Дайре Грей – Утилитарная дипломатия (страница 43)
Взгляд упал на листок с именами. Ну, конечно. Три первых были мне хорошо знакомы. Ивон. Лисбет. Аннабель. Вряд ли остальные в списке могли сравниться с ними по значению. И если так, стоит ли спорить?
— Давай, назовем ее Аннабель?..
Глава 24. О семьях…
Возвращение во дворец после безумия двух последних дней казалось сном. Как и поездка на поезде, куда их с Великой герцогиней посадили ранним утром и, кажется, вздохнули с облегчением. Мужчины, маги и военные, остались заниматься делами. Их сопровождала лишь охрана, доктор Вебер и тела в гробах, которые требовали дополнительного изучения.
Ужасный итог трагедии, с которой еще продолжат разбираться, и которая, судя по хмурым лицам магов, будет иметь далеко идущие последствия.
Валенсия не сопротивлялась отъезду. Она увидела и пережила достаточно для первого неформального контакта с имперцами и теперь желала лишь отдохнуть. Ненадолго забыться, чтобы пережить произошедшее и уложить его в голове. Понять, как следует действовать в следующий раз и о чем говорить с императором, который наверняка будет недоволен.
Ивон тоже о чем-то размышляла или была подавлена. Так или иначе на обратном пути они больше молчали и попрощались весьма сухо, но сеньора де Торрадо не собиралась обижаться. За пару дней они узнали друг друга лучше, чем за предыдущие полгода, и она не сомневалась, что в лице герцогини обрела если не друга, то надежного союзника, а это порой куда лучше.
Валенсия подходила к комнатам, выделенным посольству, когда услышала то, чего не могло быть во дворце. Гитарные переборы, пока еще приглушенные стенами и явно сдерживаемые рукой того, кто решил сыграть, но легко узнаваемые и такие родные, что ноги сами понесли ее вперед, заставив забыть об усталости и ужасах последних дней.
Она без стука вошла в гостиную тетушки, чтобы застать обеих дам в обществе гитариста. Долорес хлопала в ладоши, попадая в такт раскрывающейся мелодии, сеньора Гуэро мечтательно улыбалась, держа в руках бокал с вином. А неожиданный гость играл…
Старая, известная мелодия о путешественнике, который едет через горы под звездами и луной, рассказывая им, как прекрасна его жизнь, и как он любит играть на гитаре. Задорная музыка наполняла холодные комнаты жизнью и тем дыханием жизни, которого здесь не хватало.
Гитарист, заметив ее появление, не прекратил играть, а только встал и пошел навстречу, продолжая петь.
Валенсия закрыла за собой дверь и встала, прислонившись к стене, всем существом впитывая родную атмосферу и ощущая, как тело избавляется от мучительного напряжения. Тревоги, страхи и сомнения исчезали, унесенные моментом. Что может быть лучше возвращения домой?
Мужчина пристроился рядом с ней и допел песню, стоя почти плечом к плечу и глядя ей в глаза, а потом прижал струны ладонью.
— Дорогая сестра, ты выглядишь ужасно. Тебе нужно немедленно выпить.
— Как ты здесь оказался?
Младший из сыновей короля Апии, сводный брат, ее ровесник, Фернандо. Неужели матушка позволила ему уехать? Нет, она ни за что не отпустила бы его одного. Сбежал? Или из Апии прибыл еще кто-то?
— На поезде, — невозмутимо ответил принц, направившись к столу, на котором стояли открытыми знакомые бутылки, кофе и тарелка с сырами. — Зря что ли отец так ратовал за проведение железной дороги в Мадеру?
Он прислонил гитару к креслу, которое занимал, и подхватил бутылку.
— Фернандо!
Валенсия добавила голосу нажима и оттолкнулась от стены, чтобы пересечь гостиную и присесть.
— Это я его пригласила! — воскликнула тетушка, поднимая ладонь. — Я! И прежде, чем ты начнешь возмущаться, сразу скажу, что я не могла позволить одной из вас выйти замуж в сопровождении какого-то посла. Дочь короля должен вести к алтарю мужчина из ее семьи. И никак иначе!
— Лучше выпей, — Фернандо протянул ей полный бокал. — И расскажи, что произошло.
Отказываться от вина Валенсия не стала, вдохнула знакомый букет двух сортов винограда с нотками гвоздики, сделала глоток, смакуя забытый уже пряный вкус, и опустилась в любезно предложенное кресло. Сил, чтобы ругаться и требовать объяснений не осталось. Хотелось просто сидеть, потягивая вино, и слушать гитару.
— Тьма вырвалась на поверхность в маленьком городке — Драмбурге. Пострадали шахтеры. Есть погибшие и раненные.
Она не смогла бы рассказать все, даже если бы захотела. Ни сестре, ни тем более, брату не стоит знать подробности о заражении или злобном монстре, засевшем под землей и разрушившем шахту. Или о Великой герцогине, которая может вытягивать тьму из человека и не боится болезней. Или о бастарде покойного императора, который не побоялся встретиться с чудовищем и едва не лишился магии. Нет, чужие секреты разглашать не стоит, а в сыром остатке история будет выглядеть так, как ее представят газеты. Конечно, с одобрения императора.
— Какой ужас! — Долорес прижала ладонь к губам. — Ты помогала Ее Светлости?
Ее Светлость в помощи явно не нуждалась, но, как ни странно, присутствие невесты императора оказалось кстати, когда в город прибыли военные и адьютант полковника пробрался к ратуше, чтобы выяснить подробности происходящего. Бледный и напуганный мэр безропотно позволил ей разъяснить ситуацию, а потом искренне благодарил. По косвенным объяснениям Валенсия поняла, что им очень повезло, что первыми прибыли именно военные, а уже за ними — маги света.
— Да. Пригодился мой опыт выездов с матушкой.
— Дорогая, тебе нужно хорошо отдохнуть, — тетушка сочувственно улыбнулась. — Месье Моро уже прислал записку, что ждет нас в самое ближайшее время на примерку. Его швеи работают почти без отдыха, чтобы успеть выполнить наш заказ.
Платье! И свадьба, конечно. Она совсем забыла, что до торжества осталось не так уж и много времени. Приготовления завершат и без нее, но платье…
— Поедем завтра.
— Императрица не одобряет твоя выбор, — Долорес нахмурилась. — Я слышала, как ее фрейлины обсуждали нашу поездку и называли вульгарными.
Следовало ожидать. Мстительная женщина позволила и без того не слишком любезным фрейлинам болтать все, что им вздумается. Пусть так. Вряд ли они знают о поддержке Великой герцогини, а узнав, прикусят языки.
— Пусть осуждает… Если бы я каждый раз спрашивала разрешения, так до сих пор и сидела бы под крылом у отца.
— Дай мне пару дней, сестренка, — Фернандо снова взялся за гитару и начал перебирать струны. — Готов поспорить, что фрейлины забудут о твоем платье.
Он улыбнулся знакомой порочной улыбкой, от которой теряли голову даже при апийском дворе. Черные глаза лукаво блеснули. Из всех братьев Фернандо обладал самой притягательной внешностью, а еще необузданным нравом, доставшимся от отца. Спор не имел смысла. У имперок не было даже шанса устоять. И, пожалуй, сейчас появление принца могло оказаться на руку. Хотя видят боги или духи, он всегда приносил с собой хаос.
— Надеюсь, ты привез с собой не пару бутылок?
Ей понадобиться много вина, чтобы пережить оставшиеся до свадьбы недели.
— Ты хочешь меня обидеть! Два ящика. Из лучшего погреба дворца. И еще парочку из того, который отец держит для себя.
Сеньора де Торрадо снова пригубила вино, убеждаясь, что за время их отсутствия дома ничего не изменилось. Тонкие пальцы снова тронули струны, и гостиную наполнила следующая мелодия из тех старинных баллад, что всегда вызывают слезы…
Ивон снова отдыхала в будуаре. На этот раз лежа на кушетке в шелковом халате цвета осеннего неба. Волосы, заплетенные в простую косу, спускались на грудь. Глаза запали, и под ними появились тени. Она выглядела старше или скорее впервые на свой возраст.
Кристиан, успевший перехватить поднос с сэндвичами у горничной, прошел в комнату и поставил свою ношу на столик.
— Чаю?
— Ты здесь? — жена подняла на него рассеянный взгляд. — Да, пожалуйста.
Он протянул ей чашку, полную какого-то травяного настоя, и тарелку с сэндвичем, после чего занял кресло.
— Как все прошло?
Из коротких донесений он знал лишь, что ситуацию взяли под контроль и стабилизировали.
— Намного хуже, чем мы представляли, — Ивон неторопливо ела, откусывая крохотные кусочки. После выездов у нее всегда пропадал аппетит. — Я привезла тебе отчет Герхарда — возьми на столе. Доктор Вебер передаст императору второй экземпляр.
Герцог медленно развернул запечатанный листок и начал читать, с каждым словом все больше мрачнея. Да, такие новости получаешь не каждый день.
— Два элементаля. Контроль поведения. Воздействие на нервную систему. Если бы это написал не Герхард, я бы засомневался в здоровье докладчика. Как показала себя будущая императрица?
Он свернул лист и сунул во внутренний карман домашнего пиджака. Изложенные предстояло еще раз пристально изучить, а затем побеседовать с племянником. Когда тот вернется. Судя по докладу, он собирался дождаться полного разбора завалов в шахте, чтобы убедиться в гибели пропавшего доктора.
— Весьма и весьма неплохо. Она старалась помочь, была сдержана, напугана, но не теряла голову. И даже пообщалась с военными. — Жена бледно улыбнулась, поддержав смену темы. — Как дела в столице? Ничего не произошло за время нашего отсутствия?
— Нашу внучку пытались похитить.
Глухо хрустнуло стекло, осыпаясь осколками на халат. Черные когти сжались в кулак, безжалостно уничтожая уже пустую чашку. Лицо Ивон поплыло, меняя очертания.