Угадай, кто придет к нам на ужин?

Джонатан Беллингвуд встал с довольной улыбкой, приветствуя Барбару, когда она в сопровождении Хьюго вошла в большую столовую. По правую руку от него было свободное место, явно приготовленное для нее, а слева сидела обворожительная Грейс. За столом собралось около двадцати пяти взрослых, в основном, красивые молодые девушки, но присутствовало и несколько пар, в том числе и пожилых, расположившихся в конце длинного прямоугольного стола в рустикальном стиле (рустикальный стиль — это грубо обтесанный камень, толстые доски, холстина, фаянс, минимум декора — прим. пер.). За столом меньшего размера сидели десять детей, включая Елену и Катю.

Над столом висела резная люстра, явно новое приобретение, так как совершенно выбивалась из общего простенького интерьера, а потертые половицы закрывал дорогой турецкий ковер ручной работы. В камине даже в столь теплый летний вечер весело потрескивал огонек, придавая всей картине ощущение уюта.

Барбара почти расстроилась, что она скоро уничтожит все это. Почти.

В своей личине пожилой леди она величественно прошествовала к стулу, который вежливый хозяин уже держал наготове.

— Я так рад, что Вы решили присоединиться к нам за ужином, мисс Волкова, — сказал он. — Вы не нашли бы времени лучше, чтобы увидеть всех нас вместе, ту большую счастливую семью, что я Вам и обещал.

— Действительно, — произнесла Барбара, стараясь говорить тоньше и выше, чем обычно. — Я надеялась увидеть всех вместе.

Она держалась чопорно, пока Джонатан представлял ее окружающим. На заднем плане несколько женщин внесли сервировочные блюда, нагроможденные едой, и затем заняли свои места.

Как только они приступили к еде, Джонатан налил ей бокал красного вина и одарил своей лучшей очаровательной улыбкой профессионального торговца.

— Смею ли я надеяться, что этот ответный визит означает, что Вы рассматриваете возможность присоединиться к нам на более постоянной основе? — спросил он. — Я уверен, Вы были бы здесь очень счастливы.

Барбара издала неопределенный звук и подвинулась так, чтобы свет от люстры упал на драгоценные камни булавки на жакете, заставляя их блестеть еще ярче. Как она и ожидала, это вызвало ответный блеск в глазах Джонатана.

— Боже мой, — расширились его зрачки. — Какая милая булавка! Это настоящие бриллианты?

— О, да, — ответила Барбара дребезжащим голосом. — Мой отец преподнес эту вещицу моей матери на их двадцатилетнюю годовщину. Хотите взглянуть поближе? — Она отколола украшение от жакета и протянула его мужчине, держась за букетик цветов.

— Какая прелесть! — воскликнула Грейс, наклонившись поближе. Она жадно смотрела на вещицу, вцепившись в руку Джонатана. — Если Вы присоединитесь к нам, мисс Волкова, может быть, Вы как-нибудь дадите мне ее поносить.

Барбара одарила ее молчаливой улыбкой.

— Вполне возможно. Но будьте осторожны. Булавка достаточно острая.

С этими словами она вытащила ее из пальцев Джонатана и воткнула острие в мякоть его большого пальца, цепко удерживая его на месте достаточно долго, чтоб вытащить медальон из-под его рубашки. Держа цветы в другой руке, она плотно прижимала их к центру талисмана, пока они не опали наземь потоком излохмаченных лепестков и пыльцы.

— Ой, — беспечно произнесла она. — Мне очень жаль.

— Что, черт возьми, Вы делаете? — закричал на нее Джонатан, крепко сжимая медальон в раненой руке. — Вы с ума сошли? — Он ясно решил, что никакая сумма денег не стоила того, чтобы подвергаться нападению сумасшедшей женщины за его собственным столом. — Хьюго, выведи ее отсюда!

Хьюго начал подниматься, а Барбара просто смотрела на него.

— Правда, Хьюго? Что ты собираешься делать? Вышвырнешь старушку?

Придя в замешательство, Хьюго сел на место.

Джонатан заорал на него, брызгая слюной.

— Хьюго! Вставай! Делай, что я говорю! — Он спрятал медальон обратно за пазуху, не обращая внимания на бегущую по руке кровь, посильнее прижимая его к коже. — Хьюго, ты знаешь, что хочешь, чтобы эта женщина ушла. Заставь ее убраться отсюда!

Барбара усмехнулась.

— Боюсь, что Ваша маленькая игрушка работать не будет, мистер Беллингвуд. Или мне следует называть Вас мистер Белл?

В комнате люди недоуменно смотрели друг на друга, будто внезапно пришли в себя, и обнаружили, что находятся в неожиданном месте.

Она повысила голос, чтобы все могли ее слышать.

— Мне жаль сообщать вам, но вы все оказались жертвами мошенничества, — она протянула обманчиво хрупкую руку и вырвала кулон у державшего его мертвой хваткой Джонатана, порвав в процессе цепочку, и добавив к уже имеющейся у него ране красный рубец. Она подняла медальон, показывая его людям. — Эта маленькая безделушка имела свойство влиять на ваше сознание, заставляя делать то, что хотел этот человек, включая ваше желание отдать ему все сбережения.

Ропот прокатился по собравшимся за столом волной смеси гнева, недоумения и горя.

— Теперь вы свободны и вольны сделать свой собственный выбор, — Барбара продолжала, не обращая внимания на бормотание. — Оставайтесь, если хотите, или уходите. Но на этот раз все будет по вашей собственной воле.