deadsoulz_ – Герой? Нет, Князь тьмы! (страница 58)
Тело болело. Каналы горели. Но прогресс был очевиден.
Я становился сильнее.
С каждым днём. С каждым часом.
Утром четвёртого дня меня вызвали к Дамблдору.
Записка пришла во время завтрака, доставленная совой:
Грейнджер прочитала через плечо.
— Ты в беде? — спросила она обеспокоенно.
— Не знаю, — ответил я честно.
Рон хмыкнул.
— Может, хочет наградить за что-то.
Идиот.
Если бы он знал, что случилось на самом деле.
Кабинет директора встретил привычной роскошью: вращающиеся серебряные инструменты, портреты прошлых директоров, Фоукс на жёрдочке. Дамблдор сидел за столом, его пальцы были сложены домиком.
— Гарри, — поприветствовал он мягко. — Спасибо, что пришёл. Присаживайся, пожалуйста.
Я сел, держа лицо нейтральным.
— Профессор.
— Лимонная долька? — он протянул вазочку с конфетами.
— Нет, спасибо.
Дамблдор кивнул, взял конфету себе, неторопливо развернул.
— Я полагаю, ты слышал о профессоре Квирелле.
— Да, сэр. Все слышали.
— Конечно, — он жевал медленно, изучая меня поверх очков-половинок. — Скажи, Гарри, ты случайно не видел ничего необычного в ночь происшествия?
Прямой вопрос.
Я встретил его взгляд, не моргая.
— Я спал, профессор. В спальне. Всю ночь.
— Понятно, — Дамблдор помолчал. — А до этого? В последние недели ты не замечал странного поведения профессора Квиррелла?
Ловушка.
Если я скажу «да» — признаю, что обращал внимание. Если «нет» — солгу, и он это почувствует.
— Он всегда был… странным, — выдал я осторожно. — Заикался. Боялся всего. Но я думал, это просто его характер.
— Мм-хм, — Дамблдор встал, подошёл к окну, повернулся спиной ко мне. — Гарри, я знаю, что ты особенный мальчик. Более зрелый, чем твои сверстники. Более осторожный. И значительно более… талантливый, чем показываешь.
Сердце ускорилось, но я не позволил эмоциям проявиться.
— Не понимаю, профессор.
— Я думаю, понимаешь, — он повернулся, и в его глазах была сталь. — Твоя магическая аура изменилась, Гарри. За последнюю неделю. Значительно. Такие изменения не происходят просто так. Они требуют… катализатора.
Молчание затянулось.
Я мог солгать. Мог отрицать. Мог попытаться обмануть.
Но Дамблдор не был дураком.
— Я тренируюсь, — сказал я наконец. — Больше, чем другие. Интенсивнее.
— Тренируешься, — повторил он задумчиво. — Интересно. Тогда, возможно, ты объяснишь, почему в той аудитории, где нашли Квиррелла, присутствуют следы магии, похожей на твою? Очень похожей.
Дерьмо.
Я не подумал о магическом следе. Не подумал, что он может отследить мою энергию.
Ошибка.
Глупая, детская ошибка.
— Я не знаю, профессор, — солгал я, зная, что это слабая защита.
Дамблдор вернулся к столу, сел, тяжело вздохнул.
— Гарри, я не твой враг. Я хочу помочь. Но для этого мне нужно знать правду. Что произошло той ночью?
Последний шанс.
Признаться или уйти глубже в ложь.
Я выбрал третий вариант.
— Квиррелл напал на меня, — сказал я тихо. — Я защищался.
Глаза Дамблдора расширились.
— Напал? Почему?
— Не знаю, — продолжил я, вплетая правду в ложь. — Он сказал, что я что-то украл. Что-то, что принадлежит ему. Я не понимал, о чём он говорит. Потом он начал атаковать заклинаниями. Я… не знаю, что случилось. Магия взорвалась сама. Швырнула его в стену. Я испугался и убежал.
Идеальная ложь: основанная на правде, но искажённая до неузнаваемости.
Дамблдор смотрел долго. Очень долго.
— Если это правда, — произнёс он медленно, — почему ты не пришёл ко мне сразу?
— Боялся, — ответил я. — Боялся, что мне не поверят. Что подумают, будто я напал на профессора. Я просто хотел, чтобы всё это закончилось.
Ещё одна пауза.
Потом Дамблдор кивнул.
— Хорошо, Гарри. Я… приму твои слова к сведению. Но знай: если ты что-то скрываешь, рано или поздно правда выйдет наружу. И будет лучше, если она выйдет от тебя.
— Да, профессор.
— Можешь идти. И, Гарри? — он позвал, когда я уже открыл дверь. — Будь осторожен. Тёмные силы притягиваются к тем, кто обладает силой. А ты, как я вижу, обладаешь ей больше, чем хотел бы показать.
Я не ответил. Просто вышел.
Коридор показался бесконечным. Я шёл, ощущая тяжесть взгляда директора на спине, даже через закрытую дверь.
Он знал.
Не всё, но достаточно.