Дебби Макомбер – Поворот дороги (страница 4)

– Да, вечер встречи назначен на семнадцатое, и у меня будет достаточно времени насладиться достопримечательностями. Давно мечтала увидеть национальный мемориал «Гора Рашмор»{1} и Бэдлендс{2}. Мои бабушка и дедушка, как тебе известно, были родом из Северной и Южной Дакоты.

Бетани очень не хотелось расстраивать Руфь, но она действительно переживала, сумеет ли пожилая дама преодолеть за рулем столь значительное расстояние. К тому же ее свекровь была таким доверчивым человеком!

Руфь смерила ее упрямым взглядом:

– Прежде чем начнешь возражать, я хочу, чтобы ты знала: я взяла машину напрокат, потому что обратно собираюсь лететь на самолете. Я уже забронировала билет на рейс из Флориды в Сиэтл. Поэтому даже не думай отговаривать меня.

Бетани не стала спорить со свекровью, а просто погладила ее по руке.

– Никто больше не путешествует на машине, – грустно добавила Руфь. – Все торопятся жить. Мои дети выросли, и, как мне ни больно это говорить, оба сильно меня разочаровали. Я редко вижусь с Грантом и Робин. Мне шестьдесят восемь лет и… – Голос ее сорвался. – Я не настолько стара, чтобы со мной обращались, как с хрупкой статуэткой или с умалишенной.

Потянувшись через стол, Бетани взяла Руфь за руку, вспоминая об отношениях Кейси Гетц с матерью Лидии. Через несколько лет совершить такое путешествие для Руфи станет затруднительным, поэтому нужно было ехать сейчас или навсегда отказаться от давней мечты.

– Я составлю вам компанию, – тихо произнесла Бетани.

Руфь резко вскинула голову:

– Ты?

– Я уже несколько лет не брала отпуск. – За исключением нескольких поездок с детьми к родственникам последний раз в отпуске она была еще с Грантом. Они посетили Италию на десятую годовщину свадьбы.

Свекровь продолжала взирать на нее, не в силах вымолвить ни слова.

– Смена обстановки пойдет мне на пользу, – заверила Бетани. – Мне нужно принять несколько важных решений, требующих обстоятельного размышления. Поездка поможет мне во всем разобраться.

– Ты говоришь серьезно? Ты и правда поедешь со мной?

– Разумеется. – Бетани улыбнулась, видя, какой радостью осветилось лицо Руфи.

– Я хочу посетить Новый Орлеан!

– С радостью, – ответила она.

– А также Брэнсон, Миссури…

– Только вы, я и «Окридж Бойз»[1], – со смехом добавила Бетани, радуясь внезапно принятому ею решению.

– И Энди Уильямс[2], – благоговейно добавила Руфь, прижимая руки к груди.

– И Энди Уильямс, договорились. – Бетани была рада реакции свекрови. – Мне может потребоваться несколько дней, чтобы разобраться с делами, – предупредила она. К счастью, Джулия вполне могла справиться со всем сама.

– Как я тебе уже говорила, собираюсь отправиться в путь сразу после Дня поминовения[3], – сказала Руфь. В глазах ее блестели слезы. – Бетани, ты даже не представляешь, как я рада!

– Я тоже, – искренне ответила Бетани.

Ее спонтанно принятое решение казалось ей очень уместным, потому что ей действительно требовалось время, чтобы обдумать поведение Гранта. Она не знала, возможно ли и нужно ли им было снова становиться семьей. После всех испытаний, выпавших на ее долю, Бетани с трудом могла представить их воссоединение. И все же… Она не могла не задумываться о том, будет ли достаточно ее чувств к Гранту и любви, пережившей развод, чтобы предпринять вторую попытку и восстановить семью. Сумеет ли женщина, которой она стала, найти место для Гранта в своей новой жизни, столь отличной от той, что она вела прежде?

– Ты совершенно точно решила ехать? – настаивала Руфь.

– Да.

Нахмурившись, свекровь испытующе воззрилась на Бетани:

– Ты ведь не из жалости это делаешь?

– Нет. – Бетани подавила улыбку.

– Ну, мне все равно, какими соображениями ты руководствуешься. Я очень рада, что ты составишь мне компанию.

Она захлопала в ладоши от радости, как маленькая девочка.

– Мам! – закричала Энни, едва завидев входящую Бетани. Главный офис «Праздников Бетани» располагался в Куин-Энн-Хилл, и фирма быстро поглощала расположенные на втором этаже здания помещения. – Куда ты запропастилась? Джулия ждет тебя уже полчаса, а остальные менеджеры приедут через пятнадцать минут.

– Прошу прощения, – пробормотала Бетани.

– И на звонки ты не отвечала. – Энни следовала за матерью по пятам, как кошка.

– Я была с бабушкой Руфью.

Энни мгновенно замерла на месте:

– С ней же все в порядке, не так ли?

– Лучше и быть не может.

Бетани прошла в кабинет и взяла со стола желтый блокнот. Хотя Джулия уже находилась в конференц-зале, Бетани не торопилась присоединиться к ней. Вместо этого она стала просматривать записи о пропущенных вызовах. Увидев имя Гранта, на мгновение замерла.

– Папа звонил, – глядя ей через плечо, сообщила дочь. – Я с ним поговорила.

Бетани тут же развернулась, чтобы смотреть Энни в лицо. В последние несколько лет отец и дочь восстановили некогда доверительные отношения. Они были очень похожи: оба очаровательны и несговорчиво-упрямы. Их воссоединение началось, когда Тиффани бросила Гранта. Энни конечно же ничуть не сожалела о распаде этого брака. В действительности она даже не трудилась скрывать свою радость.

– Думаю, в последнее время папа снова стал самим собой, – откровенно сказала Энни.

– Хорошо, – ответила Бетани, снова погружаясь в просмотр записей звонков.

– Он очень старается наладить отношения со мной и Эндрю.

Бетани в упор посмотрела на дочь.

– Он ваш отец, и вы двое – самые дорогие для него люди. – Она сомневалась, что Грант понимал, как близок он был к тому, чтобы навсегда лишиться расположения детей в те годы, когда превыше всего ставил Тиффани.

– Ты собираешься перезвонить ему? – поинтересовалась Энни.

Бетани тут же придумала отговорку.

– Я сделаю это, когда у меня будет свободное время, – твердо произнесла она. – Не могу же я и дальше заставлять Джулию ждать.

Пока они спешно шли по коридору, Энни сообщила:

– Вэнс звонил после обеда.

Вэнсом звали ее бойфренда из колледжа. Они встречались уже три года. Бетани понимала, что чувства дочери к этому молодому человеку предельно серьезны, но они оба еще слишком незрелы, чтобы думать о вступлении в брак. Несмотря на возраст и достижения, в глазах Бетани Энни по-прежнему оставалась очень юной. Привязанность Энни к ней и Гранту казалась Бетани немного чрезмерной. Девочка бежала к ним за советом или ободрением, что бы ни случилось. Возможно, то было следствием развода. Часто Бетани задумывалась: неужели и она сама в возрасте Энни столь же сильно зависела от родителей? Она очень в этом сомневалась. Однако ей не нужно было справляться с гневом и болью вследствие распада семьи.

– Вэнс звонит и пишет тебе эсэмэски по крайней мере шесть раз за день, – произнесла Бетани. Не было бы преувеличением сказать, что ее дочь и этот молодой человек постоянно находятся на связи.

– Он пригласил меня на обед в «Спейс Нидл»{3}! – радостно объявила Энни.

Бетани изумленно вскинула брови:

– У вас какая-то особенная дата?

– Нет, насколько я могу судить. Уж я бы не забыла, будь уверена.

С этим сложно было поспорить. Как и Грант, Энни отличалась поразительной памятью на даты, цифры и фактические данные, поэтому она всегда была лучшей ученицей по истории и математике. Бетани вспомнились бесконечные игры на тренировку памяти, в которые отец с дочерью играли в машине во время семейных поездок, провоцируя друг друга на все более изощренные подвиги запоминания.

– Так по какому же поводу приглашение?

Дочь взирала на нее широко раскрытыми глазами.

– Я почти уверена, что он собирается сделать мне предложение, – прошептала она.

Бетани стоило неимоверных усилий скрыть свое беспокойство.

– В самом деле?

Энни кивнула:

– Когда на прошлой неделе я упомянула о предстоящем бракосочетании Эндрю и Кортни, Вэнс сказал, что положительно относится к семье и браку.