Дайре Грей – Любительский шпионаж (страница 4)
Три полных перезарядки. Хватит, чтобы убить нескольких человек. Кроме того, секретарь наверняка взяла с собой и обычные патроны.
— Вы знаете, зачем фройляйн Ланге понадобилось такое оружие?
Ульрике вздохнула.
— Я не спрашивала. Но думаю, ответ вполне очевиден.
В голубых глазах промелькнуло нечто такое, от чего по спине поползли мурашки. Валенсия помнила о неком маге, ставшем носителем одного элементаля, который по подозрениям и являлся убийцей Великого герцога. Знала ли о нем фройляйн Бистром? Ей мог рассказать Герхард или та же Сабина. Уже неважно, учитывая ситуацию.
— Благодарю вас, фройляйн Бистром. Вы очень помогли.
На улицу Валенсия вышла в глубокой задумчивости, продолжая крутить патрон между пальцев. Чем дальше, тем меньше происходящее походило на авантюру.
— Что она сказала? — герр Шенбек все же покинул автомобиль и прогуливался по улице, ожидая ее. Терпения у него явно не осталось.
— Многое. Скажите, фройляйн Ланге умела стрелять?
Мужчина побледнел, а затем выругался так, что захотелось спросить перевод.
— Болван! — он запустил пальцы в волосы, уронив шляпу с головы. — Какой же я болван! Она просила организовать стрельбище, чтобы я мог тренироваться! И заодно научил ее и Клару пользовать оружием! На всякий случай! Ведь время сейчас опасное! Идиот!
Еще некоторое время улица оглашалась ругательствами, но затем Юстас нашел в себе силы успокоиться и даже подобрал головной убор.
— Мне очень жаль, что вы так переживаете, но зато теперь мы знаем, что фройляйн сможет защитить себя, — Валенсия аккуратно убрала патрон в сумочку и подала руку охраннику, который помог ей сесть в автомобиль.
— Мы возвращаемся во дворец? — уточнил он, косясь на взъерошенного кузена императора.
Вернуться стоило бы, она уже устала и не отказалась бы прилечь, рассказать новости мужу и передать ему всю ответственность за происходящее. Все же изготовление оружия, способного ограничить способности мага, совсем не шутки. Если секрет станет известен, он может навредить самой Империи.
— Нет! — вдруг отрезал герр Шенбек, усаживаясь рядом. — Нужно посетить еще одно место. Последнее. Поверенный. Я так и не дошел до него сегодня — встретил герцога Кенига по дороге — но он точно должен что-то знать, потому что наверняка вносил изменения в завещание. Сабина писала, что полностью обеспечила будущее Аннабель. Я должен знать подробности.
— Вряд ли хороший поверенный вам их расскажет.
— Мне — да, а вот с вами он может быть чуть более откровенным, — мужчина постарался выдавить из себя улыбку. — Раз уж вы уже погрузились в это дело, давайте доведем его до конца. Готов признать, что без вас я вряд ли узнал бы так много.
Его глаза лихорадочно блестели, кожа побледнела, а на лбу выступила испарина, но тем не менее с кривой усмешкой герр Шенбек выглядел почти привлекательно. Можно понять, как вышло так, что фройляйн Ланге не устояла.
— Хорошо. Мы едем к поверенному, называйте адрес.
Уважаемый герр Эрхарт Мебиус, человек совершенно непримечательной внешности, визиту императрицы удивился, но постарался взять себя в руки.
— Ваше Величество, присаживайтесь, — он сам отодвинул кресло для посетителей. — Чем могу вам помочь?
Валенсия знала, что поверенные люди особые, не слишком любящие говорить прямо, тем более о секретах своих клиентов, поэтому здесь беседу вести придется иначе, чем с Моро и фройляйн Бистром.
— Видите ли, в связи с исчезновением герцога Рейса наша семья попала в весьма щекотливую ситуацию, которую вы, возможно, сможете разрешить.
— Исчезновение герцога Рейса действительно создает некоторую неопределенность, — сразу же кивнул герр Мебиус. — По законам Империи он не может считаться мертвым, пока не истечет срок в полгода, поэтому на данный момент все дела Его Светлости веду я.
— Полгода? — ухватилась за срок императрица.
— Да, таков официальный срок признания пропавшего мертвым.
И до его исхода осталось три месяца. Не это ли заставило фройляйн Ланге действовать сейчас?
— Я понимаю, что вы обязаны хранить тайны своих клиентов, но герцог Рейс являлся держателем многих патентов государственной важности. И, как вы понимаете, мы не может допустить, чтобы они попали не в те руки.
— Я уже подготовил все документы, касающиеся наследства Его Светлости. Его Императорское Величество может сделать запрос, и я немедленно предоставлю ему полный доступ.
Запрос займет некоторое время, а Валенсии хотелось иметь ясность на счет происходящего уже сегодня. Придется надавить.
— Герр Мебиус, я знаю, что сегодня к вам приходил герцог Кениг, и вы передали ему некий документ, составленный по просьбе фройляйн Ланге. Сегодня утром она покинула столицу и отправилась на восток. У меня есть подозрение, что ее отъезд неким образом связан с завещанием герцога Рейса.
Предположение было выстроено наугад, но отрицать поверенный сразу не стал.
— Возможно… — протянул он. — Я не имею права обсуждать детали даже с вами, но могу сказать, что за неимением прямых наследников герцог Рейс обязал меня подготовить документ о передаче титула другому лицу. Так как у него нет земель, это вполне возможно. Также по законам Империи один человек не может претендовать на два титула одинакового положения. То есть, к примеру, не может являться двумя герцогами сразу. Или герцогинями…
Вот почему фройляйн Ланге легко отказалась от претензий на титул герцога Кенига. Если Герхард все же погиб или его поиски не увенчаются успехом, она станет герцогиней Рейс.
— А что касается наследования по женской линии?
— Оно возможно, — герр Мебиус улыбнулся, довольный тем, как повернулась беседа. — И закреплено для отдельных титулов. Также наследование по женской линии может быть закреплено приоритетно первым носителем титула в роду. Даже в том случае, если титул еще не получен, но имеются сведения или прямые перспективы его получения.
Знала ли фройляйн Ланге о перспективах получения титула? Если вскрыла сейф Герхарда, в котором наверняка хранились документы и те самые алмазы, то могла и узнать. Найти второй экземпляр завещания, прочесть и составить свое.
— Вы составляли завещание и для фройляйн Ланге? — уточнила Валенсия.
— Именно. Но говорить о нем я тоже не могу, однако… Учитывая поспешный отъезд и другие обстоятельства, могу сказать, что отсчет полугода начинается с сегодняшнего дня. Фройляйн на этом настояла.
Значит, к зиме годовалая девочка станет наследницей титула и пары состояний, которые в перспективе сделают ее не только самой богатой женщиной в Империи, но и крайне ценной, ведь права на патенты, с большой долей вероятности, перейдут также к ней. Вот уж действительно обеспеченное будущее.
— Благодарю вас за помощь, герр Мебиус, император обязательно сделает запрос относительно наследства брата.
— Я буду ждать, — серьезно кивнул мужчина и проводил ее до дверей.
Валенсия в глубокой задумчивости вышла на улицу, где ее ждали мужчины. Сил не осталось, хотелось вернуться во дворец и отдохнуть с чашкой чая. Однако кое-что все же прояснилось.
— Что вы узнали? — на лице герра Шенбека напряжение смешалось с надеждой.
— Что вы, как и герцог Кениг, и мой муж совершили одну и ту же ошибку — недооценили одну маленькую, хрупкую женщину. Думаю, ни через два, ни даже через десять дней она не вернется. Это вовсе не авантюра, а продуманный план, приведенный в исполнение. И остается только надеяться, что фройляйн Ланге хватит сил добраться до цели. Какой бы она ни была…
Глава 2
О вере и милосердии
В часовне было светло. Полуденный свет проникал сквозь витражи, изображавшие сцены из трактата о Созидании. Пахло ладаном и мокрым камнем, перед полуденной молитвой младший послушник помыл пол.
Сестра Моника закончила читать молитву о милосердии, подняла взгляд на восьмиконечную золотую звезду, расположенную между витражами. Четыре длинных луча и четыре коротких между ними. Рассветная Звезда. Символ надежды, мира и созидания. Такая же только серебряная висела у нее на груди.
Монахиня встала с колен и оправила хабит светло-голубого цвета. Кроме нее в небольшом помещении не было больше никого. Обитатели Цитадели пренебрегали полуденной молитвой, предпочитая приходить на рассветную или закатную, когда у них происходила смена караулов. Военным такое позволительно.
Она пересекла зал и по узкому коридору направилась в сторону кухонь, расположенных в другом крыле. Пусть пролегал через крытую террасу, выходящую во внутренний двор. Стоящее высоко солнце раскалило светлые камни, закрывающие землю, и загнало всех под крышу. Утренние тренировки подошли к концу, теперь, пока жар не схлынет, во дворе будет тихо. Редкие военные, попадающиеся навстречу, коротко кивали ей и привычно умолкали, обрывая шутки, стоило приблизиться. Сестра Моника отвечала коротким приветствием и шла дальше снова в узкий коридор, затем направо, где уже ощущались ароматы кухонь. Лавровый лист, чеснок, раскаленное масло…
Здесь тоже царил жар, но влажный, а еще раздавались громкие голоса, отдающие указания не хуже, чем на плацу.
— Где зелень?! Я когда сказал нарезать?! Бульон готов?! Немедленно режьте хлеб! Паоло, кочерыжку тебе в зад, где курица?!
На ее появление никто не обратил внимание, только одна из помощниц повара быстро сервировала поднос двумя тарелками с супом, ложками, хлебом, бокалами и кувшином с водой.