Дайре Грей – Любительский шпионаж (страница 18)

— Девочки не сдадут, а клиенты появятся только к вечеру, сейчас здесь тихо, — она вдруг нахмурилась. — Вы ведь знаете, где находитесь?

Судя по оговорке про клиентов, уже поняла. Я сунула в рот последний кусочек колбаски, отломила хлеба и, не стесняясь, подобрала остаток желтка с тарелки.

— Если вас не смущает наше появление в ночи, меня не смущает место, где я смогла отдохнуть и поесть.

Теперь Леони усмехнулась и подперла щеку кулаком.

— Я начинаю понимать, почему Вилли с вами связался.

Чистая тарелка вернулась на поднос, пришло время попробовать местный кофе. Судя по аромату, он был дешевым и крепким. Достаточно, чтобы хоть немного взбодриться. Вряд ли нам позволят задержаться здесь надолго. Скоро придется продолжить дорогу, мне понадобятся силы.

— Боюсь, ему не оставили выбора.

— О, нет. Вилли всегда найдет способ не делать то, что ему не нравится. И если он здесь с вами, что-то его зацепило.

И на такой загадочной ноте хозяйка решила удалиться.

Что она имела в виду? Герр Адлер вовсе не выглядел любезным на протяжении всего нашего небольшого путешествия. Счастье, если он проведет меня до Ференции, но как только узнает, что после придется ехать в Изрилиону… Вряд ли обрадуется. Стоило воспользоваться перерывом, чтобы уточнить, не изменилось ли направление, но… Я слишком устала, поэтому продолжала сидеть и медленно пить кофе.

Герр Адлер появился, когда напиток в кофейнике закончился, а я почти уговорила себя встать и отправиться искать уборную. Мужчина выглядел отвратительно бодрым и полным сил. Влажные волосы были небрежно приглажены на макушке, рубашка местами прилипла к телу, закатанные рукава обнажали мускулистые руки. Он поставил на пол ведро с водой, прислонил к нему ковш и бросил на кресло полотенце.

— Отдохнули? — без какого-либо приветствия осведомился он.

— Да, благодарю.

Я поставила чашку на поднос, собираясь поинтересоваться нашими дальнейшими планами, но мне не дали возможности.

— Тогда приводите себя в порядок. Вечером, как только стемнеет, выходим. В городе ферентийцы, задерживаться нельзя.

Выдав поток информации, он развернулся и вышел из комнаты раньше, чем я успела открыть рот. Вот и поговорили. Если это и есть особое отношение со стороны… Вилли, то даже боюсь представить, как выглядит обычное. Впрочем, любезность сейчас не главное, важнее добраться до места. А герр Адлер уже показал себя хорошим проводником. Сюда же мы добрались.

Оставалось только собраться с силами и продолжить путь. Я справлюсь. Обязательно.

Глава 9

Об инженерном…

Тот, кто работал над чертежами, знал свое дело. Оптимальная длина крыла с учетом поднимаемого веса, скорости и давления воздуха. Обтекаемая форма носа. Закрытая кабина. Краткие пояснения по выбранным материалам. Предположения на счет дерева и фанеры. У ткани стоял жирный знак вопроса, словно инженер сомневался. И двигатель. Паровой его не устраивал. Верно, установка вышла бы чересчур тяжелой и вряд ли смогла бы подняться в воздух. Неведомый разработчик выбрал спирт и набросал модель, которую видимо хотел использовать. Здесь Герхард видел изъяны, все же двадцать лет назад — судя по датам, разработка велась именно тогда — подобные двигатели еще только появлялись и имели массу недочетов. Его изобретение, основанное на применении тьмы подошло бы больше, но без Окума он все равно не сможет ничего сделать.

Герцог отодвинул чертеж и взялся за рабочий дневник, в который изобретатель вносил подробные наблюдения по итогам экспериментов. Стоит признать, что он достиг определенных успехов. Разработка остановилась в шаге от реализации. Все изыскания оставались теоретическими, изрилионец создавал лишь малые модели, размеры которых и приводил. До полноценной он так и не дошел. А ведь если бы он закончил работу…

Герхард провел ладонью по лицу и покосился на сестру Монику. В последние дни она оставалась тиха и задумчива. Конечно, монахиня и раньше не блистала красноречием, но сейчас что-то изменилось. И она совсем не подходила к чертежам и вообще к столу, старательно отводя глаза от бумаг. Зачем кардинал приставил ее?

— У вас инженерное образование, сестра?

Монахиня вздрогнула и отвела взгляд от окна, около которого обычно и сидела. На него взглянули уставшие глаза, под которыми залегли тени. В темнице она казалась бодрее. Неужели ее так тяготит необходимость контактировать с еретическими записями?

— Нет. С чего вы взяли?

— Кардинал Герра сказал, что вы поможете мне с чертежами, но вы совсем ими не интересуетесь. Вот мне и стало любопытно. Быть может, вы разбираетесь в аэродинамике?

— Нет, — сестра Моника покачала головой. — Я ничего не понимаю в инженерном деле.

— Но кардинал почему-то выбрал именно вас…

Она отвела взгляд, меж бровей пролегла складка, а потом монахиня выпрямилась и будто вернула себе уверенность, глянув на него прямо:

— Может быть, расскажете, как вы попали в плен, Ваша Светлость?

Смена темы. Уже не раз и не два его заботливая сиделка подобным образом уходила от интересного ему разговора. Хорошо, пусть считает, что он снова не заметил. В другой раз Герхард придумает, как ее поймать.

— Наши войска захватили бергерский танк. Точнее не бергерский, а альбионский. Он оказался слишком большим для транспортировки по железной дороге. Альбионцы на своем острове для таких случаев построили особые пути, мы же предпочитаем использовать единые. Так или иначе, танк требовалось изучить и понять, можно ли его переоснастить и использовать. Меня попросили приехать для оценки…

Самый конец зимы. Первая вылазка просыпающейся войны, окончившаяся успехом. Тыл, куда оттащили проклятый танк. Никто не ждал нападения. Берги были деморализованы атакой и готовились дать ответ. Ему гарантировали безопасность. Казалось, все будет просто. Приехать, оценить, придумать использование и направить оружие против бывших хозяев. Неделя, максимум две работы. Проверенные люди в помощниках. Толпа военных. Что могло пойти не так?

— Мы только начали заниматься оценкой, когда неожиданно напали ваши соотечественники. Все смешалось. Люди, орудия… Я пытался поставить щит.

Воздушный продержался секунд тридцать. Слишком много воздействий. Это не одному бегать от убийц, а пытаться прикрыть людей, исполняющий долг. Огонь герцог применить не рискнул, рвануть вокруг могло что угодно, да и пожар никому не был нужен. Охрана потребовала немедленной эвакуации. Пришлось укрываться тьмой и уходить из-под обстрела. Тогда-то и прилетел снаряд…

— Меня спас элементаль. Тот, кого вы считаете демоном, укрыл меня от осколков и погасил ударную волну. Полностью смягчить падение не удалось. Но я отделался переломами. В отличие от остальных…

Удар о землю он еще помнил. И как пытался подняться, не соображая, почему не двигается рука, а нога потеряла чувствительность. И усыпанные землей тела вокруг. Или их части. Подробности память не сохранила. И хорошо. Где-то в том месиве остались сопровождающие инженеры и верный камердинер, отказавшийся ждать в безопасности. Кристиан умел находить подходящих людей. Но теперь ни его, ни Гюнтера больше нет.

— Потом я неловко повернулся и потерял сознание от боли. Думаю, тогда меня и забрали ваши земляки. А дальше вы знаете больше меня, потому что очнулся я уже внизу, и несколько месяцев выпали из памяти.

Она все же отвела взгляд, не выдержав рассказа и откровенности. Судорожно вздохнула.

— Я помолюсь за павших.

— Даже за тех, кто защищал демонов? Разве они не еретики наподобие вашего изобретателя из проклятого рода?

— Мертвые заслуживают милосердия. К тому же молитва лишь просьба. Только Создатель решает, как на нее ответить.

Непробиваема… Неужели все монахини такие? Или ему достался самый крепкий орешек?

Прежде, чем Герхард успел задать еще вопрос, дверь неожиданно открылась, и на пороге оказался молодой солдат.

— Сестра, прибыл Его Преосвященство. Он просит вас к себе.

— Я немедленно иду, — монахиня поднялась, кивнула ему вместо прощания и поспешила к выходу.

Кардинал потребует отчета, а она расскажет правду. Идеальная шпионка, которой даже не нужно скрываться. Но только ли ради доносов подослал ее Герра?..

Герцог дождался, пока за ушедшими закрылась дверь, встал и направился к окну, пространство под которым закончил изучать утром еще до прихода сестры. Он старательно гладил каждый камень, отыскивая малейшие трещины и углубления, которые могли бы указать на то, что именно делал местный святой. Пока успехов не было, но комната оставалась весьма просторной, и он не собирался терять надежду. Как показала практика, рунологию сильно недооценивают, а именно с помощью символа, нанесенного на каждый камень, можно было бы ограничить применение магии. Вот только какого? Будь здесь Сабина…

Мысли невольно устремились к особняку. Но вспомнилась не лаборатория и библиотека, а ночь Перелома, когда они неожиданно собрались под одной крышей. Задумчивая Сабина в лимонно-желтом. Тетушка в траурно-черном, вернувшаяся из полевого госпиталя на праздники. Аннабель, по самую макушку зарывшаяся в подарки и уснувшая с лентой в руке. Тихая Клара, старающаяся держаться в стороне от всех. Юстас в кресле-каталке, едва научившийся самостоятельно садиться и держаться ровно. Улыбающаяся Валенсия, которая неожиданно приехала вместе с Георгом и объявила о беременности. Растерянный и немного смущенный император, почему-то больше не вызывавший ни зависти, ни раздражения.